Стволы и пули – Colt 1911 A1 [Стволы и пули выпуск №1] — 1 Февраля 2015

Нарезные стволы и пули для них: с чего все начиналось

Когда день, отмеченный удачным выстрелом, клонится к ночи, а над костром медленно закипает похлебка, самое время заняться наиважнейшим делом — чисткой винтовки…

Удалось ли мне добыть чего-нибудь для котелка (а именно для этого я и охочусь) или же единственным развлечением было многодневное блуждание в кустарнике, вне зависимости от результата, я всегда наслаждался тихим вечером в лагере. И вот, в последний раз удовлетворенно глянув в канал ствола винтовки на слегка покрытые маслом спирали нарезов, я аккуратно убираю оружие в чехол. Но при этом меня каждый раз не отпускает мысль: а многие ли из нас задумываются над тем, что потребовалась не одна сотня лет поисков, ошибок и успехов, обеспечивших появление чуда точной механики — винтовочного ствола, воспринимаемого ныне, как нечто само собой разумеющееся? Я ни в коем случае не собираюсь устраивать ликбез, однако нелишним будет вкратце вспомнить теорию, обосновывающую необходимость спиралевидных канавок внутри ствола огнестрельного оружия.

В общем случае в нарезном стволе наличествуют две и более спиральных канавки, идущих от казенной части к дульной; эти канавки закручивают пулю вокруг продольной оси в процессе ее продвижения внутри ствола. Последующий полет вращающейся вокруг своей оси пули всегда будет более точным и дальним, чем при стрельбе из любого гладкоствольного оружия.

Говоря о базовых терминах нарезки, те области канала ствола, что остаются нетронутыми при станочной обработке, именуются «полями» (таким образом, имеются «поля» и «нарезы») и оставляют характерные бороздки на пулях, представляющие интерес для экспертов-криминалистов. Эти бороздки индивидуальны для каждого ствола и в лабораторных условиях при сопоставлении с пулей, выстреленной из «подозреваемого» оружия, обычно являются достаточным основанием для взятия под стражу виновного.

Впрочем, ничего уникального в принципе закручивания метательного снаряда нет. Британские лучники времен Кресси и Азенкура (1346 и 1415 гг.) были уверены, что спиральная форма оперения позволяет стреле лететь более точно, хотя и без увеличения дальности выстрела. В итоге тот же принцип был применен к средневековому арбалету, содержавшему устройство для закручивания болтов либо стрел. Будучи взведенными посредством рычага либо ворота, наиболее мощные варианты арбалетов были в состоянии пробить болтом либо стрелой самую толстую броню либо конскую шею.

Родиной винтовки была Центральная Европа, и изобретение спиральных нарезов внутри ствола обычно приписывается Гаспару Кольнеру (Gaspard Kollner), австрийскому оружейнику XVI века, проживавшему в Вене. Впрочем, как это обычно бывает, имеются иные точки зрения, и другие историки считают, что стволы оружия, изготовленного Кольнером, имели прямые нарезы, а разработка спиральных нарезов принадлежит Августу Коттеру (Augustus Kotter) из Нюрнберга, проживавшему и творившему в Германии примерно в то же самое время.

Германия славится давними охотничьими и стрелковыми традициями, и данное культурное явление по сию пору представлено в виде многочисленных стрелковых клубов — Schutzenvereine. Винтовкой пользовались охотники, нуждавшиеся в дальнем и точном выстреле при охоте на крупную дичь вроде бродивших по лесам оленей, медведей или кабанов. Охотничья ассоциация с этим оружием была столь велика, что винтовка стала называться Ja-eger, то есть «охотник». По современным нормам ствол этих винтовок был коротким, а его калибр, опять таки с нынешней точки зрения, был слишком большим — между 17 и 19 миллиметрами. Шаг нарезки у первых винтовок сильно варьировался, но в большинстве случаев пуля делала полный оборот при прохождении 90 либо менее сантиметров внутри ствола.

Средневековые пушки периода XIV-XVI веков зачастую изготавливались с прямыми нарезами, тянувшимися на всю длину ствола. Такое решение должно было уменьшать накопление порохового нагара, так как планировалось, что несгоревшие частицы пороха осядут в нарезах, а не по всей поверхности канала ствола. Закупоривание нагаром ствола приводило к его разрыву и гибели хорошо тренированных артиллеристов, по праву считавшихся технической элитой своего времени.

Поскольку между установленным на колесный станок артиллерийским орудием и ручным огнестрельным оружием разница состоит лишь в размерах и весе, неудивительно, что такими же прямыми нарезами вскоре стали оснащаться стволы стрелкового оружия той эпохи. Этот вариант нарезки, вероятно, был первым общепринятым после того, как выяснилось, что пули из таких стволов летят дальше и с меньшим разбросом. Несмотря на скудость документальных доказательств, вполне вероятно, что спиралевидная нарезка скорее всего была разработана оружейниками той эпохи для удлинения собирающих пороховой нагар канавок, без увеличения длины ствола, ведущего к росту веса.

На протяжении XVIII века устойчивый поток немецких, австрийских и швейцарских эмигрантов тянулся в Северную Америку, представлявшую собой конгломерат из британских и французских колоний. Эмигранты привезли с собой винтовки, стрелковое мастерство и мастеров-оружейников. Многие из них поселились в лесистой в то время колонии, основанной Уильямом Пенном (William Penn), Пенсильвании, где умение точно стрелять не только позволяло одерживать верх над враждебным и постоянно вытесняемым коренным населением, но и обеспечивало пропитанием. Ощущая себя в полном смысле слова на краю цивилизации, эти колонисты вынуждены были экономить порох и свинец, и для начала увеличили длину ствола своих винтовок Jager примерно до 112 сантиметров. Благодаря этому порох сгорал практически целиком до того момента, как пуля покидала канал ствола. Чтобы уменьшить расход свинца, калибр был снижен до 10-11,5 миллиметров.

Значительно улучшенное длинноствольное оружие стало знаменитым под названием «Пенсильванская винтовка» (Pennsylvania rifle), позднее она получила имя «Кентуккийской винтовки» (Kentucky rifle). Заслуга в переименовании принадлежит, главным образом, храбрым стрелкам этого штата, так как их убийственно точный огонь сыграл важную роль в победе бунтовщиков над британскими «красными мундирами» генерала Пэйкенхэма (Pakenham) в битве под Нью-Орлеаном в 1815 году.

 

Британцы быстро оценили смертельно опасное мастерство американских стрелков, продемонстри-рованное во время Войны за независимость. Ответом со стороны англичан было создание оснащенных нарезным оружием подразделений, таких как 60-й (комплектовался в основном уроженцами Гессена, состоящими на британской службе) и 95-й стрелковые полки. 95-й стрелковый полк, задачей которого был быстротечный огневой контакт до ввода основных сил, а также снайперская поддержка, позднее заслужил почетное звание «Элитной части» сил герцога Веллингтона в результате испанской кампании наполеоновских войн. Оба стрелковых полка вооружались кремневой винтовкой Бэйкера (Baker). Оба подразделения пережили многочисленные переформирования и в настоящее время числятся в составе британской армии в виде элитного подразделения «Королевских зеленых мундиров» (Royal Green Jackets).

Канал системы Бэйкера содержал семь спиралевидных нарезов, войска оснащались винтовками в калибре 15,6 и 17,8 миллиметров. Фактически система Бэйкера представляла собой короткоствольный (76 см) улучшенный вариант винтовок Jaeger и была надежным и точным образцом оружия. Тем не менее, как и большинство винтовок со времен Jaeger, система Бэйкера заряжалась пулей и пыжом; при этом пуля укладывалась на промасленный пыж и затем загонялась шомполом в казенную часть ствола, поверх порохового заряда — процедура была довольно мешкотной. Чтобы протиснуть пулю сквозь неизбежный пороховой нагар, накапливавшийся в дульной части канала ствола после нескольких выстрелов, стрелку приходилось вначале вгонять пулю посредством колотушки и прибойника, а уж потом досылать ее шомполом. Хотя немногие стрелки могли произвести более двух прицельных выстрелов в минуту, точность системы Бэйкера и сильнейший удар мягкой свинцовой пули весом 31 грамм приводили к ужасающим открытым ранам, которые, из-за шокового действия либо гангрены, практически всегда заканчивались летальным исходом.

Заряжание винтовки происходило значительно медленнее, чем аналогичная процедура в обычных пехотных частях, вооруженных более простым и снискавшим дурную славу из-за своей низкой кучности гладкоствольным ружьем Brown Bess калибра 19 мм. Используя процедуру, известную под названием «катящаяся пуля» (running ball), солдат в разгаре боя мог зарядить винтовку, просто уронив пулю в канал ствола поверх порохового заряда, после чего достаточно было ударить затыльником приклада о землю, чтобы пуля «села» в казенной части без запыживания. Данная процедура обычно применялась часовыми, так как им по окончании караула необходимо было разрядить оружие, а указанный процесс позволял избежать вкручивания в пулю специального инструмента и вынимания нестреляного заряда из ствола. Удар затыльника о землю приводил (в некоторых случаях) к высыпанию части порохового заряда сквозь затравочное отверстие на полку.

В течение 30 лет система Бэйкера в британской армии была заменена винтовкой Брунсвика (Brunswick). Канал ствола этого оружия содержал не семь, как у системы Бэйкера, а всего два параллельных нареза. На первый взгляд такое решение выглядело шагом назад. Однако опыты, проведенные британцами, показали, что новый капсюльный замок винтовки Брунсвика быстрее и надежнее воспламенял пороховой заряд, чем кремневый замок системы Бэйкера.

Винтовка Брунсвика стреляла пулей с «пояском». Благодаря этому «пояску» пуля легко вкладывалась в нарезы, которые расширялись возле дульного среза. Будучи обернутой в промасленный пыж, пуля легко досылалась шомполом до порохового заряда без использования колотушки. Кучность системы Брунсвика была вполне приемлемой для короткоствольной винтовки типа Jaeger.

Одним из первых метательных снарядов, которые считаются современными стрелками «пулей» (от французского слова «boulette» — «шар»), была конструкция, разработанная офицером британской армии, капитаном Джоном Нортоном (John Norton) — пуля для винтовки, изготовленная из мягкого свинца и снабженная углублением в донной части. При выстреле тонкостенная задняя часть пули расширялась под давлением пороховых газов и входила в нарезы ствола. Однако консервативное мышление армейских чинов трудно было преодолеть. Несмотря на впечатляющую точность, цилиндрические пули не были приняты на вооружение, а обосновывалось это тем, что сферическая пуля применяется более 300 лет и необходимости в столь резких изменениях формы боеприпасов не имеется.

В 1835 году английский оружейник Ульям Гринер (William Greener) разработал еще один удачный тип «расширяющейся пули». Форма пули Гринера была эллиптической, а ее длина составляла полтора калибра. Донная часть пули была плоской и имела довольно глубокую полость, в которую вставлялась деревянная пробка. В отличие от сферической пули, конструкция Гринера была вытянутой формы с плоским донцем, то есть напоминала современные пули. Металлическая вставка, при выстреле вдавливавшаяся в сердечник мягкой свинцовой пули, обеспечивала ее расширение и необходимую обтюрацию.

В 1835 году пуля Гринера прошла испытания в Англии и сумела произвести впечатление на высший командный состав армии. Окончательным доводом в пользу пули была возможность заряжать дульнозарядную винтовку с той же скоростью и простотой, что и обычное гладкоствольное ружье. В процессе испытаний порядка 50 пуль Гринера были выстрелены в мешки с песком, откуда их потом извлекли для исследования. Каждая из извлеченных пуль несла точный отпечаток нарезов винтовки, подтверждая тем самым факт полной обтюрации.

Удивительно, но, несмотря на очевидный успех по результатам испытаний на точность и дальность, пуля не была принята на вооружение британской армии на основании того, что ее конструкция, состоящая из двух частей, является сложной и потому не приспособленной для частой стрельбы залпами накоротке; возможно, определенная правда в этом аргументе была.

Учитывая смертельный град из вражеских пуль, а также ядер, которые, пролетая сквозь построенные плечом к плечу ряды войск, могут ранить или убить до 15 солдат, требовался очень дисциплинированный боец, способный спокойно зарядить винтовку пулей Гринера правильным образом — донцем книзу.

Весьма похожей по конструкции на разработку капитана Джона Нортона была пуля Минье (Minie), названная так по фамилии автора, капитана французской армии Клода Этьена Минье (Claude Etienne Minie). Она была почти идентична пуле Гринера, однако вместо деревянной пробки, заставлявшей пулю входить в нарезы, пуля Минье оснащалась железным «стаканчиком» — при выстреле он вдавливался в полость хвостовой части пули из мягкого свинца, который, расширяясь, заполнял нарезы.

Пожалуй, главной проблемой с ранними пулями Минье было несовершенство технологии изготовления, в результате чего железный «стаканчик», расширяющий пулю, иногда так сильно деформировал ее, что дальность и точность стрельбы резко снижались. Тем не менее, несмотря на предыдущую неторопливость при принятии изменений, британская армия приняла пулю Минье в калибре 17,83 мм для винтовки Энфилд образца 1851 года. В конце концов британцы пришли к мнению, что и без железного «стаканчика» расширение пули с полостью в донной части обеспечивает отличную обтюрацию в оснащенном четырьмя нарезами стволе винтовки Энфилд.

Оружейники продолжали свои разработки. В 1854 году англичанин Джозеф Уитворт (Joseph Whitworth) запатентовал ствол с полигональной нарезкой. Его опыты показали, что при нарезке в форме шестигранной спирали пулю можно просто вложить в канал ствола донцем вниз и дослать несильным движением шомпола. При выстреле расширение цилиндрической пули было достаточным для заполнения углов полигонального канала ствола и обеспечивало требуемую обтюрацию.

В 1857 году винтовка Уитворта прошла сравнительные испытания с системой Энфилд, на испытаниях присутствовал министр обороны. Хотя винтовка Уитворта в серии стрельб на точность одержала убедительную победу над системой Энфилд, широкого распространения в армейских частях она не получила.

Тем не менее, в промежутке между 1857 и 1865 годами, дульнозарядных винтовок Уитворта было произведено 13400 штук, из них 5400 достались армии и флоту. Что более важно, винтовки Уитворта в больших количествах приобретались штатами Конфедерации во время гражданской войны в США, население которых, проживая в захолустье, имело давние традиции меткой стрельбы и ценило данную систему за точность.

Меткие стрелки из числа южан, достигшие совершенства в своем смертельном мастерстве, часто награждались винтовкой Уитворта, которая обычно оснащалась телескопическим прицелом Дэвидсона (Davidson) длиной 14 дюймов. Поскольку стоимость таких винтовок достигала немыслимых для того времени 96 долларов, цена, которую Конфедерация заплатила за своих стрелков, действительно была высокой.

За счет своего, в основном деревенского, происхождения, снайперы Конфедерации добились впечатляющего счета уничтоженных врагов. Именно из британской дульнозарядной винтовки Уитворта калибра 11,43 мм снайпером Конфедерации в битве под Чикамугой (Chicamauga) был смертельно ранен генерал северян Уильям Х. Лайтл (William H. Lytle). Однако наиболее известный выстрел был сделан в июле 1863 года, когда делегация из Белого дома исследовала оборонительные позиции под Вашингтоном. Пуля Минье, выпущенная южанином из винтовки Уитворта, пролетела на волоске от президента США Авраама Линкольна и убила стоявшего в нескольких шагах позади доктора.

Несмотря на бесспорные достоинства в качестве оружия снайпера, дульнозарядная система Уитворта была тупиковой конструкцией. Высокая стоимость и медленное заряжание этой системы не выдерживали сравнения с более дешевыми и скорострельными казнозарядными винтовками, которые появились к тому времени и обеспечивали не менее точную стрельбу.

Начиная с 1862 года, американский инженер и оружейник Уильям Эллис Метфорд (William Ellis Metford) произвел серию экспериментов по подбору типа нарезки для малокалиберного, но мощного патрона. Его разработки привели к появлению удачной системы из семи неглубоких нарезов, крутизна которых нарастала при приближении к дульной части, а также пули из твердого сплава свинца.

Разработанная Метфордом система в итоге была принята британской армией в 1888 году под обозначением «винтовка Ли-Метфорд калибра .303, образец 1» («.303” Lee-Metford Mk.1»). В 1903 году на смену ей пришла винтовка Ли-Энфилд -«.303” SMLE (Short Magazine Lee-Enfield) Mk.1», у которой было пять модификаций (от «I» до «V» — «карабина для джунглей») и ствол с левосторонней нарезкой из пяти нарезов. Эти винтовки, в модификациях от «I» до «V» , оставались стандартным образцом Вооруженных сил Британии и Содружества вплоть до появления в конце пятидесятых годов самозарядной винтовки SLR (self-loading rifle), представлявшей собой вариант бельгийской FN FAL.

Большинство экспериментов, связанных с развитием нарезки, скорее всего уже имели место. Прежних исследователей осеняли идеи, которые они пытались претворить в жизнь, и иногда их ждала неудача. На текущий момент происходит доведение до совершенства уже имеющихся принципов. Для улучшения кучности, например, большинство современных охотничьих винтовок выпускается с шагом нарезов от 305 мм (для легких пуль) до 177 мм (для крупных калибров и тяжелых пуль).

Несмотря на техническое совершенство, с которым создается современное армейское и охотничье оружие, научные разработки в области нарезки нельзя считать завершенными. Поиск оптимального сочетания патрона и ствола будет продолжаться. Так или иначе, именно представители охотничьего сообщества, вкладывающие свои кровные средства в оружие и снаряжение высшего класса, будут решать, устраивает ли новая технология их ожидания.

Майк Веллингтон
Ружье 2-2006

weaponland.ru

Нарезные стволы и пули для них: с чего все начиналось

Когда день, отмеченный удачным выстрелом, клонится к ночи, а над костром медленно закипает похлебка, самое время заняться наиважнейшим делом — чисткой винтовки…

Удалось ли мне добыть чего-нибудь для котелка (а именно для этого я и охочусь) или же единственным развлечением было многодневное блуждание в кустарнике, вне зависимости от результата, я всегда наслаждался тихим вечером в лагере. И вот, в последний раз удовлетворенно глянув в канал ствола винтовки на слегка покрытые маслом спирали нарезов, я аккуратно убираю оружие в чехол. Но при этом меня каждый раз не отпускает мысль: а многие ли из нас задумываются над тем, что потребовалась не одна сотня лет поисков, ошибок и успехов, обеспечивших появление чуда точной механики — винтовочного ствола, воспринимаемого ныне, как нечто само собой разумеющееся? Я ни в коем случае не собираюсь устраивать ликбез, однако нелишним будет вкратце вспомнить теорию, обосновывающую необходимость спиралевидных канавок внутри ствола огнестрельного оружия.

В общем случае в нарезном стволе наличествуют две и более спиральных канавки, идущих от казенной части к дульной; эти канавки закручивают пулю вокруг продольной оси в процессе ее продвижения внутри ствола. Последующий полет вращающейся вокруг своей оси пули всегда будет более точным и дальним, чем при стрельбе из любого гладкоствольного оружия.

Говоря о базовых терминах нарезки, те области канала ствола, что остаются нетронутыми при станочной обработке, именуются «полями» (таким образом, имеются «поля» и «нарезы») и оставляют характерные бороздки на пулях, представляющие интерес для экспертов-криминалистов. Эти бороздки индивидуальны для каждого ствола и в лабораторных условиях при сопоставлении с пулей, выстреленной из «подозреваемого» оружия, обычно являются достаточным основанием для взятия под стражу виновного.

Впрочем, ничего уникального в принципе закручивания метательного снаряда нет. Британские лучники времен Кресси и Азенкура (1346 и 1415 гг.) были уверены, что спиральная форма оперения позволяет стреле лететь более точно, хотя и без увеличения дальности выстрела. В итоге тот же принцип был применен к средневековому арбалету, содержавшему устройство для закручивания болтов либо стрел. Будучи взведенными посредством рычага либо ворота, наиболее мощные варианты арбалетов были в состоянии пробить болтом либо стрелой самую толстую броню либо конскую шею.

Родиной винтовки была Центральная Европа, и изобретение спиральных нарезов внутри ствола обычно приписывается Гаспару Кольнеру (Gaspard Kollner), австрийскому оружейнику XVI века, проживавшему в Вене. Впрочем, как это обычно бывает, имеются иные точки зрения, и другие историки считают, что стволы оружия, изготовленного Кольнером, имели прямые нарезы, а разработка спиральных нарезов принадлежит Августу Коттеру (Augustus Kotter) из Нюрнберга, проживавшему и творившему в Германии примерно в то же самое время.

Германия славится давними охотничьими и стрелковыми традициями, и данное культурное явление по сию пору представлено в виде многочисленных стрелковых клубов — Schutzenvereine. Винтовкой пользовались охотники, нуждавшиеся в дальнем и точном выстреле при охоте на крупную дичь вроде бродивших по лесам оленей, медведей или кабанов. Охотничья ассоциация с этим оружием была столь велика, что винтовка стала называться Ja-eger, то есть «охотник». По современным нормам ствол этих винтовок был коротким, а его калибр, опять таки с нынешней точки зрения, был слишком большим — между 17 и 19 миллиметрами. Шаг нарезки у первых винтовок сильно варьировался, но в большинстве случаев пуля делала полный оборот при прохождении 90 либо менее сантиметров внутри ствола.

Средневековые пушки периода XIV-XVI веков зачастую изготавливались с прямыми нарезами, тянувшимися на всю длину ствола. Такое решение должно было уменьшать накопление порохового нагара, так как планировалось, что несгоревшие частицы пороха осядут в нарезах, а не по всей поверхности канала ствола. Закупоривание нагаром ствола приводило к его разрыву и гибели хорошо тренированных артиллеристов, по праву считавшихся технической элитой своего времени.

Поскольку между установленным на колесный станок артиллерийским орудием и ручным огнестрельным оружием разница состоит лишь в размерах и весе, неудивительно, что такими же прямыми нарезами вскоре стали оснащаться стволы стрелкового оружия той эпохи. Этот вариант нарезки, вероятно, был первым общепринятым после того, как выяснилось, что пули из таких стволов летят дальше и с меньшим разбросом. Несмотря на скудость документальных доказательств, вполне вероятно, что спиралевидная нарезка скорее всего была разработана оружейниками той эпохи для удлинения собирающих пороховой нагар канавок, без увеличения длины ствола, ведущего к росту веса.

На протяжении XVIII века устойчивый поток немецких, австрийских и швейцарских эмигрантов тянулся в Северную Америку, представлявшую собой конгломерат из британских и французских колоний. Эмигранты привезли с собой винтовки, стрелковое мастерство и мастеров-оружейников. Многие из них поселились в лесистой в то время колонии, основанной Уильямом Пенном (William Penn), Пенсильвании, где умение точно стрелять не только позволяло одерживать верх над враждебным и постоянно вытесняемым коренным населением, но и обеспечивало пропитанием. Ощущая себя в полном смысле слова на краю цивилизации, эти колонисты вынуждены были экономить порох и свинец, и для начала увеличили длину ствола своих винтовок Jager примерно до 112 сантиметров. Благодаря этому порох сгорал практически целиком до того момента, как пуля покидала канал ствола. Чтобы уменьшить расход свинца, калибр был снижен до 10-11,5 миллиметров.

Значительно улучшенное длинноствольное оружие стало знаменитым под названием «Пенсильванская винтовка» (Pennsylvania rifle), позднее она получила имя «Кентуккийской винтовки» (Kentucky rifle). Заслуга в переименовании принадлежит, главным образом, храбрым стрелкам этого штата, так как их убийственно точный огонь сыграл важную роль в победе бунтовщиков над британскими «красными мундирами» генерала Пэйкенхэма (Pakenham) в битве под Нью-Орлеаном в 1815 году.

Британцы быстро оценили смертельно опасное мастерство американских стрелков, продемонстри-рованное во время Войны за независимость. Ответом со стороны англичан было создание оснащенных нарезным оружием подразделений, таких как 60-й (комплектовался в основном уроженцами Гессена, состоящими на британской службе) и 95-й стрелковые полки. 95-й стрелковый полк, задачей которого был быстротечный огневой контакт до ввода основных сил, а также снайперская поддержка, позднее заслужил почетное звание «Элитной части» сил герцога Веллингтона в результате испанской кампании наполеоновских войн. Оба стрелковых полка вооружались кремневой винтовкой Бэйкера (Baker). Оба подразделения пережили многочисленные переформирования и в настоящее время числятся в составе британской армии в виде элитного подразделения «Королевских зеленых мундиров» (Royal Green Jackets).

Канал системы Бэйкера содержал семь спиралевидных нарезов, войска оснащались винтовками в калибре 15,6 и 17,8 миллиметров. Фактически система Бэйкера представляла собой короткоствольный (76 см) улучшенный вариант винтовок Jaeger и была надежным и точным образцом оружия. Тем не менее, как и большинство винтовок со времен Jaeger, система Бэйкера заряжалась пулей и пыжом; при этом пуля укладывалась на промасленный пыж и затем загонялась шомполом в казенную часть ствола, поверх порохового заряда — процедура была довольно мешкотной. Чтобы протиснуть пулю сквозь неизбежный пороховой нагар, накапливавшийся в дульной части канала ствола после нескольких выстрелов, стрелку приходилось вначале вгонять пулю посредством колотушки и прибойника, а уж потом досылать ее шомполом. Хотя немногие стрелки могли произвести более двух прицельных выстрелов в минуту, точность системы Бэйкера и сильнейший удар мягкой свинцовой пули весом 31 грамм приводили к ужасающим открытым ранам, которые, из-за шокового действия либо гангрены, практически всегда заканчивались летальным исходом.

Заряжание винтовки происходило значительно медленнее, чем аналогичная процедура в обычных пехотных частях, вооруженных более простым и снискавшим дурную славу из-за своей низкой кучности гладкоствольным ружьем Brown Bess калибра 19 мм. Используя процедуру, известную под названием «катящаяся пуля» (running ball), солдат в разгаре боя мог зарядить винтовку, просто уронив пулю в канал ствола поверх порохового заряда, после чего достаточно было ударить затыльником приклада о землю, чтобы пуля «села» в казенной части без запыживания. Данная процедура обычно применялась часовыми, так как им по окончании караула необходимо было разрядить оружие, а указанный процесс позволял избежать вкручивания в пулю специального инструмента и вынимания нестреляного заряда из ствола. Удар затыльника о землю приводил (в некоторых случаях) к высыпанию части порохового заряда сквозь затравочное отверстие на полку.

В течение 30 лет система Бэйкера в британской армии была заменена винтовкой Брунсвика (Brunswick). Канал ствола этого оружия содержал не семь, как у системы Бэйкера, а всего два параллельных нареза. На первый взгляд такое решение выглядело шагом назад. Однако опыты, проведенные британцами, показали, что новый капсюльный замок винтовки Брунсвика быстрее и надежнее воспламенял пороховой заряд, чем кремневый замок системы Бэйкера.

Винтовка Брунсвика стреляла пулей с «пояском». Благодаря этому «пояску» пуля легко вкладывалась в нарезы, которые расширялись возле дульного среза. Будучи обернутой в промасленный пыж, пуля легко досылалась шомполом до порохового заряда без использования колотушки. Кучность системы Брунсвика была вполне приемлемой для короткоствольной винтовки типа Jaeger.

Одним из первых метательных снарядов, которые считаются современными стрелками «пулей» (от французского слова «boulette» — «шар»), была конструкция, разработанная офицером британской армии, капитаном Джоном Нортоном (John Norton) — пуля для винтовки, изготовленная из мягкого свинца и снабженная углублением в донной части. При выстреле тонкостенная задняя часть пули расширялась под давлением пороховых газов и входила в нарезы ствола. Однако консервативное мышление армейских чинов трудно было преодолеть. Несмотря на впечатляющую точность, цилиндрические пули не были приняты на вооружение, а обосновывалось это тем, что сферическая пуля применяется более 300 лет и необходимости в столь резких изменениях формы боеприпасов не имеется.

В 1835 году английский оружейник Ульям Гринер (William Greener) разработал еще один удачный тип «расширяющейся пули». Форма пули Гринера была эллиптической, а ее длина составляла полтора калибра. Донная часть пули была плоской и имела довольно глубокую полость, в которую вставлялась деревянная пробка. В отличие от сферической пули, конструкция Гринера была вытянутой формы с плоским донцем, то есть напоминала современные пули. Металлическая вставка, при выстреле вдавливавшаяся в сердечник мягкой свинцовой пули, обеспечивала ее расширение и необходимую обтюрацию.

В 1835 году пуля Гринера прошла испытания в Англии и сумела произвести впечатление на высший командный состав армии. Окончательным доводом в пользу пули была возможность заряжать дульнозарядную винтовку с той же скоростью и простотой, что и обычное гладкоствольное ружье. В процессе испытаний порядка 50 пуль Гринера были выстрелены в мешки с песком, откуда их потом извлекли для исследования. Каждая из извлеченных пуль несла точный отпечаток нарезов винтовки, подтверждая тем самым факт полной обтюрации.

Удивительно, но, несмотря на очевидный успех по результатам испытаний на точность и дальность, пуля не была принята на вооружение британской армии на основании того, что ее конструкция, состоящая из двух частей, является сложной и потому не приспособленной для частой стрельбы залпами накоротке; возможно, определенная правда в этом аргументе была.

Учитывая смертельный град из вражеских пуль, а также ядер, которые, пролетая сквозь построенные плечом к плечу ряды войск, могут ранить или убить до 15 солдат, требовался очень дисциплинированный боец, способный спокойно зарядить винтовку пулей Гринера правильным образом — донцем книзу.

Весьма похожей по конструкции на разработку капитана Джона Нортона была пуля Минье (Minie), названная так по фамилии автора, капитана французской армии Клода Этьена Минье (Claude Etienne Minie). Она была почти идентична пуле Гринера, однако вместо деревянной пробки, заставлявшей пулю входить в нарезы, пуля Минье оснащалась железным «стаканчиком» — при выстреле он вдавливался в полость хвостовой части пули из мягкого свинца, который, расширяясь, заполнял нарезы.

Пожалуй, главной проблемой с ранними пулями Минье было несовершенство технологии изготовления, в результате чего железный «стаканчик», расширяющий пулю, иногда так сильно деформировал ее, что дальность и точность стрельбы резко снижались. Тем не менее, несмотря на предыдущую неторопливость при принятии изменений, британская армия приняла пулю Минье в калибре 17,83 мм для винтовки Энфилд образца 1851 года. В конце концов британцы пришли к мнению, что и без железного «стаканчика» расширение пули с полостью в донной части обеспечивает отличную обтюрацию в оснащенном четырьмя нарезами стволе винтовки Энфилд.

Оружейники продолжали свои разработки. В 1854 году англичанин Джозеф Уитворт (Joseph Whitworth) запатентовал ствол с полигональной нарезкой. Его опыты показали, что при нарезке в форме шестигранной спирали пулю можно просто вложить в канал ствола донцем вниз и дослать несильным движением шомпола. При выстреле расширение цилиндрической пули было достаточным для заполнения углов полигонального канала ствола и обеспечивало требуемую обтюрацию.

В 1857 году винтовка Уитворта прошла сравнительные испытания с системой Энфилд, на испытаниях присутствовал министр обороны. Хотя винтовка Уитворта в серии стрельб на точность одержала убедительную победу над системой Энфилд, широкого распространения в армейских частях она не получила.

Тем не менее, в промежутке между 1857 и 1865 годами, дульнозарядных винтовок Уитворта было произведено 13400 штук, из них 5400 достались армии и флоту. Что более важно, винтовки Уитворта в больших количествах приобретались штатами Конфедерации во время гражданской войны в США, население которых, проживая в захолустье, имело давние традиции меткой стрельбы и ценило данную систему за точность.

Меткие стрелки из числа южан, достигшие совершенства в своем смертельном мастерстве, часто награждались винтовкой Уитворта, которая обычно оснащалась телескопическим прицелом Дэвидсона (Davidson) длиной 14 дюймов. Поскольку стоимость таких винтовок достигала немыслимых для того времени 96 долларов, цена, которую Конфедерация заплатила за своих стрелков, действительно была высокой.

За счет своего, в основном деревенского, происхождения, снайперы Конфедерации добились впечатляющего счета уничтоженных врагов. Именно из британской дульнозарядной винтовки Уитворта калибра 11,43 мм снайпером Конфедерации в битве под Чикамугой (Chicamauga) был смертельно ранен генерал северян Уильям Х. Лайтл (William H. Lytle). Однако наиболее известный выстрел был сделан в июле 1863 года, когда делегация из Белого дома исследовала оборонительные позиции под Вашингтоном. Пуля Минье, выпущенная южанином из винтовки Уитворта, пролетела на волоске от президента США Авраама Линкольна и убила стоявшего в нескольких шагах позади доктора.

Несмотря на бесспорные достоинства в качестве оружия снайпера, дульнозарядная система Уитворта была тупиковой конструкцией. Высокая стоимость и медленное заряжание этой системы не выдерживали сравнения с более дешевыми и скорострельными казнозарядными винтовками, которые появились к тому времени и обеспечивали не менее точную стрельбу.

Начиная с 1862 года, американский инженер и оружейник Уильям Эллис Метфорд (William Ellis Metford) произвел серию экспериментов по подбору типа нарезки для малокалиберного, но мощного патрона. Его разработки привели к появлению удачной системы из семи неглубоких нарезов, крутизна которых нарастала при приближении к дульной части, а также пули из твердого сплава свинца.

Разработанная Метфордом система в итоге была принята британской армией в 1888 году под обозначением «винтовка Ли-Метфорд калибра .303, образец 1» («.303” Lee-Metford Mk.1»). В 1903 году на смену ей пришла винтовка Ли-Энфилд -«.303” SMLE (Short Magazine Lee-Enfield) Mk.1», у которой было пять модификаций (от «I» до «V» — «карабина для джунглей») и ствол с левосторонней нарезкой из пяти нарезов. Эти винтовки, в модификациях от «I» до «V» , оставались стандартным образцом Вооруженных сил Британии и Содружества вплоть до появления в конце пятидесятых годов самозарядной винтовки SLR (self-loading rifle), представлявшей собой вариант бельгийской FN FAL.

Большинство экспериментов, связанных с развитием нарезки, скорее всего уже имели место. Прежних исследователей осеняли идеи, которые они пытались претворить в жизнь, и иногда их ждала неудача. На текущий момент происходит доведение до совершенства уже имеющихся принципов. Для улучшения кучности, например, большинство современных охотничьих винтовок выпускается с шагом нарезов от 305 мм (для легких пуль) до 177 мм (для крупных калибров и тяжелых пуль).

Несмотря на техническое совершенство, с которым создается современное армейское и охотничье оружие, научные разработки в области нарезки нельзя считать завершенными. Поиск оптимального сочетания патрона и ствола будет продолжаться. Так или иначе, именно представители охотничьего сообщества, вкладывающие свои кровные средства в оружие и снаряжение высшего класса, будут решать, устраивает ли новая технология их ожидания.

Майк Веллингтон
Ружье 2-2006

shooting-iron.ru

только идеи » Военное обозрение

Как это хорошо известно, главной деталью в стрелковом оружии является патрон. Это мнение разделают многие специалисты-оружейники и ведь недаром очень часто, прежде чем конструировать новое оружие, для него создается патрон, а к патрону – пуля. Заметим, что самыми простыми – шаровыми пулями, сделанными из свинца, меди и даже серебра люди успешно убивали друг друга более 300 лет, прежде чем в 1832 году цилиндро-коническую пулю с углублением в донной части предложил английский капитан Джон Нортон.
Пуля Минье слева и компрессионные пули справа.

В 1849 году Клод Минье предложил свинцовую пулю с железной чашечкой, хорошо вжимавшуюся в нарезы ствола, и ставшую весьма популярной. Однако потом выяснилось, что можно обойтись и без чашечки, так как пороховые газы сами по себе хорошо «распирают» пулю при выстреле. А затем пулю упростили еще больше, превратив в простой заостренный цилиндр («компрессионная пуля»), длиной не менее 2-х калибров, который, как выяснилось, и без всяких углублений при выстреле сжимается и хорошо заполняет нарезы.


Пуля Минье, американский вариант без чашечки.

Однако идея пули с углублением в донной части отнюдь не умерла. В 1848 году, Уолтер Хант, изобретатель из Нью-Йорка получил патент на магазинную винтовку с трубчатым магазином, который управлялся двумя рычагами. Она стреляла безгильзовыми патронами, в которых пороховой заряд содержался внутри пули, имевшей внутри полость. Конструкция Ханта была неработоспособной, и она была усовершенствована в известном (и уже значительно более работоспособном) пистолете «Вулканик», 10-мм свинцовые пули которого имели в донной части углубление с зарядом гремучей ртути. Но ни пистолет этой конструкции, ни винтовка большого успеха не сыскали.


Пистолет «Вулканик».

Тем не менее, идея безгильзового патрона с зарядом в самой пуле отнюдь не умерла и то и дело реанимируется вновь. Выяснилось, однако, что при значительной длине она обладает плохими баллистическими характеристиками. То есть самый простой и очевидный путь – поместить метательный заряд в самой пуле, оказался тупиковым.


Безгильзовый патрон, вызывающий больше всего нареканий.

Но не слишком радует специалистов и конструкция германского патрона с пулей внутри бруска из прессованного пороха. Ведь очевидно, что металлическая защитная рубашка гильзы как раз и придумана для того, чтобы сохранить ее содержимое и от климатических, и механических, и температурных воздействий, когда, например, патрон попадает в раскаленный от непрерывной стрельбы патронник. То есть «пороховая рубашка» для пули это тоже не выход! Тогда что же?


Безгильзовый германский патрон калибра 4,7×33 мм в разобранном виде. Пуля полностью погружена в пороховой заряд и закупорена белой пластмассовой пробкой.

Решение и то лишь частичное и достаточно «узкое» может лежать несколько в иной плоскости, а именно плоскости синтеза ряда недостатков и совершенно специфических достоинств новейших разработок в этой области. О чем конкретно идет речь? А вот о чем: известно, что итальянские конструкторы фирмы CompBullet нашли способ поднять точность, кучность стрельбы и одновременно уменьшить отдачу оружия за счет пуль оригинальной конструкции с «вентиляционными» каналами в корпусе.

А сделали они следующее: просверлили один канал по осевой линии от основания, к нему в вдобавок несколько боковых, идущих в стороны от осевого. По мнению создателей этой пули это дает ряд положительных эффектов. Первый: часть раскаленных газов при выстреле движется по осевому каналу и расходится по боковым. При этом они вырываются в стороны и создают газовую прослойку между пулей и стволом, что уменьшает силу трения пули о канал ствола.


Пуля с осевым компенсатором, калибр 9-мм. Фотографии с сайта компании CompBullet.

После того, как пуля покидает ствол, остатки раскаленных газов еще некоторое время продолжают движение внутри отверстий, и пуля начинает работать как дульный тормоз, компенсируя отдачу и стабилизируя ее положение. Поэтому эти пули и получили название «компенсаторные пули». Затем газы, в процессе полета вырывающиеся из отверстий, создают пусть и небольшой, но все-таки имеющий место реактивный эффект, который увеличивает скорость пули.

По утверждению фирмы такая конструкция снижает заметность вспышки при выстреле и снижает громкость стрельбы. Есть и еще один эффект от таких пуль: их вес меньше обычных, что дает возможность увеличивать их боезапас. Конечно, многие эффекты проявляются в ней «чуть-чуть» и «едва-едва», но, тем не менее, проявляются, что делает такие пули все-таки хотя бы немного лучше обычных. Пули выпускают разных калибров и видов – 9-мм; .45 Winchester Magnum; .308 Winchester 7,62 мм и др.


Пуля с осевым компенсатором, калибр .308 Winchester 7,62 мм. Фотографии с сайта компании CompBullet.

Ну а теперь давайте посмотрим, что могут дать эти нововведения, если их соединить с рядом новых предложений, основанных на принципе «все новое – хорошо забытое старое». Для начала внимательно посмотрите на рисунок 1.


Рис. 1. Плоская безгильзовая пуля с маховиком-гироскопом внутри.

На нем вы видите плоскую пулю в виде бруска с острозаточенным острием, то есть по сути дела «летающий клинок». Понятно, что такая пуля будет обладать исключительной убойной силой, к тому же она очень удобна для использования в оружии. Плоский канал ствола, да еще без нарезов, сделать намного проще, чем круглый, его можно делать штампованным, а ствол разбирающимся на две части, то есть его еще легко и чистить. Калибр необычный, двойной: ширина 20 или 30-мм при толщине 4,5-мм. В плоском магазине, рассчитанном на 30 9-мм патронов, таких боеприпасов уместится 60! То есть это боеприпас для пистолетов-пулеметов и… только! В пистолете они будут не очень удобны из-за толщины рукоятки, а для автомата не годятся из-за необходимости точной стрельбы на 500-600 м, чего такая пуля, скорее всего не обеспечит. А вот на ближних дистанциях, на которых как раз пистолет-пулемет и стреляет, этот показатель (по крайней мере, в теории!) должен быть вполне удовлетворительным. За счет… находящегося в пуле маховика!

Посмотрим еще раз. Пуля на рисунке 1 – безгильзовая, то есть ее стенки экранируют пороховой заряд от раскаленных стенок патронника. Однако она может иметь и гильзу, никакой разницы в ее действии при этом нет, просто последний вариант более традиционный. В обоих вариантах пуля состоит из двух штампованных половин и находящегося внутри между ними маховика с лопастями, как у турбины. Соединяются они точечной сваркой, внутри размещается шашка боезаряда с двумя сгорающими капсюлями и все!

А дальше, при выстреле и начинается самое интересное. Давление газов плотно вжимает пулю в канал и заставляет ее начать движение. Одновременно раскаленные газы попадают в левый и правый каналы, имеющие отверстия на боковых сторонах. Пока пуля в стволе это работает как «газовая смазка» (так, по крайней мере, утверждают итальянцы!), но едва пуля высовывается из ствола и отверстия открываются, как газы начинают из них истекать. Количество движения при этом одинаковое, что слева, что справа. Но через правый канал газы истекают свободно, а вот слева их поток омывает колесо маховика и заставляет его вращаться с огромной скоростью. Срабатывает эффект гироскопа, и поскольку он раскручивается в горизонтальной плоскости, плоскости ствола, то и пуля летит в этой же плоскости. Как далеко? Вот это теоретически рассчитать вряд ли невозможно, но… для пистолета-пулемета, тем не менее, должно вполне хватить! Конечно, для государства иметь боеприпасы только лишь для пистолета-пулемета явное излишество. Но будь у нас, как на Западе, много мелких оружейных фирм и частных охранных предприятий, то… кто знает, не пригодилась ли бы им эта конструкция? Ведь переделать под такой боеприпас можно практически любой пистолет-пулемет. Достаточно поставить новый ствол, магазин, затвор и новую ствольную коробку.

Ну, и, конечно, стоит сказать о психологическом воздействии такого оружия на человека, если тот же самый страж порядка направит на него такой ствол, стреляющий пулями, разрезающими человека словно гильотина.

А теперь еще такая мысль: как увеличить калибр, ну, скажем, полицейского пистолета, да еще избежать увеличения отдачи и сделать так, чтобы его пули не рикошетировали о препятствие? Последнее самое простое. Об этом еще Фридрих Энгельс писал, правда, применительно к бронебойным снарядам морских орудий. Он предлагал их не заострять! Чтобы они ударяли кромкой в наклонную броню! И опыт показал, что да, действительно, такие вот «тупые снаряды» сами собой способны «довернуть» на цель. Но с тупыми пулями есть проблема. Они плохо лезут в патронник. Процент задержек с ними выше. И крупный калибр… Конечно, в ХIX веке калибра пистолета 17,5-мм считался нормальным, но современный пистолет такого калибра немыслим вообще. И все-таки… что если разрезать пулю пополам, развернуть половинки на 180 градусов, а после этого превратить ее в кольцо? Тогда она ударится о любую наклонную поверхность именно своей острой кромкой и довернет на нее! Калибр ее при этом может достигать и 12,7 и 14,5-мм, ведь вес ее увеличится незначительно, так как сама она будет представлять в полете стремительно вращающееся кольцо с осевым каналом внутри, который, кстати, также стабилизирует полет пули!


Рис. 2. 10-ти зарядный крупнокалиберный пистолет для полиции.

Посмотрим на рис. 2. Устройство такого пистолета на нем показано вполне наглядно. Ствол представляет собой одновременно и патронник, и магазин, воспламенение электронное. Пороховые заряды, как и в средневековой эспиньоле, расположены между пулями, форма которых такова, что исключает прорыв газов к последующим зарядам. Нарезным является центральный стержень ствола-магазина. Понятно, опять-таки, что скорость вылета первой и последней пуль будет различаться из-за разной длины их пробега в стволе, но эту разницу можно свести к минимуму дозированием зарядов при автоматической укупорке сменных стволов. И потом совсем необязательно делать такой пистолет 10-ти зарядным. Даже 5-7 зарядов будет достаточно для того, чтобы остановить любого преступника, едва только он подумает о том, какую «дыру» проделает в нем такой пистолет посредством этой пули! Кроме того, они смогут легко продырявливать любые шины, что для полиции имеет принципиальное значение.

Рис. А. Шепса

topwar.ru

Внутренняя баллистика — Энциклопедия оружия и боеприпасов

Хотя внутренняя баллистика нарезного (пулевого) и гладкого (дробового) выстрела имеет много общего, между ними имеются и серьезные различия. Здесь мы рассмотрим процессы, происходящие в нарезном стволе. О дробовом выстреле поговорим в одном из ближайших номеров.

БАЛЛИСТИКА ПУЛЕВОГО ВЫСТРЕЛА

«Биография» каждой пули начинается с изготовления, и ее качества серьезно зависят от «родителей», то есть производителей. Очень важно, чтобы пули одного типа имели одинаковую и правильную форму. Их центр тяжести должен находиться точно на продольной оси пули. В идеале каждой пуле нужно проводить динамическую балансировку, как это делают с автомобильными колесами. Сделать хорошую пулю непросто, поскольку большинство из них состоит из нескольких элементов. Лучшие западные производители для пуль, предназначенных для высокоточной стрельбы, делают на них кольцевые поперечные канавки (канелюры) — для надежного и воспроизводимого от патрона к патрону закрепления пули в дульце гильзы. Если этих канавок на пуле нет, ей грозит ассиметричная деформация при обжатии в  дульце гильзы. Если это случается (а у наших патронщиков это «случается» всегда), то о приличной кучности можно забыть. Важно, чтобы усилие, необходимое для «изгнания» пули из гильзы, было одинаковым у всех патронов одной партии. От него значительно зависит максимальное давление, которое будут иметь пороховые газы при выстреле. Кроме того, максимальное давление зависит еще от массы пули, ее инерции. Чем тяжелее пуля, тем выше максимальное давление в стволе.

Для высокой кучности нужно, чтобы при закрытом затворе пуля своей головной частью плотно прижалась к переходному конусу. Это момент далеко не простой. Дело в том, что если длина гильзы стандартизована, то длина собранного патрона бывает различной из-за разной длины пули. Это происходит оттого, что для разных целей пули для одного патрона (и калибра) могут иметь существенно разную массу, а следовательно, и длину. Именно поэтому патронники оружия, предназначенного для сверхточной стрельбы, делают под определенную пулю. При досылании патрона пуля не должна «закусываться» полями, так как в этом случае она может неправильно войти в нарезы ствола. Перед ней не должно быть и свободного хода до нарезов. В этом случае при выстреле будет удар в переходной конус, что приводит к снижению кучности. При входе в ствол пуля должна принять форму его сечения, чтобы не было прорыва пороховых газов. На этой стадии главная задача — получить максимальную скорость. Очень важно, чтобы пули одной партии патронов имели минимальный разброс по скоростям. Это необходимая составляющая высокой кучности. После удара бойка по капсюлю начинается важнейшая часть жизни патрона.

ЧТО ВЛИЯЕТ НА ГОРЕНИЕ ПОРОХА

Горение пороха инициируется горячим факелом продуктов сгорания воспламенительного состава, проникающего в гильзу через запальные отверстия. А сам капсюльный состав воспламеняется от интенсивного взаимного трения его отдельных кристаллов. Энергию для этого ему сообщает боевая пружина оружия через ударный механизм. Для начавшегося горения пороха определяющим является величина и характер поверхности его частиц. Безукоризненно работает правило: большая поверхность — быстрое горение. Если зерна пороха обработать графитом и отполировать, горение замедляется. Пористая структура зерна обеспечивает большую поверхность. Это и позволяет регулировать скорость горения полировкой зерен пороха. Кроме того, на скорость горения пороха влияет температура окружающего воздуха (лето — зима!) и содержание влаги в самом порохе.

Горение порохового заряда должно заканчиваться раньше, чем пуля покинет ствол оружия. Это время весьма коротко — порядка одной миллисекунды. Полностью сгоревший бездымный порох увеличивает свой объем более чем в тысячу раз. При этом в стволе, а сначала в полости гильзы образуется высокое давление, действующее на донную часть пули, стенки гильзы, а через них на патронник и личинку затвора. Сила, определяющая ускорение пули, равна произведению давления на площадь поперечного сечения пули (ее калибр). Поскольку сечение пули пропорционально квадрату ее диаметра, то сила, разгоняющая ее, также пропорциональна ему. Большое влияние на скорость горения пороха оказывает и форма гильзы. В низкой и широкой гильзе порох горит интенсивнее, чем в узкой и высокой. Однако широкая гильза невыгодна тем, что она требует толщины стенки ствола пропорциональной диаметру патронника. Одинаковое давление в узкой трубке вызывает меньшее напряжение, чем в широкой. Именно поэтому наиболее распространенным патроном для нарезного ствола европейских тройников и комбинированных ружей является 9,3 Х 74 R. А если говорить об одном из малых калибров, то в комбинированном оружии удобно применять патроны .22 Hornet. А в карабинах с продольноскользящими затворами выгоднее применять патроны в широких и коротких гильзах. Кроме более высокой скорости горения. широкая и короткая гильза позволяет укоротить ствольную коробку, приблизить ствол к плечу стрелка и тем самым улучшить маневренность оружия. Понятно, что ствол при этом должен быть толще, но в одноствольном оружии это не так критично, как в комбинированном.

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ДАВЛЕНИЯ ПО ДЛИНЕ СТВОЛА

Когда обсуждается давление внутри ствола (и патронника), то имеется в виду «запульное» пространство, то есть ограниченное казенной частью ствола и тыльной частью пули. Пока пуля не начала выдвигаться из дульца гильзы, выделяющиеся разогретые газы занимают постоянный объем, практически равный объему порохового пространства гильзы. В это время увеличивающееся количество продуктов сгорания пороха приводит к резкому возрастанию давления. После того как пуля начала движение по стволу, объем газов начинает увеличиваться, но их количество также растет из-за продолжающегося горения. Затем наступает момент, когда, благодаря движению пули, объем увеличивается быстрее, чем образуются продукты горения. В это время давление в запульном пространстве начинает спадать. В момент выхода пули из ствола давление находится на уровне четырехсот атмосфер.

На графике показаны зависимости нарастания давления в стволе при быстро (прогрессивно) и медленно (с постоянной скоростью) горящем порохе. Площади под обеими кривыми приблизительно одинаковы, что означает и одинаковую величину работы, произведенной этими порохами. Видно, что и скорости пуль на выходе из ствола также одинаковы. Однако медленно горящий порох развивает значительно меньшее максимальное давление, что позволяет иметь более тонкие стенки ствола.

В соответствии с изменением давления вдоль ствола должна изменяться и толщина его стенок. При расчете толщины стенок стволов на прочность закладывается двойной запас. При допустимых давлениях деформация стволов должна быть ниже предела упругости. Иными словами, после спада давления в стволе он должен возвращаться к своим исходным размерам. Хотя это требование всегда соблюдается, давление пороховых газов вызывает в стволе вполне измеряемую деформацию и несколько типов механических колебаний. Самые очевидные — это поперечные. Из-за этих колебаний нельзя при стрельбе прислонять ствол к жестким опорам. Проходящий вдоль ствола импульс непременно отбросит ствол в сторону противоположную опоре. Ошибка будет заметной при любой дистанции стрельбы. А еще пуля, резко начав движение вперед, не только вытягивает дульце гильзы, но и вызывает продольные колебания, также распространяющиеся вдоль ствола. Кроме того, при вдавливании в выступающие поля пуля приобретает вращательное движение. Как реакция на это в стволе появляются торсионные (скручивающие) колебания. Эти процессы имеют сравнительно высокую частоту и накладываются друг на друга. Для точной стрельбы еще более важны продольные волны низкой частоты, которые вызываются ассиметричной фиксацией ствольной коробки в ложе и проходят вдоль ствола. Амплитуда этих колебаний лежит в вертикальной плоскости и существенно растягивает сноп траекторий по вертикали. Поскольку давление даже в самых высококачественных патронах несколько варьирует, для достижения максимальной кучности необходимо стремиться к тому, чтобы пули покидали ствол в тот момент, когда дульный срез находится в одной из крайних точек амплитуды (самой верхней или самой нижней). В этих точках скорость движения ствола имеет минимальные значения, и некоторая разность скоростей пуль отдельных выстрелов будет приводить к минимальным различиям в высотах мест встречи с целью. Этого добиваются с помощью дополнительных грузов, которые разными способами могут перемещаться вдоль ствола.

ПУЛЯ И «ЖИВУЧЕСТЬ» СТВОЛА

Современные пороха и пули малых калибров, вылетающие со скоростями порядка 1000 м/c и более, за несколько сотен выстрелов делают стволы непригодными для точной стрельбы. Использование легированных сталей с высокой температурой отпуска лишь немного уменьшает остроту проблемы. В более крупных калибрах по мере снижения давлений в стволе и скоростей пуль ресурсы стволов несколько выше. Как только давление пороховых газов начинает выталкивать пулю из гильзы, в ее ведущую часть начинают вдавливаться поля ствола. Пуля стремится вытянуться вдоль оси. Эта деформация, состоящая из пластической (необратимой) и упругой (обратимой) компонентов, «съедает» значительную часть энергии пороховых газов. Важно, чтобы тело пули полностью перекрывало сечение канала ствола, не пропуская пороховых газов по нарезам. Именно поэтому важно точное соблюдение размерных допусков в стволах. Как только ствол становится более свободным, прорывы пороховых газов начинают заметно увеличиваться, а вслед за этим снижается качество выстрела и прежде всего кучность. При больших износах начинаются срывы пуль с нарезов. В результате кучность падает катастрофически, и это означает конец жизни ствола.

Снижение трения между поверхностью пули и каналом ствола — постоянная забота оружейников. Изготовители стволов прилагают максимум усилий для достижения высочайшей чистоты поверхностей полей и нарезов. Их тщательно шлифуют и полируют, обращая особое внимание на пульный вход — то место, где происходит вдавливание полей в тело пули. Изготовители пуль стремятся понизить трение пули в стволе для снижения температуры и уменьшения его износа. Понятно, что чем податливее тело пули и мягче наружное покрытие, тем выше ресурс ствола. Свинцовые пули по безвредности для стволов ближе всего к жеваной промокашке. На противоположной стороне этого ряда находятся пули в стальной оболочке. К счастью (а может быть, к нашему несчастью), такие пули массово делают лишь в одной стране (угадайте, в какой?). Сейчас — как нечто прогрессивное у нас вводится биметаллическая оболочка — сталь, покрытая очень тонким слоем томпака (медь с добавкой цинка до 10%). Но это повышает свойства пуль несравненно меньше, чем цену. Такая оболочка все равно имеет высокую жесткость. Трудно деформируются пули, имеющие толстые поперечные перегородки (Fail Safe, Swift-A-Frame, Partition Gold и др.).

Совсем другое дело, когда оболочка пуль целиком из томпака, а под ней сердечник из мягкого свинца.

Для снижения трения пули в стволе применяются антифрикционные покрытия. Наиболее эффективным является покрытие томпаковой оболочки тонким слоем дисульфида молибдена. Фирма Barnes Bullets выпускает пули с покрытием на основе фторсодержащих полимеров. Remington тоже выпускает патроны с несколькими видами пуль, покрытых тонким слоем патентованного пластика Lubalox. Антифрикционные покрытия снижают максимальные давления в стволах, уменьшают количество нагара, позволяют сильнее разогнать пулю, дают лучшую кучность и увеличивают ресурс ствола.

Берегите свои стволы и оружие!

Владимир Тихомиров, Фото автора
Охота и рыбалка 3-2010

weaponland.ru

Ножи и пули.

Заметим, что самыми простыми – шаровыми пулями, сделанными из свинца, меди и даже серебра люди успешно убивали друг друга более 300 лет, прежде чем в 1832 году цилиндро-коническую пулю с углублением в донной части предложил английский капитан Джон Нортон.

В 1849 году Клод Минье предложил свинцовую пулю с железной чашечкой, хорошо вжимавшуюся в нарезы ствола, и ставшую весьма популярной. Однако потом выяснилось, что можно обойтись и без чашечки, так как пороховые газы сами по себе хорошо «распирают» пулю при выстреле. А затем пулю упростили еще больше, превратив в простой заостренный цилиндр («компрессионная пуля»), длиной не менее 2-х калибров, который, как выяснилось, и без всяких углублений при выстреле сжимается и хорошо заполняет нарезы.

 

 

Однако идея пули с углублением в донной части отнюдь не умерла. В 1848 году, Уолтер Хант, изобретатель из Нью-Йорка получил патент на магазинную винтовку с трубчатым магазином, который управлялся двумя рычагами. Она стреляла безгильзовыми патронами, в которых пороховой заряд содержался внутри пули, имевшей внутри полость. Конструкция Ханта была неработоспособной, и она была усовершенствована в известном (и уже значительно более работоспособном) пистолете «Вулканик», 10-мм свинцовые пули которого имели в донной части углубление с зарядом гремучей ртути. Но ни пистолет этой конструкции, ни винтовка большого успеха не сыскали.

 

 

Тем не менее, идея безгильзового патрона с зарядом в самой пуле отнюдь не умерла и то и дело реанимируется вновь. Выяснилось, однако, что при значительной длине она обладает плохими баллистическими характеристиками. То есть самый простой и очевидный путь – поместить метательный заряд в самой пуле, оказался тупиковым.

 

 

Но не слишком радует специалистов и конструкция германского патрона с пулей внутри бруска из прессованного пороха. Ведь очевидно, что металлическая защитная рубашка гильзы как раз и придумана для того, чтобы сохранить ее содержимое и от климатических, и механических, и температурных воздействий, когда, например, патрон попадает в раскаленный от непрерывной стрельбы патронник. То есть «пороховая рубашка» для пули это тоже не выход! Тогда что же?

 

 

Решение и то лишь частичное и достаточно «узкое» может лежать несколько в иной плоскости, а именно плоскости синтеза ряда недостатков и совершенно специфических достоинств новейших разработок в этой области. О чем конкретно идет речь? А вот о чем: известно, что итальянские конструкторы фирмы CompBullet нашли способ поднять точность, кучность стрельбы и одновременно уменьшить отдачу оружия за счет пуль оригинальной конструкции с «вентиляционными» каналами в корпусе.

 

А сделали они следующее: просверлили один канал по осевой линии от основания, к нему в вдобавок несколько боковых, идущих в стороны от осевого. По мнению создателей этой пули это дает ряд положительных эффектов. Первый: часть раскаленных газов при выстреле движется по осевому каналу и расходится по боковым. При этом они вырываются в стороны и создают газовую прослойку между пулей и стволом, что уменьшает силу трения пули о канал ствола.

 

 

После того, как пуля покидает ствол, остатки раскаленных газов еще некоторое время продолжают движение внутри отверстий, и пуля начинает работать как дульный тормоз, компенсируя отдачу и стабилизируя ее положение. Поэтому эти пули и получили название «компенсаторные пули». Затем газы, в процессе полета вырывающиеся из отверстий, создают пусть и небольшой, но все-таки имеющий место реактивный эффект, который увеличивает скорость пули.

 

По утверждению фирмы такая конструкция снижает заметность вспышки при выстреле и снижает громкость стрельбы. Есть и еще один эффект от таких пуль: их вес меньше обычных, что дает возможность увеличивать их боезапас. Конечно, многие эффекты проявляются в ней «чуть-чуть» и «едва-едва», но, тем не менее, проявляются, что делает такие пули все-таки хотя бы немного лучше обычных. Пули выпускают разных калибров и видов – 9-мм; .45 Winchester Magnum; .308 Winchester 7,62 мм и др.

 

 

Ну а теперь давайте посмотрим, что могут дать эти нововведения, если их соединить с рядом новых предложений, основанных на принципе «все новое – хорошо забытое старое». Для начала внимательно посмотрите на рисунок 1.

 

 

На нем вы видите плоскую пулю в виде бруска с острозаточенным острием, то есть по сути дела «летающий клинок». Понятно, что такая пуля будет обладать исключительной убойной силой, к тому же она очень удобна для использования в оружии. Плоский канал ствола, да еще без нарезов, сделать намного проще, чем круглый, его можно делать штампованным, а ствол разбирающимся на две части, то есть его еще легко и чистить. Калибр необычный, двойной: ширина 20 или 30-мм при толщине 4,5-мм. В плоском магазине, рассчитанном на 30 9-мм патронов, таких боеприпасов уместится 60! То есть это боеприпас для пистолетов-пулеметов и… только! В пистолете они будут не очень удобны из-за толщины рукоятки, а для автомата не годятся из-за необходимости точной стрельбы на 500-600 м, чего такая пуля, скорее всего не обеспечит. А вот на ближних дистанциях, на которых как раз пистолет-пулемет и стреляет, этот показатель (по крайней мере, в теории!) должен быть вполне удовлетворительным. За счет… находящегося в пуле маховика!

 

Посмотрим еще раз. Пуля на рисунке 1 – безгильзовая, то есть ее стенки экранируют пороховой заряд от раскаленных стенок патронника. Однако она может иметь и гильзу, никакой разницы в ее действии при этом нет, просто последний вариант более традиционный. В обоих вариантах пуля состоит из двух штампованных половин и находящегося внутри между ними маховика с лопастями, как у турбины. Соединяются они точечной сваркой, внутри размещается шашка боезаряда с двумя сгорающими капсюлями и все!

 

А дальше, при выстреле и начинается самое интересное. Давление газов плотно вжимает пулю в канал и заставляет ее начать движение. Одновременно раскаленные газы попадают в левый и правый каналы, имеющие отверстия на боковых сторонах. Пока пуля в стволе это работает как «газовая смазка» (так, по крайней мере, утверждают итальянцы!), но едва пуля высовывается из ствола и отверстия открываются, как газы начинают из них истекать. Количество движения при этом одинаковое, что слева, что справа. Но через правый канал газы истекают свободно, а вот слева их поток омывает колесо маховика и заставляет его вращаться с огромной скоростью. Срабатывает эффект гироскопа, и поскольку он раскручивается в горизонтальной плоскости, плоскости ствола, то и пуля летит в этой же плоскости. Как далеко? Вот это теоретически рассчитать вряд ли невозможно, но… для пистолета-пулемета, тем не менее, должно вполне хватить! Конечно, для государства иметь боеприпасы только лишь для пистолета-пулемета явное излишество. Но будь у нас, как на Западе, много мелких оружейных фирм и частных охранных предприятий, то… кто знает, не пригодилась ли бы им эта конструкция? Ведь переделать под такой боеприпас можно практически любой пистолет-пулемет. Достаточно поставить новый ствол, магазин, затвор и новую ствольную коробку.

 

Ну, и, конечно, стоит сказать о психологическом воздействии такого оружия на человека, если тот же самый страж порядка направит на него такой ствол, стреляющий пулями, разрезающими человека словно гильотина.

 

А теперь еще такая мысль: как увеличить калибр, ну, скажем, полицейского пистолета, да еще избежать увеличения отдачи и сделать так, чтобы его пули не рикошетировали о препятствие? Последнее самое простое. Об этом еще Фридрих Энгельс писал, правда, применительно к бронебойным снарядам морских орудий. Он предлагал их не заострять! Чтобы они ударяли кромкой в наклонную броню! И опыт показал, что да, действительно, такие вот «тупые снаряды» сами собой способны «довернуть» на цель. Но с тупыми пулями есть проблема. Они плохо лезут в патронник. Процент задержек с ними выше. И крупный калибр… Конечно, в ХIX веке калибра пистолета 17,5-мм считался нормальным, но современный пистолет такого калибра немыслим вообще. И все-таки… что если разрезать пулю пополам, развернуть половинки на 180 градусов, а после этого превратить ее в кольцо? Тогда она ударится о любую наклонную поверхность именно своей острой кромкой и довернет на нее! Калибр ее при этом может достигать и 12,7 и 14,5-мм, ведь вес ее увеличится незначительно, так как сама она будет представлять в полете стремительно вращающееся кольцо с осевым каналом внутри, который, кстати, также стабилизирует полет пули!

 

 

Посмотрим на рис. 2. Устройство такого пистолета на нем показано вполне наглядно. Ствол представляет собой одновременно и патронник, и магазин, воспламенение электронное. Пороховые заряды, как и в средневековой эспиньоле, расположены между пулями, форма которых такова, что исключает прорыв газов к последующим зарядам. Нарезным является центральный стержень ствола-магазина. Понятно, опять-таки, что скорость вылета первой и последней пуль будет различаться из-за разной длины их пробега в стволе, но эту разницу можно свести к минимуму дозированием зарядов при автоматической укупорке сменных стволов. И потом совсем необязательно делать такой пистолет 10-ти зарядным. Даже 5-7 зарядов будет достаточно для того, чтобы остановить любого преступника, едва только он подумает о том, какую «дыру» проделает в нем такой пистолет посредством этой пули! Кроме того, они смогут легко продырявливать любые шины, что для полиции имеет принципиальное значение.

 

 

 

Корсиканский нож для вендетты

Надпись на классической корсиканской «Вендетты» гласит: «Пусть все твои раны будут смертельными». Изготавливать их начали в городе Тьер, который до сих пор считается одним из самых известных французских ножевых центров. Корсиканская вендетта берет лучшее от средиземноморских ножей — больше всего в ней узнается стилет. Этим ножом можно и нужно было делать только одно: убивать противников. На данный момент классическую корсиканскую «вендетту» купить практически невозможно: рынки полнятся ножами не сделанными, а лишь собранными здесь.

Испанская Наваха

Наваха появилась только потому, что простолюдинам Испании было под страхом смерти запрещено носить длинное холодное оружие. Вот парни и придумали наваху: складной нож с лезвием, которое зачастую выступало за рукоять. Нож стал прародителем целого подкласса складных тесаков, но настоящие ценители до сих пор предпочитают использовать классический вариант.

Шотландский Скин Ду

Буквально Sgian Dubh переводится с гэльского как «Черный нож». Легенды гласят, что это название должно обозначать цвет лезвия ножа, побывавшего в гуще схватки. Более прозаичные исследователи считают, что название возникло из-за скрытного способа ношения ножа. На данный момент Скин Ду превратился в элемент национального костюма гордого горца — по прямому назначению их, конечно же, уже никто не применяет.

Швейцарский армейский нож

В отличие от других ножей из нашего списка, швейцарский выполняет, скорее, утилитарные функции и предназначен по большей части для ремонта. Первый вариант предложил армии некто Карл Элзенер еще в 1891 году. Он же и основал знаменитый на весь мир концерн Victorinox, специализацией которого до сих пор остаются армейские ножи.

Норвежский Хель

Ножи Helle стали известны, в первую очередь, благодаря особому типу ламинированной стали. О секрете ее изготовления неизвестно никому — фирма-производитель заказывает материал лезвий напрямую в Норвежском научном институте. По форме Хель напоминает классический скандинавский нож, который по большей части использовали крестьяне и моряки.

спасибо

спасибо


feldgrau.info

Пуля в гладком стволе — Охотники.ру

Уже долгое время российские охотники используют на охоте по крупному зверю гладкоствольное оружие. Cегодня наработан огромный опыт (как отрицательный, так и положительный) в применении к нему разных по конструкции пуль.

Великолепный останавливающий эффект современных экспансивных пуль можно увидеть во всей красе на демонстрационном кубике баллистического пластилина.

Сразу необходимо отметить, что для отстрела крупных копытных (лось, олень, крупный кабан) используется оружие 12-го и 16-го калибров как наиболее подходящее по убойности. Охотничьи ружья, несмотря на их машинное производство, остаются индивидуальными по некоторым своим параметрам.

Достаточно сказать, что допуск на диаметр канала ствола составляет ±0,2 мм, а номинальные диаметры каналов стволов производства наших предприятий различаются между собой на 0,3 мм; таким образом, возможная разница диаметров составит 0,5 мм. Пуля одного и того же калибра может вполне соответствовать одному ружью и не подходить другому. При этом непременным условием правильного снаряжения патрона любой пулей будет соответствие ее диаметра каналу ствола.

Что отличает ружье для пулевой стрельбы от прочих? В первую очередь это все же одностволка. Двуствольные ружья практически всегда имеют среднюю точку попадания (СТП) стволов, не совпадающую друг с другом даже на какой-либо одной дистанции. Теоретически совмещение СТП делается на дистанции 35 м, но применительно к стрельбе пулей это совмещение весьма условно. Поэтому возлагать на такое оружие преимущественную стрельбу пулей не стоит.

 

КУДА СМОТРЕТЬ?

Сегодня мода на специализированные прицелы достигла небывалых высот. Нужны ли они на гладкоствольных ружьях? Пожалуй, единственно удобными и, кстати, самыми востребованными для них являются коллиматорные прицелы. Классическая «оптика» на ружейных дальностях просто абсурдна.

Определяющим на охоте всегда бывает первый выстрел, последующие могут быть сильно затруднены из-за быстрого перемещения зверя. Самозарядные модели снижают ощущаемую отдачу. Не следует забывать, что «помповики» иногда подклинивает с патронами даже среднего качества, не говоря уже о плохих, что замедляет темп стрельбы, поскольку при перезарядке приходится прилагать большие усилия.

Часто это проявляется в помповом оружии с запиранием канала ствола клином и с использованием при этом патронов с быстрогорящими порохами. Гораздо надежнее в этих условиях будет функционировать «помповик» с роторным механизмом запирания канала ствола (Winchester 1300, Benelli Nova).

Многие иностранные ружья «не любят» отечественные капсюли-воспламенители (КВ-22,КВ-21,КВ-209, «Жевело»). Это необходимо учитывать при самостоятельном снаряжении пулевых патронов. Исключение, пожалуй, составляет оружие компании Browning.

«Помповик» гораздо лучше полуавтомата подает самостоятельно снаряженные патроны, хотя полуавтомат «Сайга-12» надежно функционирует на таких боеприпасах даже при наличии отъемного магазина. Принципиально газоотводные полуавтоматы являются наиболее надежной схемой для пулевой стрельбы.

Как показывает практика пулевой стрельбы, полуавтомат, к примеру Benelli, лучше покупать в варианте Combo, чтобы обеспечить необходимую точность выстрела. «Инерционка» хороша в плане технической простоты и легкости ухода. При стрельбе подкалиберными пулями и при использовании в патроне быстрогорящих порохов, когда температура воздуха –20 °С и ниже, возможны задержки.

Автоматика может давать сбой из-за того, что буферная пружина затвора недостаточно загружена. Надежность работы автоматики инерционного полуавтомата зависит от трех моментов: массы снаряда, его начальной скорости и импульса отдачи. Поэтому стоит ответственнее подойти к применению инерционных ружей для пулевой стрельбы на опасных охотах в зимнее время.

 

Для стрельбы в зимний период необходимо с особым вниманием выбирать патроны. Порох весьма привередлив к низким температурам.

Дульное сужение можно иметь сменное, поскольку разные конструкции пуль показывают оптимальный результат с определенным сужением. Это может быть цилиндр, 0,25, получок, 0,75 или даже полный чок. Оптимальным решением представляется наличие постоянного сужения «улучшенный цилиндр». Длина ствола у пулевого ружья традиционно делается укороченной. Ствол 610–660 мм оптимален. Калибр ружья предпочтительней 12х76 мм.

В целях безопасности в ружьях с подствольным трубчатым магазином при снаряжении патронов не используются пули с острой формой головной части, выступающей из гильзы.

Конечно, идеальным оружием для пулевой стрельбы было бы оружие 12-го калибра с полностью нарезным стволом (Fully rifled barrel) в сочетании с пулями Remington Copper Solid, Federal Sabot Slug, Winchester Partition Gold, Winchester Hi-Impact .50 Sabot Slug. Все эти подкалиберные пули снаряжены в пластиковый контейнер-обтюратор. В России иногда можно встретить подобный ствол в комплектации Combo для полуавтомата Winchester Super X3.

 

Пуля с мощнейшим поражающим действием. При попадании
в тело животного диаметр передней части пули мгновенно увеличивается с 18,5 мм
до 36–38 мм.

Необходимо напомнить еще об одной особенности гладкоствольного оружия, предназначенного для пулевой стрельбы. С учетом высоты посадочного места и высоты различных прицельных приспособлений (прицела и кронштейна) получается очень высокая оптическая линия прицела над стволом, вследствие чего требуется иное удержание оружия по сравнению с обычным гладкоствольным ружьем. Для нейтрализации этого недостатка практически все производители пулевого оружия изготавливают ложу с высокой щекой и гребнем.

Полуавтоматы и «помповики», предназначенные для зверовых охот, должны иметь в своей конструкции отсекатель магазина или инерционный элемент, позволяющие осуществить быструю замену патрона в патроннике в случае осечки.

Дистанция уверенной стрельбы большей части пуль редко превышает 50 м. Но в настоящий момент есть пули, конструкция которых позволяет отстреливать лося и кабана до 80 м. При стрельбе на такую дистанцию в конструкции пули необходимо совместить два важнейших параметра: точность и убойность.

Необходимо понимать, что каждый конструктор, создавший пулю, как правило, добивался хороших результатов только при соблюдении определенных условий. Простой охотник, желая повторить их, должен решить ряд вопросов с подбором комплектующих пулевого патрона. Конструкторы современных пуль для гладкоствола взаимодействуют с патронными заводами, поэтому наиболее удачные по конструкции и баллистике пули можно встретить в боеприпасах промышленного производства.

НАСАДКА «ПАРАДОКС»

Оружие с «парадоксом» всегда вызывало неоднозначную реакцию у охотников. Одни считают, что оно может быть преимущественно ручной работы, другие используют показатели боя одноствольных «парадоксов» серийного производства; кто-то говорит о «парадоксах» как об оружии для стрельбы пулей на средние расстояния до 100–150 м, кто-то — лишь на близкие, не превышающие дистанции боя пулей гладкоствольных ружей; одни уверены, что время «парадоксов» прошло, другие считают, что этот тип оружия забыт незаслуженно и его надо возродить. Дать обоснованный ответ на вопрос, нужны ли «парадоксы», непросто, особенно когда можно отстреливать зверя из нарезного оружия.

Конечно, в тундре, степи, горах нарезное оружие ничем не заменишь. В лесной же зоне наиболее часто приходится стрелять по копытным на дистанциях до 100 м. Наверное, именно на расстоянии до 100 м, на котором гладкоствольное оружие работает уже ненадежно, а без нарезного еще можно обойтись, и стоит применять пресловутый «парадокс».

Стрельба специальной пулей из гладкоствольного оружия с такой сверловкой имеет особенности. Хороший бой пулей зависит от ширины, глубины, шага и формы нарезов, постепенности перехода от гладкой к нарезной части ствола, от конструкции пули и материала, из которого она изготовлена, а также от скорости в момент входа пули в нарезы. Проходя по нарезам после гладкой части, пуля получает при вылете из ствола вращательное движение.

При стрельбе из «парадокса» возникает ряд отрицательных явлений — например, большие перегрузки в дульной части ствола при врезании пули в нарезы. В связи с этим, применяя свинцовую пулю, следует пользоваться умеренными зарядами, дающими сравнительно небольшую начальную скорость, иначе произойдет срыв пули с нарезов, а значит, и потеря точности боя.

 

Пуля с мощнейшим поражающим действием. При попадании
в тело животного диаметр передней части пули мгновенно увеличивается с 18,5 мм
до 36–38 мм. Пуля с мощнейшим поражающим действием. При попадании
в тело животного диаметр передней части пули мгновенно увеличивается с 18,5 мм
до 36–38 мм. Пуля с мощнейшим поражающим действием. При попадании
в тело животного диаметр передней части пули мгновенно увеличивается с 18,5 мм
до 36–38 мм. Пуля с мощнейшим поражающим действием. При попадании
в тело животного диаметр передней части пули мгновенно увеличивается с 18,5 мм
до 36–38 мм.

При стрельбе бездымными порохами тяжелая свинцовая пуля при подходе к нарезному чоку может иметь скорость в пределах 400–430 м/с и обладать в этот момент существенной энергией. Эксперименты показали, что, для того чтобы пуля в чоке «парадокс» при современных начальных скоростях получила вращательное движение, необходимое для стабилизации в полете, нужно иметь нарезку небольшой крутизны и длиной не менее 10–12 см.

Нечто подобное когда-то реализовала в насадке «Снайпер» компания «Катион» (США). Насадка была сделана из нержавеющей стали, имела 8 нарезов; нарезка была правая, один оборот на 889 мм; диаметр по полям 18,29 мм, по нарезам 18,54 мм. Насадка имела четыре различных вида присоединительной резьбы наиболее распространенных систем сменных чоков для иностранных ружей. В России похожая по параметрам насадка «парадокс» с прогрессивным шагом нарезки была создана на ТОЗ для ружья МЦ21-12.

Насадки «парадокс» с прогрессивной нарезкой выпускают компании Beretta и Benelli. Причем они могут иметь шлицы, но, как показывает практика, на точность стрельбы это не влияет. Возможно, это происходит из-за того, что в отечественных насадках отсутствует небольшая конусность внутреннего профиля, которая зачастую встречается в импортных образцах. Сход тела пули должен быть единовременный со всех нарезов. Если этого не происходит (из-за наличия шлицов), пуля получает импульс, который ее уводит с траектории. Резьба посадочного места в стволе перед установкой насадки «парадокс» должна быть хорошо смазана, в противном случае могут возникнуть проблемы со снятием насадки после стрельбы.

Для результативной стрельбы из «парадокса» на дистанцию до 100 м необходимо использовать специальные пули, такие как «Пуля Иванова», «Гризли-35», «Гризли-40» для 12-го калибра. Опыт применения оружия с «парадоксом» демонстрирует возможность уверенного отстрела лося, кабана и среднего по размерам медведя до дистанции 100–120 м.

При самостоятельном снаряжении патронов можно взять прогрессивный порох «Сунар-42» (особенно в сочетании с пулей «Гризли-40») или одноосновной порох «Сокол». Из пуль, предназначенных для стрельбы из гладкого ствола лучшие результаты при использовании насадки «парадокс» дают отечественные пули ППЦ-Ст и ППЦ-Э и уже упоминавшиеся выше зарубежные образцы Remington Copper Solid, Federal Sabot Slug.

 

«ПАРАДОКСАЛЬНЫЕ» ВЫВОДЫ.

1. При стрельбе на 35–50 метров «парадокс»
не нужен.
2. Преимущество «парадокса» проявляется на дальностях от 50 до 100 м, но необходима пуля, энергии которой будет достаточно для надежного поражения крупного зверя.
3. На дальностях стрельбы от 50 до 100 м нужны прицельные приспособления.
4. Для уверенной стрельбы из «парадокса» необходима хорошая практика.
5. Сама насадка «парадокс» не панацея, поэтому пристрелять оружие в условиях предстоящей охоты необходимо каждому.

Изготовление машинным способом качественных стволов «парадокс» доказывает, что сверловка такой системы перспективна, особенно в одноствольных ружьях. Два ствола с нарезкой усложняют производство из-за трудности совмещения средних точек попадания и делают его невыгодным или (при перепайке стволов) чрезмерно дорогим. Убойности 12-го калибра, особенно при высоких скоростях пули и хороших значениях по кучности, хватает практически для всех наших охот.

 

Продолжение следует.

Владимир Синцов
17 декабря 2013 в 00:00

www.ohotniki.ru

Продуманная конструкция — Энциклопедия оружия и боеприпасов

Цельнолитые пули без содержания свинца обладают некоторым коварством как с точки зрения технологии изготовления, так и в плане внешней баллистики. Компания Brass Power Bullets из Штутгарта, применив особый инженерный подход, создала оригинальную конструкцию пули и запустила её в производство. В результате баллистика изменилась в лучшую сторону, повысилась кучность. К тому же эти пули являются очень щадящими для оружейного ствола.

Если поинтересоваться мнением человека, мало-мальски разбирающегося в теории и практике точного выстрела, относительно латунных пуль, то ответ будет примерно таков: «Латунные пули должны быть подкалиберными во избежание раздутия ствола или его разрыва, поскольку герметизация газов в стволе при выстреле у таких пуль недостаточна, нарушается контакт с нарезами. В свою очередь, это приводит к нарушению баллистики, поскольку, проходя по каналу ствола, пуля не получает достаточного вращательного момента. В результате невозможно сделать точный выстрел. И посему латунные пули заметно проигрывают классическим или цельным пулям из меди». Тем не менее инженеры-конструкторы нашли выход из положения. Он не так прост, как хотелось бы, но реально позволяет изготавливать латунные пули, щадящие ствол.

Пороховой заряд патрона после воспламенения образует скачкообразное повышение давления. Пороховые газы выталкивают пулю в ствол, где она разгоняется. При разгоне в стволе пуле сообщается вращающееся движение для стабилизации положения в полёте посредством контакта с нарезами. В случае обычных оболочечных пуль их внешний диаметр соответствует по меньшей мере калибру ствола между нарезами, но, как правило, он несколько больше – на 0,001-0,003 мм.


Точность 1. Пять выстрелов на дистанции 100 м из ружья Sauer 202
с использованием сошки Гарриса (Harris).

Даже в идеальном варианте корпус снаряда при проходе сквозь переходной конус остаётся пластично деформированным. Причём поля нарезов вдавливаются в оболочку пули вплоть до калибра отверстия. Это приводит к односторонней деформации – нарезы врезаются в оболочку пули не полностью симметрично, как хотелось бы. В целом это означает, что для дальнейшего прохождения снаряда в стволе по нарезам и следующей за этим фазы полёта в распоряжении оказывается только деформированный корпус пули с более или менее точной симметрией вращения и случайными размерами. Здесь уже нельзя говорить об идеальном, инженерно рассчитанном поведении корпуса пули при прохождении сквозь ствол оружия и о следующей затем фазе полёта.


Точность 2. Пять выстрелов на дистанции 100 м с использованием
сошки из ружья Sauer 202. Красная маркировка нанесена
изготовителем. Все заряды содержали 44 грана пороха
Hodgdon BL-C2, стандартный капсюль Win. Large Rifle.

Поскольку диаметр пули соответствует калибру нарезов или слегка превышает его, то при вдавливании в ствол действуют достаточно большие силы деформации, которые обусловливают сопротивление такому «вдавливанию». Чтобы избежать появления высоких нежелательных пиков давления пороховых газов, материал оболочки (а в случае цельных пуль – материал пули) должен быть сравнительно мягким.

Итак, цельные пули с диаметром, соответствующим калибру нарезов, следует изготавливать из более мягких материалов. Из всех известных лучше всего подходит медь. Если делать пули из более твёрдых материалов, то их диаметр должен быть несколько меньше и может соответствовать только калибру между полями. Однако для подобных пуль характерны два недостатка. Нарезы врезаются в корпус пули незначительно, поэтому энергия вращения пули крайне мала. Крутящий момент, передающийся пуле, явно недостаточен. Вторым изъяном такого снаряда является то, что он слабо герметизирует ствол от обтекающих его движущих пороховых газов – они могут прорываться вперёд между пулей и нарезами. Следствие такого прорыва пороховых газов – газовая эрозия материала ствола и пули. Кроме того, прорывающиеся мимо пули пороховые газы тормозят её ускорение.

Точность 3.
Пять выстрелов на дистанции 100 м из ружья Sauer 202 с сошки.

После выхода из ствола оболочечной пули на оболочке отпечатываются нарезы в виде отрицательного профиля. Эти отпечатки с острыми гранями ослабляют материал оболочки путём появления влияния надреза. При высоких скоростях вращения корпуса пули в полёте – несколько тысяч оборотов в секунду – значительные центробежные силы со всех сторон воздействуют на оболочку и сердечник пули. Далее на корпус снаряда воздействуют значительные силы динамического напора как следствие сопротивления воздуха.


Точность 4.
Три выстрела на дистанции 100 м из ружья Sauer 202 с сошки.

Скорость вращения пули растёт вместе с её начальной линейной скоростью.В зависимости от конструкции обычные оболочечные пули подходят только для скоростей вращения до 4000 об./с. При более высоких скоростях вращения ослабленная надрезами оболочка пули и её мягкий сердечник уже не могут оказывать сопротивления возникающим в таких случаях центробежным силам. Корпус пули разрушается в полёте под действием запредельных центробежных и динамических сил. Поэтому оболочечные пули обычной конструкции пригодны для скоростей свыше 1000 м/с лишь условно. При использовании цельных пуль, разгоняемых с помощью пороховых зарядов, можно считать, что они не будут разрушаться в полёте и, следовательно, становиться непригодными под воздействием возникающих центробежных сил и давлений динамического напора. Цельные пули могут иметь следующие недостатки.


Точность 5.
Три выстрела на дистанции 100 м из ружья Sauer 202 с сошки.

Если они изготовлены из сравнительно твёрдого материала, то их диаметр должен быть меньше калибра. Это может привести к неустойчивой стабилизации пули в полёте и прорыву пороховых газов.

Если пули изготавливаются приблизительно по размерам калибра, то в таком случае они должны быть сделаны из относительно мягкого материала. Это означает, что такие пули нельзя изготавливать на токарном станке. А формование прессованием не столь высокоточный метод обработки, как токарная. То есть допуски при изготовлении становятся выше. И это может оказывать негативное влияние на точность выстрела.


Сечение 1. Ствол с «мягкой пулей» – незначительный прорыв
пороховых газов через образующиеся неплотности (GK).

Показатели механической прочности корпуса обычной пули ограничены, поскольку материал легко поддается деформации. Это может быть недостатком, если необходима высокая проникающая способность в твёрдых средах.

Инженер Харальд Мейер (Harald Meyer) из Штутгарта разработал цельную пулю из сравнительно твёрдого, обладающего способностью хорошо расщепляться медно-цинкового сплава (латунь), которая, тем не менее, в значительной степени препятствует прорыву пороховых газов и получает достаточное количество энергии вращения от полей нарезов.

Brass-Power-Bullet (ВРВ) сконструирована в соответствии с законами внутренней и внешней баллистики и на основе современной технологии. Инженерное решение довольно оригинально. ВРВ в области корпуса не имеет одинакового диаметра и гладкой поверхности. Корпус разделён несколькими «несущими поясками» в специально рассчитанной последовательности.


Сечение 2. Ствол с твёрдой массивной пулей. Наблюдается
значительный прорыв пороховых газов, поскольку пуля
изготовлена по размерам нарезов.

Количество, форма и размеры этих «несущих поясков» не зависят от калибра, внутренней геометрии ствола, материала, из которого изготовлена пуля.

Характерным для корпуса пули с «несущими поясками» является именно её диаметр на «несущих поясках», который соответствует минимальному диаметру ствола между полями нарезов. В зонах, расположенных между «несущими поясками», диаметр корпуса пули соответствует минимальному диаметру калибра между полями нарезов. Путём изменения ширины «несущих поясков» можно конструктивно изменять объём материала пули, деформируемого при врезании нарезов в «несущий поясок». Точно таким же образом можно изменять сечение материала, которое деформируется при прохождении сквозь переходный конус. Широкая зона обусловливает рост, а узкая – уменьшение сопротивления вдавливанию.


Пуля в патроннике. На практике в большинстве случаев
её положение не бывает точно по центру.

Переход от корпуса пули к «несущему пояску» образует скошенная спереди переходная плоскость. Со стороны хвоста пули переход «несущего пояска» в корпус происходит под прямым углом. Эта острая кромка повышает сопротивление потока при прорыве пороховых газов между «несущим пояском» и стенкой ствола. Острая кромка также облегчает отход кзади вытесненного врезающимся полем материала в большей степени, чем этого можно было бы добиться с помощью скошенной поверхности.

Перечень возможных преимуществ цельной пули весьма заманчив.

Конструкция даёт возможность широкого спектра применения в зависимости от конкретного случая.

Принцип конструкции.
Пуля ВРВ отличается наличием «несущих поясков».

При использовании более твёрдых сплавов, которые хорошо поддаются обработке токарным методом, можно наладить надёжный процесс изготовления цельных пуль с точными контурами поверхности с соблюдением минимальных допусков при высокой производительности производства на токарных станках с числовым программным управлением.

Потенциал точности выстрела весьма высок, поскольку очень высоким является достигаемое качество изделия с точки зрения соблюдения размеров и симметрии вращения. Способствует этому и то, что центровка продольной оси пули в стволе осуществляется автоматически при прохождении сквозь переходный конус и ствол.


Пуля ВРВ в патроннике. Так выглядит идеальная позиция,
когда пуля занимает положение по центру.

Даже после незначительной деформации корпуса пули в переходном конусе пуля сохраняет симметрию вращения. Происходит это из-за того, что процессы деформации ограничены «несущими поясками». Это означает более высокую гиростатическую стабильность пули в полёте за счёт улучшенной стабильности вращения.

Аэродинамические свойства корпуса пули стали лучше. Ведь её внешний контур определяется математическими расчётами и изготавливается токарным методом на станках с компьютерным управлением в точном соответствии с законами аэродинамики. Ограничения, связанные со спецификой изготовления методом механического прессования, такие, например, как закругление краёв, способность к извлечению из пресс-формы, минимальные размеры с мелкой деталировкой на поверхности, уже не являются препятствиями при формовании с сохранением оптимальной аэродинамики.


Пуля ВРВ в патроннике. В реальных условиях
пуля редко размещена по центру.

«Несущие пояски» с калибром нарезов в зоне тела пули, практически имеющие калибр внешнего диаметра между полями нарезов, позволяют осуществить планомерную, с малым зазором, подгонку во внутреннем контуре ствола – как в нарезах, так и в его канале – за счёт недеформированных участков пули.

Практическое управление процессами деформации с учётом свойств используемого сплава путём изменения ширины «несущего пояска».

Поскольку поверхность контакта между корпусом пули и внутренним контуром ствола является малой, к нарезам прилегают только «несущие пояски» определённой геометрии, затраты на преодоление сил трения становятся меньше, что в результате приводит к уменьшению количества потерь выделяемого тепла, меньшему износу канала ствола и лучшему КПД внутренней баллистики.


Двукратная принудительная центровка
перед врезанием полей нарезов.

Предотвращение высокой радиальной нагрузки материала в зоне переходного конуса благодаря заметному уменьшению сечений деформации корпуса пули и распределению суммарной работы деформации на несколько следующих друг за другом этапов.

Прорыв пороховых газов является незначительным.

Благодаря применению медно-цинковых сплавов с более высоким содержанием цинка и большей твёрдостью (латуни), а также путём выбора материала в зависимости от цели применения можно добиться повышения проникающей способности пули в твёрдых средах без увеличения сопротивления вдавливанию.


Повторная принудительная центровка
при дальнейшем вхождении пули в ствол.

Для испытаний в наше распоряжение были предоставлены образцы в калибре 0,308» весом 152 грана. Такими пулями нельзя стрелять из полигональных стволов. Чрезмерного загрязнения ствола вследствие истирания пуль в обычных сериях стрельб не наблюдалось. Пули отличаются очень хорошими аэродинамическими свойствами с высоким значением показателя баллистической характеристики (ВС).

Пулями весом 152 грана (около 9,6 г), в цельной оболочке и с острым кончиком, были снаряжены патроны калибра .308 Win. (гильза RWS,

капсюль-воспламенитель – CCI BR2, 44 грана (2,7 г) пороха Vihtavuori N140, длина гильзы – 72 мм). Среднее значение скорости пули V6 814 м/с получается при стрельбе из ружья Remington 700V с длиной ствола 61 см. На расстоянии 100 м средний диаметр круга рассеивания составлял 20 мм.


Конструкция пули препятствует её перекосу.

Изготовитель указывает и другие данные заряда для калибра .308 Win.: гильза Hirtenberg, капсюль-воспламенитель – WLR, пороховой заряд – 46 гранов (около 2,8 г) пороха Hogdon BL-C2, длина патрона – 71,6 мм. Установленная при этом скорость пули V3 составила 856 м/с, а давление газа – 3456 бар. Для стрельбы по желатиновому блоку (содержание желатина – 10%, толщина слоя – 40 мм), наилучшим образом имитирующим косулю, были взяты пули с тонким полым кончиком, который должен обеспечивать хорошую убойную силу. В наших опытах сама пуля ВРВ при встрече с целью на скорости 780 м/с не дала никакого расплющивания. Деформация пули обнаруживалась при концентрации желатина 20% и толщине слоя 150 мм, но при этом наблюдалось обламывание от корпуса пули образующихся лепестков.Что касается поведения пули внутри цели, то тут разработчику ещё придётся поработать над оптимизацией, ведь пуля в случае охотничьего применения должна отличаться от таких конструкций, как Impala южноафриканского производства или RS. Отправными точками могли бы стать форма конуса, а также обработка поверхности готовой пули. В данном случае такой материал, как латунь, преподнесёт ещё немало сюрпризов.

ВЫВОДЫ DWJ


Противодействующая сила.
Увеличивается момент сопротивления перекосу.

Вrass-Power-Bullet является цельной пулей, которая изготавливается с минимальными допусками методом токарной обработки сплава. Несмотря на твёрдость материала, благодаря точно рассчитанным «несущим пояскам» не происходит никакого прорыва пороховых газов, и пуля получает достаточный момент вращения, обеспечивающий её стабилизацию в полёте. Особенности конструкции способствуют тому, что снаряд самостоятельно центрируется при прохождении сквозь ствол.

Потенциал точности пули ВРВ очень высок. Поскольку ширина «несущих поясков» может изменяться, то каждый снаряд можно целенаправленно согласовать с требованиями соответствующего калибра и ствола. А твёрдость сплава для изготовления пули можно изменять путём подбора количества цинка. Благодаря этому можно добиться оптимального проникновения металла пули в нарезы ствола и не испытывать при этом проблем внутренней баллистики.

Вальтер Шульц
Сафари-Украина

weaponland.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о