Уломское охотхозяйство – МВОО ЦО ВУ

В Уломском охотхозяйстве

Как и планировал, съездил на открытие охоты в Уломское охотничье хозяйство. Принадлежит оно военному охотничьему обществу, управляется из Москвы, принимает много своих охотников — членов этой общественной организации и, кажется чуть ли не единственное в области хозяйство занимается организацией охоты для иностранных охотников, в том числе — и на весеннюю охоту. Главная  база располагается на южном берегу большого разлива, образованного рекой Мологой в результате повышения ее уровня после создания Рыбинского водохранилища. Территория хозяйства с юга ограничивается акваторией водохранилища и вытянута на север вдоль старого русла Мологи до деревни Харламовская. Богатейшие места!

Вся ближайшая окрестность и большая часть территории охотничьего хозяйства занята  сосняками-беломошниками, частично заболоченными. Ну вот такая картинка, например, — характерный вид угодий вдоль дороги весной.

Чудесный вид, шикарный воздух, оптимальная влажность, вызванная наличием рядом большого водоема.

Там же, где сосняки подтоплены, образовались широкие разливы с плотными песчаными берегами, чаще голые, но местами покрытие высоким тростником.

В общем, замечательные угодья для боровой птицы, водоплавающих, для рыбалки, отдыха и сбора грибов и ягод. Похоже, очень много лося, как везде в окрестностях Рыбинки. Зато полевых угодий немного — в основном узкой полосой вдоль дороги на деревню Харламовское, да в окрестностях деревни Глинское. Колхоз местный уже погиб, не сеется, поэтому кормовые условия для медведя, кабана и боровой птицы поддерживаются охотпользователями, в том числе  — и Уломским. А это означает, что эти кормовые условия в последние годы ухудшаются — пользователю много не посеять.

Много бобра и он тут активный до крайности — возле главной базы хозяйства все съедено, почти на самой ее территории.

Утки — много, очень много, хотя защитные условия тут у нее не ахти какие. Или такое представление возникает, оттого, что много открытых берегов и пространств?

Ну вот, общее представление об угодьях. Конечно, я посмотрел только маленький кусочек хозяйства и могу ошибаться в своих оценках. Если так — прошу прошения и буду рад комментариям.

На Главной базе сразу встретились с директором — Лариным Николаем Георгиевичем. Он чего-то воспитывал «понаехавших тут» москвичей.

 Центральная усадьба расположена на берегу залива, образованного Мологой, на обширной песчаной косе, заросшей сосняком. Тут стоит несколько небольших домиков, разного времени постройки и различного состояния и назначения. Вот этот старый барачного типа дом хорошо оборудован для приема небольших команд иностранных охотников — тут есть просторная гостиная, несколько изолированных спален на две кровати каждая, кухня и умывальная комната с водопроводом, но без унитаза. Удобства на улице.


Еще несколько домиков более поздней постройки встали в ряд и тоже готовы к приему гостей. Посмотреть, как они выглядят внутри постеснялся попросить.

Все это, как уже сказал,  на высоком и очень красивом берегу.


Приезжий люд на специально оборудованной площадке теребит селезней и коптит рыбу.
Вот так выглядит в общих чертах основная база Уломского охотничьего хозяйства. А теперь о главном — об охоте.Как и планировали,  хозяйство предложило моей компании два вида охоты:  на селезня с подсадной уткой — на утреннюю зорю и на вальдшнепа на тяге — вечером. В  небольшом птичнике на территории базы около десятка манных птиц. Что удивило – вместе с подсадными в вольере живут и два селезня. Я не очень большой знаток этой охоты, но мне казалось, что перед сезоном селезней следовало бы отделить. Зимой-то они должны содержаться вместе, чтобы не отвыкали, а вот перед самой охотой их надо бы разделить, причем так, чтобы утка не слышала селезня. Видимо поэтому утки, с которыми мы охотились, больше молчали или покрикивали без особого азарта. Даже услышав жвакание пролетающего селезня утки чаще отмалчивались, а показалось даже, что и затаивались или подавали сигнал тревоги вместо сигнала призыва. В двух случаях селезни присели к молчавшей утке. И так получилось, что только эти два селезня и были добыты.

Хотя, как я уже писал, утки в хозяйстве много, одинокие селезни и пары в утренние часы летали неплохо. С хорошо работающей уткой результат был бы, конечно, другим.

Организация этой охоты простая и удобная для гостей. С вечера егерь показывает охотнику подготовленные засидки, выполненные в виде вертикальной стенки из лапника  и с небольшой дощатой  скамеечкой для сидения. Утром он выдает корзинки с уже посаженной в нее уткой, на лапку которой надета ногавка с полутораметровым  шнурком. Шнурок заканчивается  металлическим кольцом, который остается  только прижать ко дну водоема  заранее подготовленным колышком. На место охоты и обратно (а это совсем рядом) охотники добираются сами, пешком, неся корзинки с утками в руках. Охота независимо от ее результата доставила огромное удовольствие, особенно – на второе утро, когда установилась тихая, спокойная и более теплая погода. Первое утро было ветреным и холодным.

Тяга тоже расположена совсем рядом – не далее километра от базы. Днем егерь на машине гостей показывает номера для расстановки охотников и рекомендует время для выезда;  вечером охотники встают на номера самостоятельно. Оба вечера были ветреными, но второй потеплее и поспокойнее. Вальдшнеп тянул довольно широко, летел быстро, и было его немного. Тот же, который, был «на выстреле» шел очень высоко. Дело в том, что тяга «переросла», точнее – переросли деревья на тяге. Когда-то, лет 5-10 назад березки были пониже, стояли пореже, полянки были просторные. Тогда вальдшнеп тянул низко, его было хорошо и очень издалека слышно, и охота, поэтому, доставляла удовольствие и радость. Сейчас вальдшнеп пару раз подает голос до пересечения со стрелковой линией, вдруг выскакивает из-за высоченных берез, пару раз хоркает за нею, да и уходит «с голоса». Все удовольствие этого вида охоты, на мой взгляд, – услыхать да послушать. Выстрелить – дело важное, но второстепенное. А тут такого удовольствия не было. Было  как в тире по тарелочкам – кто быстрее да точнее выстрелит.

Думается, что богатство и близость хороших угодий сыграло с хозяевами нехорошую шутку. Они привыкли, что тяга – вот она, рядом и даже возить людей на нее не надо. Птицы много, охотники довольны. А годы идут, и хозяева не заметили, как не замечают привычное, что тяга уже не та. Если у кого-то  не получалась охота – так это то ли погода виновата, то ли охотники мажут. Самим же охотникам, обычно сравнить не с чем – тут они в первый раз. Откуда им знать, что раньше было по-другому.
Насколько я знаю, такая ситуация с тягами – вещь распространенная. Знаю даже случаи  вырубки переросших деревьев на полюбившемся месте. Правда это редко помогает – все ведь не вырубишь, а что осталось – растет и дальше. Просто надо искать новые тяги.
Ну, вот такой получился отчет об этой охоте. В целом радость несказанная от весенней пробуждающейся природы, от неумолчного птичьего гомона на утренней зоре, от удачного выстрела и от хорошей компании. Очень и очень хорошие (для охотника) условия размещения на охотничьей базе. Идеально место размещения самой базы в сосновом бору и на берегу большого водоема. Радушие и гостеприимство хозяев внутренне, присущее им, как очень хорошим людям. Порядок и профессиональное отношение к делу проявляется везде в этом хозяйстве. А уж чудесный вкус свежей рыбы горячего копчения – просто незабываем. Некоторые мои суждения и замечания об организации охоты, высказанное в этой статье,  – не более чем личное мнение, не обязательно верное.
Отдельно хотелось бы сказать об этом хозяйстве, как хорошем примере коммерческой деятельности. На базе – несколько простых домов на 4-8 человек каждый, на территории и в домах нет ничего лишнего, только необходимое для размещения охотников, удовлетворения их бытовых потребностей. Отопление – печное, персонала – минимум (егерь в семьей живет на территории базы). Затраты поэтому – минимальные. Это не трехэтажный из клееного бруса дом с прибамбасами вроде джакузи содержать. А ведь охотнику и не надо джакузи – ему охота нужна. Если основные бытовые потребности (чистая постель, тепло, водопровод и канализация, здоровая местная пища) удовлетворены – охотнику кроме самой охоты ничего и не надо. А джакузи у него и дома есть.
Можно ли заработать на охотничьем хозяйстве в Вологодской области? Ответ на этот вопрос, уже возникавший в моем блоге, можно получить в Уломском.

www.vologohota.ru

На открытии в Уломе — Охотники.ру

Весьегонское, ныне Уломское охотничье хозяйство, когда-то дальние, малопосещаемые угодья, после строительства автомобильных дорог стали доступны не только вездеходному транспорту, но и простым «Жигулям», сразу став чрезвычайно популярными не только у жителей Череповецкого района, но и у москвичей. Стало доброй традицией, а вернее просто необходимостью, встречать открытие летне-осенней охоты по перу в Уломе, в угодьях по берегам Моложского плеса Рыбинского водохранилища.

Перед поездкой неожиданно для меня встал вопрос, с каким ружьем ехать на охоту. Привычный «Франкотт» стал изредка «капризничать» с жестким капсюлем, а давнишний запас еще ГДРовского «Хубертуса» именно с таким жевело всегда отлично показывал себя на августовской утиной охоте, и не хотелось искать замену этому надежному боеприпасу. Так что в этот раз у меня с собой «настоящее» утиное ружье, пятизарядка, ЦКИБовский МЦ-21, весьма аккуратной работы, почти два десятка лет без дела пролежавший «под кроватью».

Немного о самом охотхозяйстве, в которое я впервые попал еще мальчишкой в конце 60-х годов. Часть обходов «отрезал» Дарвинский заповедник (ДГЗ), северные территории отошли местному обществу охотников, но Совету ВОО ЦО МО удалось сохранить за собой наиболее интересные угодья, а по занимаемой площади Уломское хозяйство осталось достаточно большим. Обитает здесь весь «набор» дичи, характерной для севера средней полосы России, но массовый объект охоты – это, конечно, водоплавающая дичь. Опыт ДГЗ привлечения и размножения гоголя с помощью искусственных гнездовий успешно применяется и в охотхозяйстве. Дуплянки, развешанные по берегам водохранилища, привлекают черно-белых уток, поголовье которых не только стабильно, но и весьма велико. Кряквы по сравнению с другими хозяйствами много, но тот водный режим, который держат сегодня энергетики, пагубно сказывается на поголовье речных уток. Летний подъем воды, затопляет кладки, отсюда много хлопунцов от повторной кладки. Что же касается боровой дичи, то единственно практикуемая осенняя охота по рябчику мало востребована, хотя его немало. Тетерев, который в годы интенсивного ведения сельского хозяйства травился удобрениями, стал разводиться после распада колхозов и совхозов. Охоты по выводкам не проводятся, областью разрешен только весенний отстрел петухов на токах. То же можно сказать и о глухаре. Белая куропатка не редкость на многочисленных клюквенных моховых болотах – незаслуженно «забытый» охотничий вид. Зайца много, но любители потропить косого, да и владельцы гончих здесь редкие гости, а когда охотовед, а позднее начальник хозяйства Василий Андреевич, державший дельных гончих, ушел на пенсию, заяц и лиса приезжими охотниками были практически забыты. Охоты на лося, как правило, проходят удачно. «На реву» – местные рогачи завидный трофей, а зимние загонные охоты, когда начинается миграция лосей из северных районов, «собирают» в оклады до двух десятков сохатых.

Этим летом в июне мне пришлось вести учет вальдшнепа на территории хозяйства. Вечерняя июньская тяга была достаточно приличной, но не количество пролетевших вальдшнепов производило впечатление и не множество диких голубей, а кабаны, в одиночку, маленькими стадами, семьями с полосатыми поросятами, постоянно попадавшиеся на луговинах и полянах, где велся учет лесных куликов. Удивляло также множество коростелей, перед вечерней зарей будто бы пытающихся перекричать друг друга, когда на крохотном пятачке «токовало» сразу три-четыре птицы.

Осенние охоты на овсах на кабана и медведя, когда колхозный овес был надежной основой этих охот, всегда проходили успешно. Нынче поля не сеются, но хозяйство засевает несколько лесных делянок, где установлены стационарные вышки и легкие лабазы. Посеянный овес служит подкормкой лесному зверью, а также обеспечивает гарантированные охоты на медведя и кабана до самой поздней осени.

В теперешние, трудные для всего российского охотничьего хозяйства времена, Улома сумела сохранить не только свои угодья, но и приумножить поголовье основных видов дичи. В этом заслуга не только руководства Совета ЦО МО, обеспечившего материальную поддержку хозяйству, но и в первую очередь коллектива Уломского охотхозяйства во главе с начальником Лариным Николаем Георгиевичем, наконец-то первым местным жителем, пришедшим к руководству, знающим не только охотничье дело, но и местные обычаи. Хорошо знакомый с коренным населением, он способен погасить конфликты и провести нужное мероприятие. В этом ему помогает егерьский коллектив, некоторые работники которого егеря уже в третьем поколении, воспитанные и обученные такими знатоками охотничьего дела, как бывшие старшие егеря Весьегонского хозяйства Мурцев Семен Михайлович, Михин Валентин Александрович, братья Боярсковы и другие.

Для меня открытие охоты закончилось, так и не начавшись; вечером в пятницу, собирая ружье к первой в этом сезоне заре, привычно отвел затвор, ствол в колодке, закручиваю гайку на трубке магазина, ружье собрано. Жму на спуск, проверяя работу механизма, но удара курка по бойку нет. Внутри коробки бренчит сломанная боевая пружина, «автомат» превратился в кусок гравированного металла.

Итак, на ближайшие четыре дня я и мой спаниель превратились в тандем подавальщиков уток при более удачливых охотниках. Впрочем, я особенно об этом не жалел, к стрельбе по утке в последнее время несколько охладел, больше выбирался на болото ради собаки. А здесь, особенно на вечерке, спаниелю скучать не пришлось, просьба найти сбитую утку звучала с разных сторон. Да и приятель все время «совал» свою недавно приобретенную двустволку «Фаусти Стефано», как бы прося оценить и проверить ее бой, но сбив пару кряковых, я опять «переквалифицировался» в «помощника спаниеля». Утки было достаточно, первые два дня стрельба шла «веселая», затем дичь, распознав места установки шалашей, вела себя уже более осторожно, и последующие утра понедельника и вторника стреляли значительно реже, хотя утиные стайки приходилось видеть постоянно. Вечерний лет не ослабевал все четыре дня заезда.

В целом посещение охотхозяйства не разочаровало, ряд домиков был отремонтирован, а новостройки удивляли своей добротностью. Одним словом, как в прежние, в хорошем смысле, «застойные времена». Система скидок постоянным посетителям охотбазы позволила выбраться на природу не только охотникам, но и просто любителям сбора грибов и ягод.

В заключение хочется сказать, что на страницах «РОГ» многие авторы статей поднимают ряд проблем, возникших в настоящее время в охотничьем хозяйстве России. Отчуждаются угодья в пользу людей «с кошельком», возникают закрытые для простого охотника частные хозяйства. В угоду влиятельным лицам принимаются постановления, ущемляющие, а порой лишающие рядового охотника любимого занятия. На этих негативных приметах сегодняшнего времени и стараются авторы привлечь внимание общественности и законодателей к сложившемуся положению. Порой материал носит обобщенный, собирательный характер. Очень удивило, что в статье «РОГ» № 24 от 07.06. с.г. «Что было, что есть», где и названия хозяйства не указывалось, Совет ВОО ЦО МО усмотрел критику в адрес работы коллектива Уломского охотничьего хозяйства, со всеми обычно вытекающими в полувоенных организациях оргвыводами, а не проблему местных охотников.

Юрий КОНСТАНТИНОВ
25 октября 2006 в 00:00

www.ohotniki.ru

МВОО ЦО ВУ

ПЕРЕЧЕНЬ ОХОТНИЧЬИХ ХОЗЯЙСТВ И ДОМА РЫБОЛОВА МВОО ЦО ВУ

ОХОТНИЧЬИ ХОЗЯЙСТВА ПОДЧИНЕННЫЕ МВОО ЦО ВУ

Вологодская область, Уломское охотничье хозяйство – 420 км от Москвы.
Центральная база и остановочные пункты расположены на северо-западном берегу Рыбинского водохранилища в районе города Весьегонск.  Имеются гостиницы для размещения туристов. Баня. Отдыхающим предоставляются лодки для охоты, рыбной ловли. Имеется хорошо подготовленный персонал егерей.
Организована охота на боровую и водоплавающую дичь, лося , кабана, зайца.

Смоленская область , Гагаринское охотничье хозяйство – 230 км от  Москвы..
Центральная база расположена в районе города Гагарин. Отдыхающие размещаются в двух – трехместных номерах со всеми удобствами. Баня.
Организована охота на боровую дичь, лося, кабана, зайца с гончими собаками.

Ярославская область, Переславское охотничье хозяйство – 165 км от Москвы.
Центральная база расположена в районе г. Переславль. Размещение – охотничья гостиница и отдельно стоящие рубленые дома со всеми удобствами находятся на берегу озера Вашутинское. Организована охота на боровую  и водоплавающую дичь, лося, кабана и зайца с гончими собаками. Рыбная ловля.

Новгородская область, Березайское охотничье хозяйство – 425 км от Москвы.
Центральная база расположена в Валдайском районе на берегу озера Шлино. Размещение – охотничья гостиница. Баня. Организована   охота на боровую и водоплавающую дичь, лося, кабана, зайца. Рыбная ловля с лодок.

Московская область Истринский район – 75 км от г. Москвы
Организована   охота на боровую и водоплавающую дичь, лося, кабана, зайца. Рыбная ловля.

РУЗСКИЙ ДОМ РЫБОЛОВА. Расположен в 135км к западу от Москвы у Рузского водохранилищав поселке Осташево.
Имеется база на 30 мест и лодочный парк. Ловится щука, окунь, плотва, лещь, судак.

 

 

 

 

 

 

 

www.huntvoo.ru

Заметки охотоведа из Березайского охотхозяйства МВОО ЦО ВУ. / Сибирский охотник

17 ноября, 6.00 утра. Я с напарником Серегой еду в Березайское охотничье хозяйство Новгородской области Валдайского района. Уже год работаю старшим охотоведом в военном обществе, и вот первая командировка в это хозяйство. Планы такие — успеть доехать до темноты и сесть на вышку, чтобы одному из наших военных коллективов, которые уже бывали здесь ранее, отстрелять кабана .

Тогда, отохотившись на взрослого лося, им не удалось добыть выделенного кабана. На следующий день в планах проверка хозяйства, а в субботу и воскресение — охота на двух лосей в составе коллектива, в котором я состою и где являюсь старшим команды.

В предверии рассказа хочу остановится на описании охотничьего хозяйства и его начальнике Иване Николаевиче Надточем.

Хозяйство было создано в 1971 году, и нынче ему исполнилось сорок лет. Расположено оно на берегу красивейшего озера Шилино, в котором водятся такие виды рыб, как щука, судак, окунь, плотва, ерш, налим, карась. В не до конца выпиленных рвачами лесах водится достаточно лосей, кабанов, зайцев, глухарей, тетеревов, рябчиков; рыскают по своим делам волчьи выводки. Построен комфортабельный охотничий домик на восемь мест.

Иван Николаевич возглавляет хозяйство вот уже 17 лет. Его трудолюбие и энтузиазм помогли значительно увеличить поголовье зверя, не дал он до конца выпилить ценнейшие сосны, в которых находят убежище глухарь и тетерев. Это «человек леса», его украинская находчивость и смекалистость помогают выжить хозяйству в нынешнее непростое для общества время.

В этом сезоне охоты на копытных животных руководимое им хозяйство лидирует среди пяти охотничьих хозяйств общества по освоению лимитов по лосям. Мне рассказывали, что и с техникой он «на ты», может ходовую гусеничного трактора разобрать и собрать за один день.

«Росохотрыболовсоюз» за подобное отношение к работе отметил многих наших работников. Иван Николаевич Надточий и начальник Гагаринского хозяйства Анатолий Анатольевич Марьин награждены медалью А. Королькова «За популизацию общественного движения охоты и рыбалки, активную работу с молодежью, развитие любительской и спортивной рыбалки, а также охотничьего и рыболовного спорта»; начальницу Рузского дома рыболова Татьяну Викторовну Пшеничную — Почетной грамотой; главного редактора журнала «Охота» Валерия Петровича Кузенкова — медалью Д. Соловьева «За достижения в организаторской, просветительской и издательской деятельности, за активную законотворческую деятельность, направленную на укрепление охоты и рыбалки и охраны окружающей среды»; начальника Уломского охотничьего хозяйства Николая Георгиевича Ларина МПР РФ наградило именной грамотой.

Кстати, нельзя не упомянуть еще об одном событии — Ивану Николаевичу Надточему в июне этого года исполнилось шестьдесят лет. Хочется еще раз поздравить его с юбилеем и пожелать крепкого здоровья, долголетия и терпения.

Теперь вернемся к нашим баранам, то бишь кабанам. Спустя несколько часов мы на базе, однако так и не получилось добраться с часовым запасом, чтобы отдохнуть с дороги. Пришлось, как говорится, «с корабля на бал». Глотнул кружку чая, переоделся в зимнюю одежду, еду с начальником хозяйства на ближнюю засидку. По словам егеря Володи, на подкормку выходит большое, в 25 голов, стадо, но через день.

Проводив меня до лабаза, Иван Николаевич с шумом, чтобы зверь слышал, ушел обратно к машине. Так как я в спешке не взял вторую рацию у напарника, договорились, что егерь заберет меня в 24.00.

Время 17.00, сижу и мечтаю, как мимо пробегает стадо кабанов или стая волков. Запасливые сойки то и дело воруют зерно из кормушек и прячут его в лесу, в своих тайниках.

Темнеет. По моим расчетам, часы должны показывать около семи вечера. Не услышав ничего, решаю включить ночник и обследовать местность. Однако включив ПНВ на все четыре положения и вдруг заметив стоящего у кормушки с зерном большого секача, понимаю свою ошибку. Зверь вскидывает голову и медленно трусит в лес. Обругав себя, быстро выключаю прибор. Примерно полчаса спустя я вновь включаю его до третьего положения, и мой знакомый секачек опять исправно стоит на прежнем месте. Этот режим тоже пугает его.

Через двадцать минут повторяю попытку, решив, что если он опять будет находиться у кормушки, медленно приучить его к прибору. На этот раз все повторяется, когда я выключаю ПНВ, кабан полукругом бежит мимо моего лабаза. Не теряя надежды выжидаю еще минут двадцать и включаю первое положение. Ничего не видно, второе — вспыхивают горящие глаза зверя… Жду, пока кабан привыкнет, повторяю попытку с третьим положением. Уже можно и стрелять, но зверь стоит ко мне в штык, а расстояние метров 80, да и картинка не совсем ясная.

Поприучав его к такому положению минут десять, решаю повторить свой опыт прошлых охот. Целясь в грудь зверя, включаю четвертое положение. Кабан вскидывает голову и начинает медленно подставлять свой бок, чего я, собственно, и жду. Перекрестие сразу ложится в район лопатки, но чуть выше, чтобы пуля попала в позвоночник, иначе по чернотропу за ним не набегаешься.

Звучит выстрел, зверь валится замертво.

Третий кабан в этом сезоне, мой обычный ежегодный результат. Однако самое интересное происходит чуть позже. Спустившись с лабаза, подхожу к зверю… Просто красавец… Убедившись, что он не убежит, закидываю карабин с рюкзаком за спину и, затянув «По долинам и по взгорьям», начинаю полуторакилометровый маршрут до егерского дома.

Машина у егеря оказывается сломанной, приходится вызывать начальника хозяйства. До моего возвращения к месту засидки на шишиге проходит менее часа. И… не верю своим глазам… Оказывается, что в мое отсутствие на подкормку пришло большое стадо кабанов, которое, втоптав в грязь моего большого кабанчика и съев все зерно, спокойно скрывается. Такого я не ожидал, а Иван Николаевич клянет себя за забывчивость, что не предупредил меня на тот случай, что, если я рано добуду, то не спешил бы покидать место охоты и посидел бы еще пару часиков. Вот этот шанс закрыть еще одно разрешение коллективу я упускаю…

В следующие два вечера звери на кормушку больше не выходили.

И вот второй день нашего пребывания в хозяйстве. Выпавший снег тает, и мы решаем встать пораньше и поохотиться на зайца в узерку.

Я и двое моих друзей, в сопровождении егеря и молодого гончака, выходим в угодья. База хозяйства расположена вблизи озера Шлино. По лесу идет дорога, и мы, выстроившись в цепь, начинаем прочесывать лесной массив. Я, по своей северной практике, предпочитаю идти вдоль водоема. И интуиция не подводит, отшагав с полсотни метров метров, замечаю во мху зайца-беляка во всей своей красе. Выстрел единичкой не оставляет ему шанса. В течение часа напарники наблюдают еще двух беляков, но те слишком шустры. Молодой гочак вскидывается было вслед, но, сколовшись, понуро возвращается. Вокруг свистят рябчики, и Серега пытается их подманить, однако наша шумная компания отнюдь не способствует этой затее.

Промокнув до нитки, выдвигаюсь в сторону базы. Надо бы растопить печьку, чтобы успеть обсохнуть до засидки на кабана. Спустя час возвращаются промокшие ребята, но не с пустыми руками: егерь Володя хвалится шумовым вальдшнепом — и это 18 ноября!

Приехав пустым с засидки, встречаю остальных охотников нашего коллектива. Решив все организаторские дела, готовимся ко сну в предвкушении охоты на лося. Наше настроение портит мелкий дождь, нудно моросивший весь день.

И вот утро. Иван Николаевич собирает всех в столовой новой базы для проведения инструктажа по технике безопасности под роспись. После чего выдвигаемся на ГАЗ-66 в угодья.

Дождь немного усиливается, а к концу первого загона переходит в мокрый снег.А уже к концу вторго загона мы все вымокаем до нитки. Ребятам, приехавшим позже нас, немного легче — они выехали в дождливую погоду и поэтому позаботились об экипировке.

Лоси выворачиваются и не идут на номера, в итоге мы все единогласно отказываемся от третьего загона и решаем вернуться на базу. Ночное небо рассыпает пригоршнями звезды, начинает холодать. Настрой на завтрашний день становится более оптимистичным.

Проснувшись утром, обнаруживаем за окнами небольшой снежок, температура около минус пяти. Единственное, что меня явно не радует, — хрустящий покров земли, зверь будет слышать нас за несколько сот метров. Что впоследствии и было доказано, два загона — звери идут вдоль номеров или возвращаются на загонщиков.

После второго загона — маленький перекус, во время которого начальник хозяйства сообщает, что сейчас пора прогнать символический загончик, а затем переехать на большой двойной.

Высадив загонщиков, мы выдвигаемся в сторону номеров, когда машина вдруг резко тормозит. Выясняется, что из угодий, в которых нам предстоит охотится, выходит пятерка лосей. Ошарашенные, мы вновь трогаемся и десять минут спустя в быстром темпе устремляемся на номера. На этот раз я оказываюсь самым последним, напарник Серега стоит в 50 метрах слева. Иван Николаевич указвает на мой сектор стрельбы и удаляется от меня на 300 метров в глубь леса.

На команду у нас было два взрослых лося, поэтому на инструктаже было сказано, что у нас всего два дуплета, после второго охотник кричит отбой, и все разряжают оружие.

Ракетница старшего егеря обозначает начало загона, я стою как «рембо» и мысленно простреливаю взором свой участок. Тихий, морозный день разрывает серия выстрелов из пятизарядки. Внимательно прислушиваясь, я не слышу сигнала отбоя, значит охота продолжается.

И вот краем глаза вижу небольшое движение впереди, чуть левее, но рассмотреть среди густых елок ничего не могу. Внимательно наблюдая, замечаю чуть дальше мелькнувших лосей. Они остановились и стали водить ушами, потихоньку перемещаясь к дороге, влево от меня. Я же, бросив в очередной раз взгляд на темное пятно, замечаю просвет. И тут меня осеняет, что это бык, который, отстоявшись, уходит обратно в лес. Догадка подтверждается позже, после охоты. Бык с одним рогом проходит вдоль трех номеров, выходит в 50-ти метрах от следующего, но по нему уже нельзя стрелять — был дан отбой.

А в это время загонщик, как по заказу, идет прямо на мой номер, что заставляет лосей повернуть немного назад и по касательной, справа налево, попытаться пересечь стрелковую линию между мной и Серегой. То, что это два взрослых зверя, сомнений не вызывает, вот только рогов у обоих не наблюдается. Когда они выходят на чистое место, до меня доходит, что это две коровы. Ту, что была крупнее, я решаю пропустить, и как только из-за ели показывается вторая, перекрестие прицела уверенно ложится на лопатку.

Выстрел!..

Расстояние пустяковое, 30 метров, но… Вновь выцеливаю шею, веду, жму на курок, о боже, выстрела нет, смотрю на затвор, а он открытый. Быстро вручную загоняю патрон в ствол, при этом кричу Сергею: «Второго бей!», стреляю в угон по второму зверю, и тут же звучит выстрел напарника. Уже потом выясняется, что его первый выстрел совпадает с моим вторым, и мы не слышим друг друга. Кстати, пуля, выпущенная мною по лопатке, таки попала в цель! Она пробила легкое, и именно это ранение остановило зверя через 50 метров!

Через минуту на меня выходит егерь Володя и идет по следу, тут же, словно лесовик, выныривает Иван Николаевич.

Едва мы приступаем к изучению места первого выстрела, как раздается тихий призыв Володи. Догадавшись, что он видит раненого зверя, на ходу вгоняя магазин и передергивая затвор, подбегаю к нему. Начальник подходит чуть правее. И тут же вскидывает карабин и стреляет… Черт, мы смотрели не в ту сторону. Зверь добран, это трехлетняя корова, и я кричу по цепи: «Готов…» и отбой.

По рации нам сообщают, что на левом фланге добыт здоровый бык с рогами на 4 и 8 отростков. Начинается обычная разделка трофеев…

Приехав на базу, ребята дружно беруться за дележку, я же, как старший команды, занимаюсь бумажной работой (оформление актов охоты и т.д.). Затем, перекусив и погрузив вещи в машину, сердечно благодарим Ивана Николаевича за суперскую охоту и отправляемся с напарником обратно в Москву.

Виктор Залогин,

охотовед-биолог.

(Березайское охотничье хозяйство МВОО ЦО ВУ).

www.hunting.ru

Простому охотнику все меньше места в угодьях

Фото автора

Жаркий апрель сменился холодным маем, даже в середине месяца местами в еловых лесах лежал снег.

И если в целом весенняя охота в Уломе прошла успешно,то перспективы осени выглядели весьма туманно.

Небывалый за последние годы для Рыбинского водохранилища весенний подъем воды, почти до критической 103-й отметки (103 метра над уровнем моря — уровень максимального наполнения водохранилищ), и, как результат, повторные кладки.

Но беда не приходит одна. Холодный май, июнь, июль и непрерывные дожди «проредили» утиные выводки основательно.

Ремонт плотины в Рыбинске никак не давал водоему войти в привычный для этого времени года уровень.

В результате этого оказались под водой не только привычные места охоты, но и кормовые болота, куда в прежние годы так охотно шла кряква.

Разлив Моложского плеса в этом году небывалый, утка разбрелась по затопленным кустам и крепям, сделав подготовку к охоте сложной, а саму охоту малопредсказуемой.

Читайте материал «Улома в конце сезона»

С первым, подготовкой, хозяйство справилось. Вот со вторым оказалось сложнее. Здесь винить, кроме природных аномалий, некого, если только не затрагивать организацию охот на зимовках и VIP-браконьерство по границам хозяйства с многочисленных баз отдыха по Тверскому берегу Мологи.

Конечно, на открытии трофеи были, но повезло не всем, на то и охота, здесь фарт дело не последнее. Но хотелось бы порассуждать на предмет дальнейшего развития этого увлечения.

В недавнем материале «РОГ» «Комфортные базы возродят военно-охотничье общество» руководство ЦС ВОО обозначило пути движения охотничьего сообщества вперед.

В этом заявлении определенно рациональное зерно есть. Тому подтверждение — база Уломского охотничьего хозяйства. Об этом мною было упомянуто в прошлогодней публикации «РОГ»: «На центральной базе Уломского хозяйства в первую очередь оказались востребованными места с городскими удобствами. Несмотря на цену, благоустроенные коттеджи бронировались заранее, а многие охотники корректировали свои планы и сроки выезда с наличием мест в них, несмотря на то что пустовали места в домах, где было все необходимое, лишь определенные удобства остались на улице». Этот год также исключением не стал.

Читайте материал «Октябрь в Уломе, как в прежние годы»

Посмотрите на прайсы рыболовно-охотничьих баз по другую сторону реки, мало не покажется. А на форумах о рыбалке и отдыхе на Рыбинке сплошь вопросы: «Подскажите, где можно расположиться с комфортом, а уже потом — как ловится рыба и как охота».

Что это — возросшее благосостояние россиян или планомерное вытеснение простого охотника на задворки охотничьей жизни?

Охотники и рыбаки как бы разделились на два лагеря, одним — полный сервис подавай (шалаш, лабаз, доставка к месту охоты, питание, катер, егерь…), другие, ярые противники так называемых «навязываемых услуг», отдельно «располагаются» местные охотники и рыбаки-заготовители.

Говоря о ставшем в последнее время популярном словосочетании «протестное браконьерство», корни которого лежат не только в вышеупомянутом разделении охотников на «категории», здесь есть и финансовая составляющая.

И о человеческой природе забывать не стоит, как о воспитании и уважении к охотничьим традициям, а также о чувстве справедливости, об избытке которого сегодня говорить не приходится. Но все-таки основной побудительной причиной для «нарушителя» обычно является ограничение доступа к охоте.

Пока в Уломе о «протестном браконьерстве» никто не слышал, главное, предпосылок к этому явлению нет.

Читайте материал «Сентябрь в Уломе: время настоящих охот»

В этом заслуга руководства хозяйства и всего коллектива. Нет, не суровыми мерами пресекается незаконная охота, как принято во многих частных угодьях. А рассудительной «политикой», когда находится необходимый и разумный компромисс между запросами охотников «любой категории» и интересами хозяйства.

И все это в жесточайшей конкуренции с базами и частными остановочными пунктами, расположенными в Весьегонском районе на другом берегу Моложского плеса Рыбинского водохранилища, до которых от столичного региона, основного «поставщика» рыболовов и охотников, на 200 километров ближе и дорога ровнее.

Читайте материал «За утками в Улому»

Хотя следует признать, что, несмотря на расстояние, а это три-четыре дополнительных часа за рулем, охотники выбирают Улому, а не в тверские угодья. Вывод делайте сами.

К сожалению, охотники своим выбором вольно или невольно определяют жизнь и развитие охотничьих хозяйств, порой переориентируя стоящее утиное хозяйство в зверовое.

Улома богата зверем, при мне в прошлом году на овсах взяли медведя — более двух центнеров потянул, не говоря о добытых с лабазов кабанов и лосей на реву. Но лично я больше ценю охоту в Уломе по перу.

Пусть в этом году август добычливым не оказался, будем ждать сентября с его пролетом, всегда с надеждой, что можно будет добавить почти забытое слово — «валовым».

Источник: ohotniki.ru

fishertime.ru

Август в Уломе — Охотники.ру

Улома является местом благодатным для рыбалки и охоты. Когда-то этот полуостров на севере Рыбинского водохранилища занимало Уломское (первоначальное название Весьегонское) охотничье хозяйство ВОО

Фото автора

Ныне добрая половина угодий передана в пользу местного общества и частных охотхозяйств. Но, несмотря на потери,

в хозяйство ВОО стараются попасть не только охотники Череповецкого района Вологодской области, где расположена Улома, но и с другой, Тверской стороны Мологи, не говоря уже о членах военного общества и охотников Московского региона.


И в этом заслуга коллектива Уломского о/х во главе с его начальником – Лариным Н.Г. В егерских обходах, помимо благоустроенной центральной базы, имеются остановочные пункты, достаточно удобные для проживания и охоты.


Но не это главное: егеря – не случайные люди, знакомые с организацией охоты, в лучшем случае по телепередачам, а знатоки своего дела.

Угодья хозяйства позволяют, несмотря на наплыв охотников, так распределять нагрузку, что относительно добычливые охоты по водоплавающим бывают не только в первые несколько недель, но и продолжаются до подхода северной утки.


В этом году открытие состоялось в субботу 17 августа. Вода к этой дате начала заметно спадать, что на утином поголовье, конечно, не сказалось, но сделало охоты в части угодий более сложными. Поднявшаяся трава затрудняла поиск сбитой дичи, особенно вечером, что без собаки определяло стрельбу не только в меру, но и с расчетом падения утки на чистое место.

Бекаса было много, но, думаю, для «собачников» из-за высокой травы, которую давно никто не косит, кулик был не очень доступен, хотя вылетал почти из-под ног, не проявляя обычной строгости.


В отличие от охот десятилетней давности, помимо кряквы больше стало чирка и особенно свиязи. Появились стайки турухтанов, в давние времена многочисленные, а некоторое время назад почти пропавшие. Как-то скромнее стало с гоголем. Здесь, на мой взгляд, вина браконьеров, на VIP-катерах преследующих стайки нырковых. Канонады из 10–15 выстрелов, особенно после открытия, не умолкали с утра и до вечера. На скорости, под мотором 150–250 лошадиных сил, с двумя-тремя стрелками на носу гоняли гоголя по чистой воде, а проносясь вдоль камыша, били поднимавшуюся крякву.


Что здесь могут сделать работники хозяйства, даже наделенные так раздражающих некоторых охотников «полицейскими» функциями? Ни-че-го! Надежды на ГИМС, у которой есть катера, способные соперничать по скорости с водной техникой браконьеров, никакой, как и на помощь водной полиции, про которую, возможно, где-то слышали, но не видели.

Благо, что ушедшая вода, перестала позволять гонять по местам утиных дневок, и стрельба с катеров к концу месяца заметно поутихла.


То, что утки повсеместно поубавилось, ни для кого не секрет. Конечно, коснулось это и Уломы, пусть в меньшей степени, чем в других хозяйствах, но прежнего изобилия дичи, когда добычу считали не поштучно, а десятками (в 60-70-х годах), уже не стало. Колхозные поля заросли, стало хуже тетеревам, но глухарь и рябчик в прежнем изобилии. Кабан здесь, похоже, не оказывает значительного вреда в период гнездования тетеревиных, больше кормится в зонах затопления. Единственные реальные враги птичьих кладок – лисица и енотовидная собака, востребованность охоты на которых резко снизилась.


Можно было бы винить в снижении утиного поголовья безграмотных охотников во время весенней охоты, бьющих все подряд, но здесь это исключено, егеря работают. Скорее всего, что-то неладно на зимовках, хотя и пролет северной особой массовостью в по-следние годы не отличается.


Что происходит сегодня с уткой, хотелось бы спросить у орнитологов, так как на охоте чаще налетают одиночки или пара-тройка крякв, чем стайка из 6-7 голов. Да и само поведение уток немного изменилось, нет прежних характерных облетов на кругах перед посадкой, чаще, особенно на вечерке, утка идет низом или высоко и сразу садится не на приглянувшееся, а как бы «запланированное» место.


К концу месяца уже не каждая «лужа» приносила успех, приходилось следовать советам егерей или своей наблюдательности, чтобы правильно встать вечером и удачно попасть на утренний перелет. Выполнить дневную норму за одну зарю удавалось не всегда.


Кроме того, охотников после выходных поубавилось, утку перестали особо беспокоить, и она, значительно меньше перемещаясь, реже попадала под выстрел. Так что только правильно выбранное место приносило успех.


Отдельно хочется похвалить руководство общества и хозяйства за отношение к местным охотникам, обеспечивающим не только доступ к охоте, но и учитывающим скромные материальные возможности жителей Уломы.


Но даже при всем этом заметно постреляли местные от силы только в первые выходные. Не только в будни, но и в последующие выходные дни уломчане практически не охотились – дорогим стал для сельского жителя патрон…


Сравнивая отзывы на охотничьих сайтах об «удачных» охотах и взятых трофеях, августовская Улома, по сравнению с другими местами, просто «утиное эльдорадо». Но закрадывается сомнение, что так будет и в последующие годы, и вина здесь не работников хозяйства, а массы необдуманных решений «охотничьего руководства» страны.

Возможно, я ошибаюсь, и снижение численности водоплавающих и другой дичи – в пределах допустимых колебаний, хотелось бы на это надеяться. А пока остаются лишь «островки» охотничьих угодий, куда едешь действительно на охоту, а не на «общение» с природой, что непременно замечает настоящий охотник.

Юрий Константинов
20 сентября 2013 в 00:00

www.ohotniki.ru

Вести с Уломы — Охотники.ру

Охота открылась без переноса сроков, 16 августа. Если говорить о доступности, а главное, о возможности добыть утку или болотную дичь, вальдшнепа и рябчика рядовому охотнику, то,
по существу, здесь осталось лишь одно Уломское охотхозяйство.

Фото Михаила Дроздова

Нельзя сказать, что на сегодняшний день в этом районе с уткой все благополучно, как 10 или 15 лет назад. Хотя все зависящее от коллектива охотничьего хозяйства, конечно, делается.

Но каждую весну утки приходит с зимовки все меньше и меньше, да и пролетная северная осенью летит уже значительно скромнее. О валовом ходе в последние годы повсеместно стали забывать, видимо, и на «северах» с регулированием добычи не все обстоит благополучно.


Страдают здешние угодья от VIP-браконьеров предположительно с частных рыболовных и охотничьих баз правого берега Мологи.


Без помощи государственных силовых структур, МВД, ГИМС, егерям со злостными нарушителями, а вернее расхитителями природы, в одиночку не справиться. Что может противопоставить егерь развеселой компании на мощных катерах, а порой на импортных вертолетах, весной, летом и осенью гоняющих уток и гусей по моложскому плесу, в два-три ствола самозарядок бьющих утиное поголовье влет без разбора. Тут самому бы под выстрел не попасть. В лучшем случае зафиксировать на фото происходящее удастся, что судом, скорее всего, фактом нарушения признано не будет.

Остается лишь вспоминать «победные» рапорты МПР о наделении егерей «полицейскими» функциями.


В целом открытие в Уломе прошло организованно, все текущие вопросы как с местными, так и с приезжими охотниками решались, как всегда, без проволочек. Все что можно сделать в сложившихся условиях для успешной охоты, было выполнено. Здесь к егерям претензий быть не должно, по оседлой дичи, в том числе по копытным и медведю, охоты состоялись и продолжаются результативно.

По утке на сегодняшний день, благодаря «усилиям» МПР, в своих действиях охотхозяйство и общество охотников значительно ограниченно; к примеру, не может установить дни покоя, что в прошлые годы значительно «растягивало» добычливый сезон охоты и сохраняло местное поголовье до начала осеннего пролета, когда ограничения отменялись. Да и нормы добычи, по сравнению с более богатыми на утку временами, стали существенно, а главное, неоправданно выше, хотя практически трофеи оказываются в разы беднее.


23 августа открылась охота по водоплавающим на тверском берегу Мологи, что частично пополнило угодья Уломы потревоженной весьегонскими охотниками уткой.

Уровень воды в Рыбинском водохранилище продолжает снижаться, что на уловах рыбаков особо не отражается, местами даже наоборот, рыба как бы концентрируется, что нельзя сказать об охоте на уток, много кормовых мест пересохло, в таких условиях охоту простой уже не назовешь. Если для местных это беда небольшая, знание угодий и перемещения уток для них не секрет, то приехавшим издалека на 2-3 дня здесь помогут егеря хозяйства. Без трофеев пока никто из Уломы не уезжал.


А теперь о «тихих» охотах. В конце августа неожиданно «второе рождение» произошло местами с черникой. Ягода налилась и, видимо, согретая июльским теплом, под августовскими дождями набрала силу и сладость.


Почти повсеместно за последние два-три года наблюдается богатый урожай брусники. Гроздья ягоды уже покраснели в начале третьей декады последнего месяца лета. Отстает от брусники клюква, обычно в августе уже изрядно порозовевшая. В этом году ее созревание запаздывает, но урожай будет хорошим.


Голубика, по местному «пьяника», уже поспела, неделя-другая, и «плоды» начнут осыпаться от неосторожного прикосновения любителя этой северной ягоды. Кустики гонобобеля (это еще одно название) среди пьянящего багульника, не обсыпные, как в прошлом году, но с урожаем вполне достойным.


В грибах некоторое однообразие — много, даже очень много лисичек. Благородный гриб и солонина пока основательно не обозначились.

 

Юрий Константинов
20 сентября 2014 в 00:00

www.ohotniki.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о