Охота в горах кавказа: Охота в Кавказких горах

Охота на кавказского тура в Кабардино-Балкарии, среднекавказский тур

В Кавказских горах обитают 3 вида туров. В восточной части Кавказских гор, в Азербайджане, Дагестане и Северной Осетии обитает дагестанский или восточный подвид тура. Другой подвид, Кубанский или западный тур живет на восточной стороне Кавказских гор России. В центральной части Кавказского горного хребта, где смешиваются ареалы обитания двух подвидов, определен третий подвид — Средне-кавказский тур. Его также называют туром Северцова, по имени ученого биолога первым определившего этот подвид. Все три различных вида туров относятся к Ovis and Carpa World Slams. Мы располагаем многолетним опытом охоты на Средне-Кавказского тура, успех которых составляет 100%! По желанию возможна комбинированная охота на два или три вида туров за одну поездку – дополнительно на дагестанского и кубанского тура – по специальной заявке.

Район охоты

Республика Кабардино-Балкария, Нальчик

Маршрут охоты

Перелет в Нальчик занимает около 1 часа 40 мин, далее в лагерь охоты на автотранспорте около 3 часов, из основного лагеря пешком и на лошадях по 1-дневному маршруту в палаточный лагерь.

Охота

Охота начинается как правило из базового лагеря (дом в селе в предгорьях), откуда на лошадях добираются до районов охоты на высотах 2500—3000. Тут разбиваются временные палаточные лагеря. Весьма вероятны пешие подъемы с перепадом до 1000 метров в день. Как правило, при обнаружении туров с дальнего расстояния в подзорную трубу определяются трофейные качества. После чего осуществляется подход-скрадывание на дистанцию выстрела (в среднем 300 метров).   Как и у большинства горных копытных режим дня у туров: питание рано утром и поздно вечером, отдых в дневное время. Поэтому весьма эффективны ранние утренние подъемы в сумерках, либо вечером, перед закатом. Хорошая физическая форма необходима для достижения наилучшего результата.

Сезон охоты

c 1 августа до конца ноября, наилучший период – октябрь.

Климат

Погодные условия довольно непредсказуемы. Дневная температура сильно отличается от ночной из-за условий высокогорья и окружающих ледников. Во второй половине дня обычно спускается туман. С августа до середины сентября дневная температура поднимается до 22°/25°C, временами опускаясь до 3°/10°C. В середине сентября — октябре дневная температура держится в пределах от 10°C до 15°C, опускаясь ночью до -5°C. В первой декаде сентября на горных вершинах может выпасть снег.

Расписание поездки

День 1 Перелет в Нальчик, заезд в гостиницу
День 2 Переезд во временный лагерь, начало охоты
День 3-8 6 дней охоты
День 9 Возвращение в Нальчик
День 10 Вылет в Москву

Конкистадоры в горах Кавказа — Охотники.ру

фото автора

Горы Кавказа!  Они не могут не нравиться. Ты не перестаешь поражаться их красотой и величию. Как бы они сурово ни смотрелись, ты всегда сможешь с ними подружиться. А любовь к горной охоте — предпосылка к этой дружбе.

Для меня любовь к горам материализуется на охоте. Сам процесс охоты это несравнимое ощущение чего-то тайного и явного в одном лице. Я часто задавал себе вопрос, что заставляет человека идти на охоту? Следование традициям? Или жажда адреналина? А может, просто за компанию? Думаю, каждый знает ответ на этот вопрос, и единственное, что сближает всех, это стремление быть ближе к природе.

Большую часть своих охот я провел в горах Кавказа. Вот и сейчас в горах я невольно начинаю засматриваться на красоту, которая меня окружает. Человеку никогда не надоедает смотреть на пламя огня и струящуюся воду, но я бы добавил еще и горы, они и вправду не надоедают взору, даже если ты знаешь каждую травинку или камешек в этих горах наизусть.

Окрики егерей, загоняющих туров на охотников, возвращают меня в реальность. В бинокль мы разглядели двенадцать животных на противоположном склоне горы.

 


Восточно­кавказский тур внешне напоминает западно-кавказского. Главные различия заключаются в форме и длине рогов. У восточно­кавказского тура они закручены в спираль, а у западно-кавказского, или кубанского, тура напоминают рога козерогов. фото автора

Видим, что они все как один уходят из загона влево от нас, хотя, конечно, мы ожидали иного поворота событий. Я думаю, что остальные охотники, сидевшие выше нас по склону, видели, что туры ушли в другую сторону. Но, как было оговорено, мы сидели и ждали. И вдруг через минут двадцать после того, как туры ушли влево от нас, мы увидели группу из четырех животных, поднимающихся по склону соседней горы. Мы сразу замерли за нашим убежищем — выложенной из небольших камней стенкой. Туры, прислушиваясь и озираясь, поднимались все выше и выше. Я и мой приятель из Испании Сезар прильнули к оптике. Первый и последний тур довольно хорошие. На глаз определил размер рогов — минимум восемьдесят сантиметров, что довольно неплохо. Вообще рога туров на десятом году жизни обычно достигают 70–75 см, к 15–16 годам имеют длину уже 85–87 см. Были, конечно, на моей памяти трофеи и побольше — под метр, и даже в 2008 году мой хороший друг Рой Хрелча умудрился (да, именно умудрился) добыть тура, рога которого достигали 1 метр 13 см. На горных охотах особенно привередничать не приходится, шанс может быть, и один раз ты или его используешь, или… но об этом «или» даже не хочется и говорить; порой человек так устает, что даже не остается сил для последних важных шагов, которые отделяют его от выстрела.

 


фото автора

[mkref=3423]

Но вернемся к охоте. Хотя я прошептал Сезару, что надо стрелять в четвертого, последнего тура, он и сам это уже понял, благо, разбирался в козлах и баранах и успел уже в оптику разглядеть объект своей охоты. Туры были уже на расстоянии около 200 метров. Мы ждали их подъема выше. Если Сезар промахнется (а такой вариант никогда не исключен), тогда туры побегут дальше — выше по склону на остальных пятерых охотников. По крайней мере мы хотели чтобы именно так и случилось. Ситуация осложнялась тем, что мы ожидали стадо в 20 или 30 туров, но, как было уже сказано, они ушли из загона. И теперь мы довольствовались тем, что у нас было. Если бы это была первая группа животных, то мы бы пропустили их всех и стреляли бы в самого последнего из достойных. Но перед нами была группа только из четырех животных, и она стала уходить в сторону небольшого хребта. Это, конечно, нервировало нас с Сезаром, который неотрывно держал тура на мушке. Пытаясь улучшить свою позицию, которая и впрямь была не очень удобная, он двинулся и под его ногами зашуршали камни. Все четыре тура устремили взоры в нашу сторону — мы были с ними почти на одном уровне. Нас заметили, в чем у меня не осталось никакого сомнения. И ветер резко изменился, и изменилось поведение туров, которые, до сих пор не торопясь направлялись вверх. Теперь они перешли на челночный бег с остановками, вглядываясь в нашу сторону. Если туры продолжат свой путь в этом направлении, то они станут недосягаемы, как для нас, так и для остальных пяти охотников. Я шепотом сказал, что надо стрелять. Долго мне ждать не пришлось: в момент, когда тур развернулся и продемонстрировал нам свой прекрасный гордый профиль, грянул выстрел; в бинокль я разглядел красное пятно на шее тура, и то как он соскользнул вниз за хребет. Остальные туры стремительно бросились вниз. И ведь не наверх побежали на охотников — вниз! Хотя самого тура мы не видим, я поздравил Сезара с удачным выстрелом. Но остутствие трофея дико напрягает. Ну ты как бы стрельнул, и все удачно, а вот где результат своей стрельбы, ты не видишь. Но мы сидим, так как окрики егерей продолжаются и охота пока не закончена. Хотя после выстрела вряд ли какой-нибудь тур сюда забредет. Но мы ждем. Облака и солнце периодически меняются ролями, и нам от этого то жарко, то прохладно. И вдруг наблюдаем следующую картину — на противоположную гору в метрах 50 от точки попадания в тура пытается вскарабкаться «какой-то» тур, но не поднявшись и пяти метров, он с грохотом падает вниз. Конечно, мы поняли, что это был наш красавчик, значит, пуля, поразив шею, дала ему шанс побороться за жизнь. Я вообще заволновался, как бы тур не ушел. Через пятнадцать минут видим вереницу спускающихся егерей по направлению, куда упало наше животное. Сверху начали спускаться и остальные охотники и егеря с ними. Все поздравили Сезара с трофеем. Трофей и вправду достойный; измерили рога — 82 см, очень даже хорошо. В Азербайджане обитает один вид туров — восточно-кавказский, или, как его еще называют, дагестанский, тур, который имеет длину тела 120−180 см и высоту 78−112 см, масса самцов достигает 155 кг (обычно 120−140 кг). Не секрет, что больше всего в Азербайджан приезжают охотники из Испании. В Испании тоже немало горных охот, и восточно-кавказский тур это отличное пополнение к остальной коллекции.

Вечером все сидим в лагере и обсуждаем дальнейший план действий. Решено, что завтра с утра каждый неотстрелявшийся охотник в сопровождении егерей начнет восхождение наверх для охоты с подхода.

 


Среди зарубежных охотников, приезжающих за турами в Азербайджан, больше всего испанцев. фото автора

И вот с утра пять групп вышли в горы. Я вышел с самым возрастным охотником, с Антонио Гарсией, сын которого уже был в Азербайджане в прошлом году. Через четыре часа мы уже устанавливали палатку. Погода стояла просто прекрасная для августа, не очень жарко, но и небо без облачка, а это в горах большой плюс. Наш егерь Садык ушел высматривать тура для Анотнио. Через полчаса слышу по рации, чтобы мы поднимались. Выйдя к указанной точке, нас встретил Садык и указал на подножие горы, где отдыхало стадо численностью 14 туров. Испанец прильнул к биноклю. Но Садык уже высмотрел для него самого большого из 14 животных. Мы обсудили варианты подхода без риска быть замеченными. Садык на камешках показал испанцу, какого тура стрелять. Определили расстояние — 210 метров, это очень комфортно для стрельбы. Выстрел, и тур упал как подкошенный. Остальные животные сразу ринулись прочь, и через несколько секунд мы видим только одного, который одиноко лежал среди камней. Подойдя, видим, что выстрел был просто великолепен. Трофей оказался размером 88 сантиметров, что, конечно, считается более чем отлично!

После фотосессии узнаем, что из остальных четырех охотников трое тоже отстрелялись сегодня. Спустившись в лагерь тем же днем, нас встречают отстрелявшиеся охотники своим испанским «ура!». Уже почти при закате верхом на лошади в лагерь спускается последний охотник со своим трофеем. Эмоций у всех было хоть отбавляй. Каждый рассказывал, как он добыл свой трофей. После того как ты поднялся в горы и добыл трофей, ты только спустившись в лагерь, начинаешь понимать, что совершил что-то важное в своей жизни. Я думаю, в мире не столько много охот, которые по сложности могут сравниться с охотой на кавказского тура. Проведя несколько дней в лагере, вся группа возвращается в Баку.

Асиф Ильясов 28 августа 2011 в 20:42

Охота на кавказского (дагестанского) тура :: Охота в Азербайджане

Охота в Азербайджане

Наиболее типичные обитатели скал и лугов высокогорья — туры. Кавказские туры — эндемики, обитатели Кавказа; нигде, кроме этой горной страны, не встречаются. Они здесь держатся во все сезоны года. В многоснежные зимы часть животных, в основном самки с сеголетками, спускаются в скалы лесного пояса. Кавказский тур — самый многочисленный вид копытных животных, нередки стада из 100-150 особей. Летом взрослые самцы держатся самостоятельно или группами, самки с молодняком — отдельно, но встречаются и смешанные стада, особенно на солонцах. Туры мало кочуют, отдельные стада могут держаться в определенных урочищах десятилетиями.

Летними днями группы, состоящие обычно из 20-40 животных, держатся на гребнях хребтов, в ледниковых цирках. Вечером туры спускаются со скал и пасутся на субальпийских лугах, зарастающих моренах и осыпях, а иногда заходят в лес. В конце сентября — начале октября после первых значительных снегопадов группы начинают распадаться, и животные постепенно концентрируются в местах зимовок. Они предпочитают субальпийские луга на склонах южных экспозиций и массивы скал с редколесьем.

В последних числах ноября образуются первые смешанные группы. Если декабрь теплый и сухой, гон протекает интенсивно и к середине января уже заканчивается. Первые турята рождаются в конце мая, а массовый отёл приходится обычно на вторую половину июня. В августе и сентябре сеголетки составляют около 20% популяции, а до годовалого возраста доживает только половина молодняка.

Они погибают от резких похолоданий, обычных в высокогорье в летние и особенно осенние месяцы, становятся добычей хищников. Для взрослых туров опасны лавины, в которых чаще погибают самцы. Сейчас в стране около 15 тыс. голов этих эндемических животных.

Условия жизни в горах весьма отличны от равнинных. По мере подъема в горы климат изменяется: понижается температура, возрастает сила ветра, воздух становится более разреженным, зима продолжительнее.

Различен и характер растительности от подножия гор до вершин: пустынные и степные предгорья обычно сменяются лесом. Выше идет низкорослое, изогнутое вниз по склону субальпийское криволесье и заросли кустарников. Еще выше начинается альпийская низкорослая растительность, отдаленно напоминающая растительность северных тундр. Альпийский пояс гор непосредственно граничит со снежными полями, ледниками и скалами; там, среди камней встречаются лишь редкая трава, мох и лишайники. Именно здесь встречаются многие животные, неизвестные на равнинах: различные виды горных козлов (в западной Европе — альпийский козерог, на Кавказе — тур, в горах Азии — сибирский горный козел).

При охоте на тура могут использоваться самые разные методы. Самый трудный метод — это скрадывание. Если охотник допустит хотя бы малейшую ошибку, — произведет неосторожный шум или сделает ненужное движение, он будет, скорее всего, обнаружен, и у него уже не останется ни малейшего шанса произвести выстрел. Даже на небольших территориях возможно успешное скрадывание, потому что туры очень привязаны к своим местам и покинут их, только если их будут сильно тревожить, например, если в их владения во время охотничьего сезона или в другое время будут вторгаться люди или собаки. Охотнику, который хочет заняться скрадыванием в незнакомом месте, лучше побольше об этом месте узнать. В любом случае охотнику потребуется бинокль (и оптический прицел), и надо будет подобрать одежду, не выделяющуюся на местности в данное время года. Хотя дождливая и ветреная погода не слишком приятна для охотника, шум и движение ветвей помогут охотнику приблизиться к животному. Помимо того, что приближаться надо с подветренной стороны, желательно еще, чтобы солнце светило в спину. Лучше начинать охотиться очень рано утром, потому что в это время тур обычно кормится, а потом идет искать место для дневного отдыха.

Один из лучших способов — это занять на высоте удобную точку для наблюдения и осматривать местность в бинокль или подзорную трубу. При этом необходимо учитывать, что животные часто очень хорошо сливаются с фоном. Дело может облегчить контрастный фон, например, зеленая растительность, но если животное держится на фоне скал или каменистой почвы, особенно когда речь идет о пересеченной местности с резкими тенями, то охотнику понадобится очень острое зрение, чтобы увидеть дичь. Всегда можно начать с осмотра снизу, прежде чем забираться наверх, но туры животные очень зоркие. Естественные их враги — волки — обычно приближаются снизу, поэтому они очень внимательны к любому движению снизу от них.

Возможно, лучшим методом разведки и скрадывания является использование повозки (арба с сеном). Как и многие другие животные, тур практически не боится повозок, запряженных лошадьми, но немедленно убежит, если почувствует присутствие человека. Обнаружив стадо туров, охотник и проводник стараются определить, есть ли среди них достойный тур. Если это так, то они незаметно спрыгивают с повозки, которая затем удаляется, отвлекая внимание животных. Охотник приближается на расстояние выстрела и стреляет в тура. Самым лучшим считается животное в возрасте шести лет и старше. Его рога должны иметь длину не менее 60 см.

Прежде чем стрелять, необходимо подумать, не упадет ли зверь в пропасть, откуда его невозможно будет достать и не будет ли он поврежден при падении в случае попадания. Иногда животное можно заставить перейти в «безопасное» место, если крикнуть или выстрелить, но тур не должен видеть, откуда исходит шум.

Охота на дагестанского тура ведётся:

  • в Шемахинском районе (ОХ Улдуз)
  • в Шекинском и Огузском районах (ОХ Шеки)
  • в Гахском районе (Гах ОХ)
  • в Губинском и Исмаиллинском районах (ОХ Бабадаг)

Сезон охоты: июнь — ноябрь.

Ф. Ф. Торнау Охота за зубрами в горах Кавказа . Абхазские сказки и легенды

В истории зубра весьма часто были упоминаемы, и справедливо, его изящная красота и его вымирание или исчезновение в историческое время.

В самом деле, зубр не только красивее всех животных, обитающих ныне в Европе, но не уступает даже в этом отношении жирафу, великорослому оленю и великорослой лоси, жившим в Европе в доисторическую эпоху. Изящная форма вола, курчавая голова и грива, кофейный цвет, при значительном росте, живых огненных глазах и чрезвычайной силе и быстроте движений, дают зубру почти баснословную красоту.

Справедливо и то, что зубр вырождается на памяти человека и в этом отношении заслуживает особенного изучения. Еще в историческое время он больше водился в Германии, Польше и в северной Греции: еще до Французской кампании считали в Беловежской пуще за тысячу голов зубров, а ныне не досчитываются и до двух третей того числа. И нет сомнений, что зубр исчезнет совершенно и что о нем, если б не упоминали современные летописи, потомки наши стали бы говорить в том же самом смысле, в каком мы говорим о первозданных (допотопных) животных.

В 1835 году, на исходе июня месяца, я спустился с высоты снегового хребта Кавказского в ущелье Большого Зеленчуга, называемого горцами Энджик-су. Со мною было шесть человек абхазцев: Микан Соломон, Измаил, Хатхуа, Шакрыл Муты и Кобзеч, да Медовеевец из селения Псоу или Псхо, по имени Омар. Каждый из пяти имел свое особенное назначение в составе нашего путевого общества и отличался каким-либо достоинством, малозначащим в глазах европейского человека, но стоящим всякого уважения в горах и дающим право на известность между черкесами.

Микан Соломон, абхазский дворянин и хаджи, был моим главным проводником, т. е. заведовал всем поездом и отвечал за мою безопасность: лета, уважение, оказываемое ему как Хаджию, опытность, приобретенная в частых поездках из Абхазии на северную сторону гор, родство и связи с некоторыми значительными лицами Абазинских обществ, населяющих внутренность западной части Кавказа, доставляли ему возможность исполнять надлежащим образом возложенную на него обязанность.

Шакрыл Муты, абхазский ашнахмуа (название, принадлежащее владетельским телохранителям и поставляемое несколько ниже дворянского), служил мне оруженосцем и заботился о моей лошади. Кобзеч, говоривший по-русски, хотя и весьма дурно, исправлял должность переводчика. Измаил, слуга Микан Соломона, заведовал съестными припасами и готовил кушанье; это ему не стоило больших трудов, потому что наши запасы состояли только из проса, кислого молока и мяса одного барана, убитого при отправлении в дорогу. Два раза в день, поутру и вечером, ему доставалось изжарить кусок баранины и сварить крутую кашу из проса, заменявшую хлеб у кавказских горцев.

Остается сказать несколько слов о Хатхуа и о Медовеевце Омаре: эти два человека хотя и невысокого звания, но по знанию местности в горах и по личным качествам составляли главную основу нашего общества и во всех поселяли уверенность в успешное совершение путешествия. Хатхуа, семидесятилетний старик, высокий, худощавый, бодрый и сильный, несмотря на преклонные лета, считался одним из лучших ходоков Абхазии, где есть известные пешеходы, не уступающие ни в скорости, ни в выдержке хорошей шагистой лошади. Он поседел в охоте на диких зверей, по скалам и по снегам Кавказских гор, близ источников Кодора, Бзыба, Зеленчугов, Урупа и Лабы, и в воровстве у горцев, живущих смежно с Абхазией. Его появление на северной покатости гор, в Башылбае, Таме, Кызылбеке или другом каком-либо Абазинском селении, в котором он пользовался гостеприимством, всегда предшествовало значительной пропаже в соседних аулах.

Слух о его прибытии заставлял хозяев крепче запирать на ночь скот и лошадей и не пускать ни детей, ни девушек в лес или к ручью без вооруженных мужчин. Хатхуа, знавший как свои пять пальцев все тропинки по горам, все переходы через вечные снега и леденистые скалы, все скрытные места по лесам, на пространстве, служили ему поприщем для опасной горной охоты, обыкновенно направлял абхазских хищников, спускавшихся с гор для воровства у враждебных им черкесов. Не раз Хатхуа находился в весьма затруднительных обстоятельствах и жизнь его висела на волоске, потому что горец, попавшийся врагу, не ведает пощады; но каждый раз или сила и ловкость, или меткое ружье, или только ему ведомая тропинка выручали его из беды, и он возвращался в Абхазию, без добычи, ощипанный, голодный, в крови и в ранах, счастливый уже тем, что вынес жизнь. Вот причины, по которым я не жалел ни просьб, ни денег, чтобы склонить Хатхуа к участию в путешествии моем из Абхазии на Кубань.

Как, скажут некоторые, можно было доверить себя подобному человеку? Идти русскому с горцем, обкрадывающим и убивающим своих из алчности к добыче? Не значило ли это подвергнуть себя явной опасности и всегдашнему страху измены? Нисколько. Насчет Хатхуа я был столько же спокоен, сколько насчет других моих товарищей. Опыт оправдал мои предположения, потому что я в этом деле не действовал на авось, а рассчитывал, основываясь на знании страстей и слабости тех, с которыми имел дело. Во-первых, Хатхуа никогда своих одноплеменных, кровных и родных не обкрадывал, а стоял за них стеною и всегда был готов положить голову при защите их собственности: кабардинец же, абазех и все, кого зовут черкесом, для абхазца и каждого абазина есть не свой, а чужой, столько же чужой, как бритый европеец, явившийся перед ним в черном фраке и с круглою шляпою на голове. Во-вторых, Хатхуа был душою привязан к двум предметам, которые любил больше своей жизни: золоту и Микан Соломону, защитившему его от сильного врага и давшему его детям приют на своей земле в селении Акуач, возвышавшемся на неприступной горе, близ развалин древнего Венецианского укрепления, известного у абхазцев под названием Псырста. Итак, Хатхуа признавал над собою две власти: Микан Соломона и золота. Микан Соломон шел с нами, и кроме того, я обещал передать сумму денег, весьма значительную для бедного горца, во владение Хатхуа по окончании путешествия. Вот две неразрывные нити, которыми привязал я к себе это старое дитя, управляя им по своему произволу, — и Хатхуа, злой и нелюдимый с другими, был со мной заботлив, услужлив и верен мне до самоотвержения.

Медовеевец Омар, настоящий горный волк, алчный, хищный и нелюдимый, но ловкий, храбрый и хорошо знакомый с местностью около селения Псоу, близ которого пролегала избранная нами дорога, был равно полезен мне как проводник и как защитник. Меткость его выстрела была страшна и одинокому путнику и мохнатому обитателю лесов и скал: впоследствии я сам имел случай видеть опыт его ловкости, когда он, выждав, пока дикая коза, бежавшая с козленком, выровнялась на линии выстрела, одною пулею убил и мать и детеныша. Этот человек не понимал цены денег, в одежде он мало нуждался, потому что грудь, плечи и ноги его были покрыты натуральною шубою из волос, густых и мохнатых, как у зверя: но зато его маленькие черные глаза сверкали как два раскаленных угля при виде хорошего оружия или какой-нибудь блестящей вещи. Его задобрил я подарком кинжала с золотой насечкою, работы известного тифлисского мастера Геурга, и обещанием лошади, — богатств, которых он прежде и во сне не видывал.

Для того чтобы обязать Омара еще сильнее, я сделался его аталыком и принял на себя обязанность разделять с ним кровомщение. Дети, отдаваемые по горскому обычаю для вскармливания и воспитания в чужие семейства, всегда должны разделять кровомщение со своими воспитателями и с их ближнею роднею. Из этого породился обычай вступать в подобного рода связь посредством действия, представляющего подобие вскармливания ребенка. Горец, желая принять взрослого и даже престарелого приятеля в свою семью на правах родственника, разделяет с ним кровомщение и, чтоб привязать его к себе неразрывными узами, заставляет его коснуться губами до обнаженной груди своей матери, а если ее нету, то и до собственной, после чего он считается как бы его действительным аталыком. Этот акт обязателен как присяга и свято чтится в горах. Подобным образом я связал с собою Омара, дав ему коснуться моей груди, потому что не мог для этого представить женщины-родственницы.

С людьми, каковыми были Хатхуа, Омар и остальные мои товарищи, мне нечего было бояться среди лесов и скал ни диких зверей, ни злых людей. Но опасность и измена могли постигнуть в жилых местах, и Микан Соломон, осторожный и подозрительный, как все горцы, заметив свежие лошадиные следы по дороге из Абхазии к Псоу, куда мы сначала пошли, поворотил вправо и повел нас горами между этим селением и Цебельдою, к источникам Большого Зеленчуга, вытекающего из северной покатости гор, против источников Бзыба, текущего на юго-запад. Свежие лошадиные следы по дороге к Псоу озаботили Соломона потому, что накануне нашего отъезда из Абхазии у него находились два конных человека из означенного селения; они уверяли, что едут к берегу моря, а по всем признакам поспешили возвратиться домой. Соломон, не зная, чему приписать их обман, опасался, что они проведали про мое намерение идти через их селение, и возвратились туда для того, чтобы известить об этом народ и на нас напасть.

Не стану рассказывать подробности нашего путешествия, как мы в лесах теряли дорогу, как у нас лошади обрывались с крутизны, как мы в горах однажды остались без воды и как наконец добрели до перевала через хребет; скажу только несколько слов о переходах чрез главный снеговой хребет; это необходимо для пояснения обстоятельств, сопровождающих охоту за зубрами.

Два перехода мы уже сделали чрез хребты, покрытые вечным снегом, ночуя в сосновых лесах, растущих по близлежащим ущельям. Наконец мы подошли к главному хребту, покрытому, как белою пеленою, глубоким рыхлым снегом. Не могу точно определить его высоты; но мне кажется, что она в этом месте не превышает одиннадцати тысяч футов над уровнем моря. И на этой высоте дождя никогда не бывает, гроза бушует ниже по ущельям, и беспрестанно выпадающий снег оседает только от собственной тяжести или от теплоты солнечных лучей в самое жаркое летнее время. Поэтому верхняя оболочка этой снежной коры всегда рыхла и чрезвычайно опасна для путешественника, скрывая от его взгляда глубокие расщелины, угрожающие неизбежно погибелью, если он в них попадет.

Снег, выпавший накануне, отнял у нас надежду на перевод лошадей через хребет, а недостаток съестных припасов (всего у нас осталась баранья лопатка и несколько пригоршней проса), истощившихся от неожиданно дальнего пути, понуждал ускорить путешествие. Поэтому седла скрыли мы в лесу, лошадей бросили в ущелье на произвол судьбы, а сами начали пешие подниматься в гору. Омар шел впереди, испытывая снег длинным шестом, окованным железом; за ним тянулись все товарищи, ступая в его следы. По пояс погружались мы иногда в рыхлый снег и с большим трудом продвигались вперед. Для того чтобы предохранить зрение от вредного влияния солнечных лучей, ярко отражавшихся от снега ослепительной белизной, веки у нас были натерты разведенным порохом и мохнатые бараньи шапки надвинуты на глаза. Сафьянная горская обувь, в виде башмака без подошвы, называемая линейными казаками чувяки, от нагайского слова «шарек» (по-черкесски — сым, по-абазински — эмсы), у меня намокла и начала спадать с ноги; я ее снял по примеру моих товарищей и пошел босой. Таким образом мы поднимались часов шесть и наконец достигли долины, образующей перевал, шириною в полверсту. Здесь представились мне ряды огромных плит, не покрытых снегом и сложенных, как обыкновенно складывают камень в кубические сажени.

Эти массы плит тянулись отдельными рядами вдоль хребта, от одной высоты до другой, по всему пространству, которое можно было окинуть глазом. Почему снег не держится на этих плитах, легко объяснить: его сметает с их гладкой поверхности сильными ветрами; но почему и как они здесь появились в правильно сложенных массах, этого я не берусь решить. Если работала природа, то почему именно здесь, на самой высоте снежного хребта и нигде более в горах, где есть шифер, гранит и базальты, не находятся подобные, правильно положенные массы камня? Если работали люди, то с какой целью и какими средствами они могли это сделать? Эти именно скалы плит, находящиеся на главном снеговом хребте, послужили поводом к басне о каменной стене, построенной Искендером (Александром Великим) вдоль хребта Кавказских гор, от Дербента до Гагр, где хребет круто упирается в море и горою Сагдень оканчиваются высоты, покрытые вечным снегом. От этой горы хребет, вдоль восточного берега Черного моря, постепенно склоняясь к Анапе, не представляет более ни одной высоты, покрытой вечным снегом.

На самом краю спуска на северную сторону хребта чернелась гранитная скала четвероугольного вида, также не покрытая снегом. К этой гранитной скале подошли мои товарищи, мусульмане и христиане, и с видом глубочайшего смирения начали класть в небольшое углубление кто ножик, кто несколько пуль. И меня заставили принести подобную жертву духу гор, для того чтобы он нас без обиды пропустил через хребет и послал нам какую-нибудь дичину. В углублении скалы находилось множество стрел, пуль, ножей, шашечных клинков и обоюдоострых мечей, ржавевших там с незапамятных времен. Но ни один горец не решится коснуться этой святыни, страшась разгневать духа гор.

От этой скалы мы стали спускаться к источнику Зеленчуга по неизмеримой снежной крутизне. Кто не бывал в горах, покрытых снегом, тот не может себе представить, как труден подъем на гору и как легок спуск. Подымаешься несколько часов, а спускаешься с той же высоты в несколько минут; но как зато страшен кажется спуск для неопытного глаза и для непривычной ноги. Кажется, покатость так крута, что человек неминуемо должен упасть и, падая с уступа на уступ, раздробиться в глубине бездны. И действительно есть опасность, которую одна смелость может превозмочь. Должно с решительностью бежать вниз, сохраняя равновесие и ударяя пяткою в снежную покатость; тогда бег делается столь быстрым, что комки снега, оторванные ногою человека, едва поспевают за ним катиться, и он в несколько минут сбегает с высоты, на которую влезал несколько часов. За два дня до этого перехода, когда мне пришлось спускаться в первый раз со снежной высоты, я было остановился над кручею и требовал, чтобы меня повели другою дорогою; но абхазцы меня выучили спускаться; двое из них схватили меня под руки и помчались со мною вниз, доказав на опыте, что дело не столь трудно и опасно, как кажется на первый взгляд. Теперь я был уже не новичок, и мы стремглав бежали вниз, опережая один другого; некоторые из нас падали, но всегда на спину, удерживаясь пятками в снегу, вставали и продолжали бег; товарищи их смеялись. Вдруг над нашими головами раздался глухой гул, потом шум, подобный грому, и нас обдало сребристою снежною пылью. Абхазцы бросились в сторону, вскрикнув: «Аллах! Аллах!» Через несколько мгновений воздух очистился, и мы под ногами у себя увидели глыбы вновь накиданного снега. То был обвал, скатившийся с высоты хребта за несколько десятков саженей в сторону от этого места, по которому мы спускались. Муты и Кобзеч, оба христиане, перекрестились; Хаджи Соломон и Измаил, магометане, поблагодарили Аллаха за минование опасности, возгласив несколько раз Аллаху «экбер, лай, лай, ил Аллах», а Омар, не имевший никакой веры, только покачал головою, улыбнулся как умел и пошел своим путем. Хатхуа не был с нами; он отделился от толпы, когда мы только начали подниматься, для того чтобы, обогнув скалы, если представится возможность, погнать на нас стадо туров. Положение наше было очень неприятно: на семь человек оставалась в запасе одна баранья лопатка и несколько пригоршней проса; лошадей мы бросили за горою, а до первого жилого места, в котором мы могли показаться, считалось не менее пяти наших переходов. Вся наша надежда в столь затруднительном положении была возложена на Хатхуа, испытанном охотнике, который хорошо знал обычаи и привычки зверей, обитающих в горах и поэтому легче, чем каждый из нас, мог добыть продовольствие на остальное время пути. Но при всей своей ловкости и опытности он не успел убить тура или подогнать к нам этих животных, пасшихся по окрестным скалам.

Тура абхазцы называют абслаху, или каменным бараном, так же как и по-немецки — Steinbock. Животное это водится по скалам, близ вечных снегов, покрывающих главный хребет Кавказских гор. Его огромный рост, рога, цвет шерсти и вид достаточно известны; поэтому я скажу только несколько слов об охоте за турами, которые чрезвычайно осторожны и не подпускают к себе близко человека. От пасущегося стада выставляются во все стороны по высотам сторожевые туры, которые, едва завидев опасность, подают знак своим собратьям, и они опрометью мчатся вдаль, пробегая по тропинкам, недоступным ни человеку, ни другому животному, перепрыгивая со скалы на скалу, бросаясь вниз с довольно значительных высот. Одно есть средство подкараулить и убить тура: надобно отыскать след, по которому стадо имеет привычку ходить к воде, ночью засесть за камнями и выждать его приближение, что обыкновенно бывает на рассвете. Тогда охотник должен верно метить, чтоб не потерять напрасно первого выстрела, иначе испуганное стадо умчится из виду его прежде, чем он успеет зарядить ружье во второй раз. Там, где есть туры, водится и горная курочка[73], величиною с индейку, серая, с грудью, поднятою вверх, как у американской утки, питающаяся, как говорят горцы, пометом туров. Птенцов она выводит в расщелинах высоких скал и свистит наподобие человека, так что я несколько раз ошибался, принимая ее крик за свист человеческий.

Потеряв надежду увидеть на вертеле турий шашлык, мы были избавлены счастливою случайностью от неприятной необходимости пропитывать себя травами и кореньями: встретили каких-то диких рогатых животных, обитающих в ущелье Зеленчуга, о которых абхазы мне часто рассказывали, называя их адомбей. Из рассказов моих товарищей я, впрочем, не мог понять, к какой породе принадлежат эти животные.

С высот, покрытых снегом, мы спустились в тесное ущелье, огражденное с одной стороны ледяными скалами, а с другой высоким каменистым хребтом, отделяющим верховья Зеленчуга от верховья Кяфира, впадающего в первую из этих рек верст за пятьдесят от своего источника. Дно ущелья было покрыто огромными камнями, между которыми росли небольшие кусты. Еще на горе нам был слышен шум водопада. Этот шум увеличивался по мере того, как мы спускались ниже, и когда я, достигнув глубины ущелья, оборотился назад, то увидел одно из самых величественных зрелищ, встречавшихся мне в горах. Снежная кора, толщиною в двадцать саженей и более, покрывавшая покатость горы, кончалась отвесным обрывом, и из-под нее вырывался огромный ток воды, падавший с высоты пятидесяти саженей, дробился внизу о скалы, преграждавшие ему дорогу, разливался на множество отдельных потоков, прыгал через камни, раскиданные по теснине, и потом уже сливался в одну быструю струю, изливавшуюся змеею по широкому ущелью. Это был источник большого Зеленчуга, или Энджик-су.

Впереди нас чернел едва проходимый сосновый лес, преграждавший ущелье во всю ширину поваленными ветрами и упавшими от ветхости вековыми деревьями необыкновенной величины. Несколько часов мы шли без дороги, перелезая через глубокую и быструю речку. Около леса мы должны были поворотить вправо и обходить его по высоте, на которой снег едва только стаял. Здесь мои товарищи набрали множество тюльпанов темно-фиолетового цвета, на коротеньких стебельках, которые весьма годны в пищу. Вкусом этот мясистый цветок похож на стручок сахарного гороха, и я его ел с жадностью, потому что с утра голодал. Лес тянулся на три с лишком версты; обойдя его, мы увидели, что ущелье сделалось приметно шире и утратило свой первоначальный дикий вид. Справа и слева оно ограждалось высотами, покрытыми травою, и только по берегам Зеленчуга виднелись купы небольших деревьев. Мы спустились с горы и начали переправляться через речку вброд, купаясь в воде по пояс. Достигнув середины реки, мы услышали в лесу ружейный выстрел и остановились, прислушиваясь к последовавшему за ним гулу. Что выстрел принадлежал Хатхуа, встретившему зверя, легко было понять; но какого ему Бог послал зверя?.. Через несколько мгновений шум в лесу увеличился, деревья затрещали, и из опушки выскочили огромной величины мохнатый бык и несколько коров с телятами.

«Адомбей!» — вскричали абхазы в один голос: наши ружья вылетели из чехлов, выстрелы блеснули, и впереди бежавший бык, сделав прыжок, помчался в сторону; за ним понеслось все стадо, прыгая через камни и ломая кусты и мелкие деревья, попадавшиеся на пути. Мы побежали за ним, кровь на кустах и на траве доказывала, что бык ранен, но у него еще доставало силы от нас уйти. Долго мы бежали по кровавому следу и наконец остановились, не чувствуя себя в силах продолжать путь: так мы были утомлены переходом через горы и преследованием раненого адомбея. Повесив голову, мои товарищи начали располагаться на берегу реки под тенью раскидистой березы: разложили бурки, вырубили несколько суковатых кольев, которые каждый воткнул у своего изголовья, чтоб повесить на них оружие, и развели огонь для приготовления скудного ужина, последнего, на который мы могли рассчитывать в течение четырех или пяти дней. Хатхуа еще не приходил, Соломон спорил с товарищами о том, съесть ли за ужином весь запас или сберечь его часть на завтрашний день. Пустые желудки моих абхазцев противились этому распоряжению, и они уверяли, что, не поев досыта, лишатся сил идти на другой день вперед. Все, кроме Соломона, считали за лучшее съесть сегодня все, что оставалось в запасе, а завтрашний день предоставить воле Аллаха, который их, верно, не оставит без пищи. Соломон спорил, кричал, а дело не решалось; я между тем сидел спокойно на земле и слушал их спор, не принимая в нем участия, чтоб не уронить себя в глазах товарищей, которыми до этой минуты распоряжался, не встречая ни малейшего сопротивления. В настоящую же минуту чувство уважения, которое они ко мне питали, встретило бы сильного противника в их собственных желудках, и я не считал благоразумным возбудить в моих товарищах внутренней борьбы, могущей кончиться к моей невыгоде. Я молча смотрел на баранину, которую жарил Измаил, и на просо, кипевшее в котле; того и другого было так мало, что и в этот вечер мы не могли досыта поесть.

В это время пришел Хатхуа и объявил, что хотя адомбей и ушел, но что есть надежда завтра поутру опять увидеть этих животных, быть может, даже убить одного из них, потому что он отыскал след, по которому они ходят на водопой. Абхазцы вскрикнули от радости и опрометью бросились делить баранину по числу товарищей. «Бог нас не оставляет, — говорили они. — Он дозволил Хатхуа открыть след адомбеев, завтра мы их не упустим, теперь припасов беречь нечего, сегодня поделим все, что у нас ни есть, а завтра Бог накормит…» Такие доказательства словом и делом не допускали возражений, даже Соломон перестал спорить и только ворчал что-то про себя, глотая свою часть.

Поужинав, мы на ночь оделись и положили подле себя оружие, как водится на Кавказе в местах незнакомых или опасных, и заснули крепким сном. Поочередно один из товарищей не спал и обходил место, на котором мы лежали, шаря по кустам и по берегу реки. Это также кавказская предосторожность, весьма употребительная во время стоянки в лесах и горах: случается, что у людей, беззаботно уснувших, поутру недостает какой-либо вещи, оружия, а иногда и самой жизни.

Ночь была холодная; перед рассветом начал накрапывать дождик и разбудил нас. Немедленно мы пошли к тому месту, где на берегу реки кончался след адомбеев, и спрятались на противоположной стороне за каменьями. Едва начало рассветать, мы увидели стадо адомбеев, спускавшееся с горы к воде. Впереди шел огромный бык, тот самый, по которому мы стреляли накануне; раны, полученные им в живот, некоторые навылет, не помешали ему прожить всю ночь: столь велика жизненная сила у этих животных. Бодрости в нем уже не было, он шел, повеся голову и изредка ею покачивая, взрывая ногами землю; видно было, что его мучила боль. Когда он приблизился к воде и наклонил голову, чтоб напиться, мы приложились и все разом выстрелили по нему. Ни одна пуля не пролетела мимо, И он упал, получив семь ран в голову; коровы и телята, которых было до шести штук, обратились в бегство. Мы о них и не заботились, довольные убитым быком; мяса его было для нас достаточно на десять дней и более. Когда мы подбежали к нашей добыче, издыхавшей в предсмертных судорогах, то я увидел, что этот адомбей был настоящий зубр (Bosurus)[74].

Видом он похож на настоящего быка, голова большая, глаза маленькие и глубоко вдавлены, рога короткие и толстые, передняя часть тела, т. е. голова, грудь и плечи покрыты мохнатою шерстью, под нижнею челюстью довольно длинная борода; на задней части тела шерсть короткая и лоснящаяся, ноги низкие и жилистые, хвост не очень длинный, цвет шерсти темно-коричневый. Росту убитый зубр был очень большого: длина его с головою простиралась до 10 футов, высота несколько более двух аршин. Сняв с него шкуру и растянув ее, мы сделали навес, под которым и поместились все семь человек.

Абхазцы мои не стали мешкать, разрезали его тушу, вынули внутренности, развели огонь и мигом изжарили печенку; это был наш завтрак, который мы проглотили без хлеба и без соли. Не нуждаясь в продовольствии, нам не для чего было спешить с путешествием, и мы распределились следующим образом. Микан Соломон, Муты, Кобзеч и я расположились лагерем близ убитого зубра; Омар, Хатхуа и Измаил отправились обратно через хребет, для того чтобы испытать возможность перенести лошадей через горы. Мне, да и товарищам моим, очень не хотелось пятеро суток тащиться пешком до Бешалбеевского аула Мамак Кирея Сидова, куда нам надлежало идти.

Об адомбеях, или зубрах, я узнал от абхазцев, что они водятся не в одном ущелье Большого Зеленчуга, но и по основным лесам, растущим близ вечных снегов главного хребта, в ущельях Урупа и большой Лабы; но нигде более.

Итак, зубры находятся не в одной Беловежской пуще. О существовании их на Кавказе могу свидетельствовать я, первый из русских, видевший там это животное, охотившийся за ним и питавшийся его мясом в течение восьми дней, пока перевели лошадей через хребет и пока мы достигли до верховья Урупа, где у бешалбеевцев нашли прием, достойный хваленого гостеприимства кавказских горцев.

По книге: Ф. Ф. Торнау. Воспоминания кавказского офицера (Донесения разведчика царской армии) М., 1864.

Федор Федорович Торнау происходил из прибалтийских (курляндских) баронов. Офицер-разведчик, он был заброшен на Кавказ. Встречая его, горцы не спрашивали о цели его приезда в Абхазию. Но все же любопытные стали интересоваться личностью Торнау.

«Одним из них был Кац Маргания (Маан) — первый сподвижник владетельного князя Абхазии, генерал царской армии. Внимательно следя за Торнау, этот „тонкого ума“ человек догадывался о секретной миссии последнего. На отрицания же русского разведчика Кац отвечал: „Ты — молодая лиса, а я — старый волк, напрасно станем друг друга обманывать“, и предупреждал: „Побереги свою голову, она нужна тебе для другого дела… Багаркан-ипа Маршания хвалился тебя поймать и привезти в Цебельду живого или мертвого, если ты не перестанешь ездить по Абхазии, и прибавил, что он позволит надеть через плечо прялку вместо ружья, если не сдержит своего слова“. Между прочим, Торнау однажды в лесу столкнулся с отчаянным абреком, но разведчику удалось ловко уйти от него неузнанным.

…Торнау беспрестанно менял цвет лошадей и цвет черкески».

Г. А. Дзидзария. Ф. Ф. Торнау и его кавказские материалы XIX века. М., Наука, 1976.

Охота на кеклика у края скалы

Осень сбивала с деревьев последние золотые листья. Давно пролетели перепела, не стало в орешнике вальдшнепов, и только одинокие чирки еще задерживались кое-где на водоемах.

Приближался мертвый охотничий сезон. А завтра воскресенье. Не сидеть же дома, — думали мы с сыном, — поискать бы горных курочек!..

Охота на кеклика — горную курочку или, точнее, на каменную куропатку, — одна из самых трудных, но интересных охот в горах Кавказа. Даже фазан, живущий в диких крепях, зачастую доставляет меньше забот охотнику, чем эта подвижная и крикливая небольшая птица.

Большие стаи кекликов мне приходилось встречать осенью в горах Дагестана, когда они спускаются в долины во время снегопада. Однако постоянным любимым местом их обитания бывают крутые склоны гор, заканчивающиеся скалистыми уступами и мелкими осыпями. Таких склонов, поросших ковылём, кустами тёрна и азалий, много в ущельях рек, идущих от Эльбруса. В одно из них мы и решили пробраться утром.

Утро выдалось под стать вечеру: ветер не переставал дуть, было сыро; даже наш сеттер Джек, горячий охотник, как-то смущенно махал лохматым хвостом, по-видимому, надеясь на благоразумие своих хозяев.

Но разве можно потерять воскресенье, отказаться от охоты на кеклика, о которой говорилось весь вечер накануне!

Мой приятель, старожил и знаток здешних мест, поддерживал наше настроение, уверяя, что в горах ветра не будет.

И действительно, как только мы перевалили через горную гряду, ветер значительно ослабел, а в ущелье и совсем стало тихо. Показалось голубое небо, и выглянуло солнце. Мы попали как будто в новый мир.

Круто вверх поднимались склоны Подкумского ущелья. Южный склон был покрыт густой, но невысокой травой; на северном уже плотно лежал снег. Тут и там сквозь траву виднелись отдельные скалы: чем выше, тем их было больше, а на вершине горы они превратились в сплошную причудливую скалистую гряду, среди которой, как бы заблудившись, белели отдельные березки.

Джек был впервые в горах. Охота на кеклика между скалами нелегкое дело, поэтому собака двигаясь часто оглядывалась на нас. Зато Марс — сеттер моего товарища — в поиске чувствовал себя уверенно. Вот он резко потянул вниз и стал на стойке.

Надо было спускаться вниз. Как быть? Пока раздумывали, внизу сорвалась стая кекликов и с шумом перелетела гору. Начались первые огорчения. Ругая себя, мы перешли через перевал, но кеклики исчезли бесследно.

Было уже за полдень. Стало жарко. Впереди показалась еще одна вершина с причудливой скалистой короной. Я ясно слышала, как среди скал перекликались кеклики. Ускорили шаг, хотя идти по крутому травянистому склону оказалось трудно; но вот мы у цели. Обыскали каждый камень, каждую щель, кругом была тишина, лишь слышно, как тяжело дышали возбужденные собаки. Где же эти волшебные птицы? Куда же они могли исчезнуть?

Начали спуск более трудный, чем подъем. И вот, когда я спустилась уже до половины горы, сверху раздалось неистовое кудахтанье. Кеклик стоял на краю скалы, которую ярко освещало солнце, на той самой скале, за которую я только что держалась, он громко скликал своих собратьев, казалось, посмеиваясь над незадачливыми охотниками. Где-то рядом отвечал другой кеклик, а поодаль — еще и еще.

Снова нужно скорее лезть вверх и найти птиц, где бы они ни спрятались! Я полезла напрямик. Джек едва поспевал за мной, он тоже был возбужден до крайности. Цеплялись за каждый уступ! И в этот самый миг над головой вновь раздался задорный крик кеклика — того самого, что завлек нас.

Он стоял на краю скалы, веером развернув хвост, растопырив крылья и что-то задорно кричал. До него было не более тридцати метров. Я решила стать поудобнее чтобы выстрелить наверняка, как почувствовала, что из-под ног срывается камень, он с грохотом покатился вниз.

Я на миг потеряла равновесие, и мне стало страшно… но все же я подняла голову вверх: скала опустела — моя охота на кеклика сорвалась, так как горная куропатка мгновенно исчезла.

Спускаться вниз было незачем — там на всякий случай остались охотники с собакой. Я продолжала свое восхождение, метр за метром продвигаясь к вершине. Вон и небольшая площадка, покрытая беспорядочными громадами скал… земля, горько пахнущая чебрецом, полынью и мятой. Но где же кеклики?

Джек тоже недоумевал: кругом следы — белые отметины по скалам, перышки, наброды на снегу, который крепко лежит в расщелинах, а кекликов нет. И я с досады прилегла на траву отдохнуть.

Вдруг жалобный звук заставил меня прислушаться. Бедняга Джек лежал на краю скалы и повизгивал, он упорно внюхивался в запахи, которые шли снизу. Но скала была слишком высока…

Внизу по зеленой лужайке в нескольких десятках метров от нас цепочкой бежали куропатки. Бежали они быстро, весело переговариваясь друг с другом; путь их лежал к скале; их вел вожак. Я уверена, это был тот самый кеклик, который звал меня на состязание, завлек на опасные скалы, затем прокричал свой призыв и камнем упал под скалу, а за ним последовали и остальные горные птицы.

Ну теперь вам не уйти! И мы с Джеком сломя голову пустились в преследование: пес по следу, а я напрямик к скале, к которой бежали заветные кеклики. Когда стаи кекликов поднялись в воздух, треск их крыльев слился с выстрелом…

И вот в руках у меня заветный кеклик. С волнением разглаживала я его сизо-розовое оперение на спине, любовалась черными и белыми полосками, которые украшали бока, и казалось, что я никогда еще не встречала кеклика красивее этого…

Охота в Дагестане — карта охотугодий

Внимание! Интерактивная веб-карта охотничьих угодий Республики Дагестан выполнена в соответствии со Схемой территориального охотничьего устройства региона, утвержденной Указом Главы Республики Дагестан от 28 июля 2015 года № 174 «Об утверждении Схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории Республики Дагестан». Для создания карты использованы исходные данные о границах охотничьих угодий, официально предоставленные Министерством природных ресурсов и экологии Республики Дагестан. На карту добавлены все новые охотничьи хозяйства, закрепленные по результатам аукционов в период с 2015 года, добавлены новые и существующие ООПТ, зоны охраны охотничьих ресурсов. Предложения и замечания просим присылать на почту [email protected] или через форму обратной связи.

Охота и охотничье хозяйство в Республике Дагестан

Республика Дагестан входит в состав Северо-Кавказского федерального округа и расположена на стыке крупных природных регионов: в горах Восточного Кавказа и на побережье Западного Каспия. Несмотря на разнообразие, климат республики в целом можно отнести к умеренно теплому, в горах — к умеренно холодному с более или менее выраженной континентальность. Дагестан богат водными источниками. Он занимает ведущее место в России по густоте речной сети. Разнообразие природно-климатических условий, история формирования и богатство флоры определили наличие различных типов растительности: от полупустынных сообществ и лиановых лесов на низменности до холодостойких группировок на вершинах гор.

Животный мир региона разнообразен по составу и неоднороден по происхождению. В республике встречается 601 вид позвоночных животных, в том числе 105 видов рыб, 8 видов земноводных, 41 вид пресмыкающихся, 348 видов птиц, 98 видов млекопитающих. Высокое биоразнообразие животного мира имеет важнейшее значение для охотничьего хозяйства, формируя обширный перечень объектов охоты и обеспечивая их благополучие в плане наличия достаточной кормовой базы.

В Республике Дагестан общедоступные охотничьи угодья занимают около 70% территории. Организованное охотпользование осуществляется в 56 охотничьих хозяйствах. Крупнейшим охотпользователем республики является Дагестанское общество охотников и рыболовов, за которым закреплено 29 охотничьих участков.

Режим охоты в Дагестане определяется федеральными правилами охоты, с учетом региональных особенностей, установленных Указом Президента Республики Дагестан от 28 февраля 2013 г. № 67 «Об определении видов разрешенной охоты и параметров осуществления охоты в охотничьих угодьях на территории Республики Дагестан, за исключением особо охраняемых природных территорий федерального значения».

Туры в загоне — Охота и рыбалка — 11 июня — 43184266909

Официальная наука различает два подвида туров: дагестанский, или восточно-кавказский, обитающий в восточной и центральной части Кавказа, и кубанский, или западно-кавказский тур Северцева — обитатель Западного Кавказа. Правда, все чаще поговаривают о существовании промежуточной формы — о центрально-кавказском туре.

Лошади на горных охотах — это лучшее, что создал Господь для человека. Сколько сил, времени и жизней охотников они спасли!

Фото автора

 

 

Побывать на охоте на тура было моей давнишней мечтой, причем мне хотелось не просто сделать выстрел по этому зверю, но по возможности снять его на видеокамеру. А сделать это был не так-то легко: ведь осторожное животное не стоит на месте, позируя на фоне скал.

Сергей Москаленко родом из Кабардино-Балкарии и его старинный друг Станислав Кушхов из Нальчика помогли организовать для нас охоту на тура и приобрести лицензию в Жемталинское охотхозяйство.

И вот в конце ноября мы уже мчались на машине по автотрассе Москва — Баку в горы. Станислав, а по-дружески Славик, успокаивал меня, гарантируя встречу с желанным зверем: в это время у туров начинается гон, трофейные самцы в поисках самок спускаются с гор и становятся менее осторожными.

В поселке Ташлы-Тала Жемталинского района нас встретили егеря Магомед и Идрис и их друг Зулькарней.

К вечеру они на уазике, а мы на «Ниве добрались до охотничьей базы, находящейся на высоте 2300 метров над уровнем моря.

Люди степные, с равнины, мы сразу почувствовали недостаток кислорода. Егеря предупредили нас, что немедленно отправляться в горы не следует, лучше день-два отдохнуть на этой высоте, привыкнуть и только потом подниматься выше. Туры, сказали они, ждут нас на высоте 3000–3200 метров.

 

 


Горные охоты считаются самыми сложными, оттого и трофеи ценятся очень высоко. Фото автора

 

Охотятся на тура в Кабардино-Балкарии тремя способами.

Во-первых, с подхода, когда охотники видят в бинокль отдыхающих или пасущихся животных, пытаются к ним подойти на верный выстрел и добыть.

Во-вторых, добыть тура можно на переходах на кормежку или с кормежки, причем в утреннее время нужно садиться на таких переходах еще затемно, а вечером — сразу после обеда.

Третий способ — это охота загоном, когда стрелки́ занимают места на номерах, а загонщики потихоньку толкают на них зверя.

Нашей целью были, конечно, самцы туров. Внешне самцы отличаются от самок не только бо́льшим размером тела или рогов, но и наличием бороды. Кстати сказать, борода у туров, как и рога, служит надежным возрастным критерием. Она появляется у самцов с двух с половиной лет. Причем у кубанского тура она узкая и длинная, а у дагестанского — широкая и короткая. В летнее время после линьки бо́роды не столь заметны, как зимой…

Рога у двух- трехлетних самцов трехгранные, саблевидной формы, а у четырех- пятилетних они широко раскинуты в стороны, причем концы загнуты внутрь и их передняя поверхность имеет частые поперечные валики.

На седьмом году жизни бугристость рогов уменьшается, а их концы начинают загибаться вверх, однако именно к этому возрасту появляется заметная стертость рогов. Но этот признак бывает слабо выражен, а на расстоянии, когда в бинокль делается попытка определения трофейного достоинства рогов, и вовсе незаметен.

После семи лет толщина рогов у основания почти не увеличивается.

Поскольку в горах мы ходоки никакие, нас вполне устроил третий способ охоты на тура — загоном. Пока мы отдыхали и наслаждались красотой гор, Идрис с Зулькарнеем проверили копыта у всех лошадей.

Новые подковы как исправный ручник у машины. Это гарантия, что лошадь не заскользит и не свалится вместе с седоком вниз. Я и не знал, что нам придется подниматься в горы на лошадях, по тропам, вверх и вниз, через две речки. Это была приятная новость, хотя и настораживающая.

Лично я верхом на лошади не сидел больше тридцати лет, а Евгений так вообще не сидел. Но виду мы не подали. Ничего, справимся!

Наступило утро. Мы в седлах. Сначала было непривычно, потом, буквально через километр, мы освоились и ехали, не отставая, следом за всеми. Я даже пытался на ходу включить видеокамеру, благо кобыла досталась очень спокойная и успевала на ходу щипать траву.

Часа через два мы спешились у подножия большой скалы, перед которой было пастбище. Нам предстояло метров восемьсот подниматься по каменному выносу под углом 45°. Кислорода не хватало. Каждые четыре-пять шагов мы останавливались, в течение минуты восстанавливали дыхание, делали новые четыре-пять шагов, снова передыхали, и так все выше и выше.

Через сорок минут мы пересекли первую тропу и увидели следы двух крупных туров. Это был первый номер. Здесь оставался Сергей. А мне нужно было подняться на 150–200 метров выше, где находился следующий стрелковый номер.

Что это были за метры! Под ногами я ощущал сыпучий камень. Хорошо, что местами лежал снег и было за что зацепиться. На камнях мы увидели много туриного помета — обнадеживающий признак.

Уже с рассветом туры начинают кормиться, причем с четырех-пяти утра взрослые самцы поднимаются по склонам к местам дневного отдыха, не прекращая при этом пастьбу. Время от времени самцы ложатся в местах выпаса на кратковременный отдых, но после восхода солнца вновь двигаются вверх.

За час туры проходят в среднем 300–500 метров по склону. К шести-восьми часам самцы уже находятся вблизи мест дневных лежек, расположенных, как правило, на открытых скалах или осыпях с хорошим круговым обзором. В летнее время дневки туров находятся на высоте 3000 метров (и выше) над уровнем моря.

На дневном отдыхе самцы находятся неподалеку друг от друга, при этом каждый из них контролирует «свой» участок, так что подобраться незаметно к бдительным животным очень сложно. К вечеру, часам к четырем-пяти, их активность вновь возрастает, и первыми с лежек встают и начинают двигаться вниз молодые самцы. Взрослые следуют за ними спустя 30–60 минут. Охотникам нужна отменная выдержка, чтобы понять численность и возрастной состав данного стада и не пытаться поскорей перехватить увиденных животных, тем самым выдав свое присутствие.

Также охотникам важно помнить, что в случае опасности туры выбирают наикратчайший путь бегства. Подобную тактику используют многие виды горных животных, стремясь спастись и найти безопасные места при атаках хищников. Человеку эта эволюционная уловка туров только на руку, поскольку животные, невзирая на опасность, набегают на линию огня…

А вот и наш номер — на выступе скалы, за большим камнем, с хорошим обзором. Впереди тоже скала, за ней пологие пастбища и опять скалы. Видимость более двух-трех километров. Отсюда я все и вся могу снять на видеокамеру.

Я остаюсь здесь с Николаем из Ставрополя, который уверяет, что наш номер один из лучших, что зверь будет непременно. Славик и загонщики Магомед, Идрис и Зулькарней уходят почти по отвесной скале, по расщелине вверх. Загон большой, часа на три-четыре.

Николай осматривает в бинокль близлежащие горы и поляны-пастбища, замечает тура с четырьмя или пятью козами, которые двигаются по поляне в полутора-двух километрах от нас.

На максимальном фокусе мне удается их снять. Загон начался. Движение пошло. Мы наблюдаем еще одного тура. Он движется в нашу сторону, но вдруг скрывается за хребом скалы.

— Сейчас он появится вон в том проеме между скал и спустится по каменной россыпи к нам, — показывая рукой, говорит Николай. — Там у них основная тропа, так что будем ждать.

Я устанавливаю камеру на штативе, готовлюсь к съемкам. Вокруг слышу встревоженные крики горных индеек — уларов.

— Да вот она, метрах в сорока разгуливает, — возбужденно шепчет Николай и разворачивает меня за плечо в сторону птицы.

Быстро переношу и настраиваю камеру. Да, конечно, это удача. Снять краснокнижного улара, да так близко, мало кому удается. Вдруг слышим шум падающих камней. Это тур прямо-таки летит по камням вниз. Надо же! Чуть козла не проспали из-за этой индейки!

Николай стреляет один раз, второй — тур убегает вниз. Через секунды с номера Сергея доносятся выстрелы. Появляется надежда, что зверь все-таки добыт. И действительно, вскоре Николай обнаруживает тура, который лежит метрах в двухстах внизу, растопырив ноги.

Я пытаюсь поймать его в фокус камеры… Да, наш номер и правда самый удачный: зверь вышел прямо на нас, и, если бы не индейка, которая нас отвлекла, мы бы его сами добыли. А так это сделал Сергей. Что ж, отлично! Тур и добыт, и снят…

Николай на газовой горелке вскипятил и заварил чай в металлической кружке. Вовремя! Промерзли мы до мозга костей. Горячий чай с хлебом и мелко нарезанной сыровяленой говядинкой быстро привели нас в чувство: теперь можно работать дальше. До нас донеслись выстрелы загонщиков. Наверное, перевидели зверя и гнали его на номера.

Справа, метрах в четырехстах, по почти отвесной скале пробежали две козы. Так, там номер Славика. Он не стрелял, ждал трофейного зверя. Через несколько минут по той же тропе прошла коза с двумя козлятами. Славик всё не стрелял, но, как потом выяснилось, успел их сфотографировать. Мне тоже удалось их снять на видеокамеру, хотя и на дальнем расстоянии.

На соседней скале показались загонщики. Охота закончилась. Надо потихоньку спускаться, а это не так-то просто: нога под камнями скользит так, что хоть садись на пятую точку и съезжай. Вот я зацепился за один из выступов и крикнул, чтобы меня кто-нибудь снял оттуда. На помощь пришел Славик — спасибо ему.

Он ставил палку между камней, я на нее наступал и так делал по одному шагу, пока не прошел опасное место. Идти вверх было намного легче, чем вниз, когда не видно, куда можешь упасть. Удивительно, как туры бегают по таким россыпям! Кстати, у копыта тура есть свои особенности: внутри копыта подошва имеет образование, похожее на твердую пористую резину, ею, наверное, животное и тормозит…

Нашего тура скатили вниз к лошадям. Это был крупный самец пяти-шести лет. Отличный трофей! После небольшого перекуса мы разделали тушу и погрузили ее на лошадей.

Солнышко уже село; спускаться в темноте по тропам на лошадях было опасно, поэтому мы повели их в поводу. При помощи налобных фонариков почти до полуночи добирались мы до охотничьей базы, где нас ждали печь с потрескивающими дровами и горячий чай.

Юрий Семенов.

Источник

Кавказские горы на юге России, Питер Хант

Большой тур выкатился из-за скалы и упал со склона горы. В сотне футов ниже он ударился о борт и отскочил. Набрав скорость, он упал еще на двести футов и подпрыгнул. Затем четыреста футов, еще один сильный прыжок, затем он исчез из поля зрения. Через пару секунд я услышал громкий стук. Я посмотрел на своего русского гида Кемаля, и он покачал головой. — Ничего хорошего, — сказал он. Поднявшись тем утром на 4500 футов, я оказался в 455 ярдах от старого тяжелорогого среднекавказского тура.Это крепкое старое животное получило два прямых удара в грудь и плечо, прежде чем рухнуло. Что Кемаль знал, а я не знал, так это то, что место последнего упокоения тура находится в глубоком ущелье, доступном только с веревками, которых у нас не было.

Два года планирования привели меня на крутой, усыпанный валунами склон в Кавказских горах южной российской провинции Карачаево-Черкесия. В 2017 году я познакомился с российским профессиональным охотником Денисом Черентаевым, когда он приехал в Миннесоту на местную выставку SCI.Денис только что заключил партнерство с моим хорошим другом Тедом Шогреном, который владеет агентством бронирования The Sporting Trader, и хотел продвигать свои охоты.

Мы с Денисом сразу нашли общий язык. Денис начал свою профессиональную охотничью карьеру в Кыргызстане, где восемь лет руководил охотниками на овец Марко Поло и козерога. Затем он продал этот бизнес и начал возить охотников по всей России, а также в Африку и Южную Америку. Денис очень хорошо говорит и непревзойденный профессионал.Он страстный охотник за птицами и даже в свободное время ловит ондатр в Москве!

К моменту отъезда Дениса мы планировали, что я поеду в Россию на охоту как на кубанского, так и на среднекавказского тура в следующем году, так как в том же году я уже планировал охотиться на дагестанского тура в Азербайджане.

Моя поездка в Азербайджан в 2018 году удалась. Экипировщик, Кенан Шарифов, был превосходен. Мы должны были провести охоту в начале мая, но из-за нормативных изменений ее перенесли на первую неделю июля.В Азербайджане в июле жарко. Очень жарко. У нас были дни, когда было более 110 градусов. Мне потребовалось пять дней, чтобы пройти тур по самой неумолимой местности, которую я когда-либо видел. Кавказские горы образовались в результате столкновения Евразийской и Аравийской тектонических плит. Южная сторона Кавказа образована поднятием Евразийской плиты. Откосы — это нижняя сторона плиты; чрезвычайно крутой и в большинстве мест очень неустойчивый. Это на самом деле немного преуменьшение. Два дренажа, которые я закончил охотиться, были ужасающими.Я охотился во многих разных горах и никогда не испытывал настоящего страха. В моих предыдущих горных охотах было пару раз, когда неверный шаг мог привести к серьезной травме или смерти. На этой охоте это было около 50% каждого дня. Это было морально утомительно. На второй день охоты мы поднялись до вершины хребта по местности, похожей на лунную. Вершина горы была границей между Азербайджаном и Россией. Разница между двумя сторонами была шокирующей.Наша сторона была вертикальной и серой; русская сторона была пышной и зеленой, с широкими долинами.

Охота на тура в Азербайджане проверит, на что вы способны, и я считаю, что каждый горный охотник должен сделать это в своей жизни. Сдав этот тест ранее, я не был уверен, что хочу сдавать его снова в России. Но время имеет свойство стирать воспоминания о «дерьме», поэтому в августе 2019 года я уехал в Россию. Мой друг Джей Макнотон купил охоту на среднекавказского тура с Денисом на нашей местной выставке FNAWS.Я убедил его сделать апгрейд, включив в него Кубань, и мы решили отправиться на охоту вместе.

В промежутках между изучением правил и оформлением документов о поездках с огнестрельным оружием в Нью-Йорке, Аэрофлоте и России мы часами присматривали за нашими винтовками. К сожалению, в Нью-Йорке было хуже, чем в России. Когда я летела домой, CBP США задержала меня на два часа, потому что пистолет с тем же серийным номером, что и моя винтовка, был украден около пятнадцати лет назад. При этом перелет туда прошел без происшествий, и мы заночевали в Москве.

Москва красивый город. По правде говоря, совсем не то, что я ожидал. Современный, чистый и с множеством зеленых насаждений, стоит потратить день или два на переднюю часть вашего путешествия, чтобы сгладить смену часовых поясов и дать себе немного времени на случай, если ваше оружие или багаж не успеют. полет. Из Москвы мы прилетели в Минеральные Воды, затем около пяти часов ехали до охотхозяйства, где встретили наших местных проводников братьев Кемаля и Науруса.

К тому времени, как мы поужинали и собрали снаряжение, была полночь.Нам нужно было вставать в 2 часа ночи, чтобы начать, так что сна было довольно мало. Не успел я закрыть глаза, как прозвенел будильник. Быстро позавтракав, мы погрузились в УАЗ и поехали дальше в горы.

К 3 часам ночи мы начали восхождение на покрытые пышной зеленью горы. Хотя я не мог видеть его в темноте, бурлящая ледниковая река протекала через центр плодородной долины, на которой пасутся коровы и мясные лошади. Склоны поросли соснами и березами. Подлесок, представляющий собой смесь рододендрона, дикой малины, черники и черноплодной рябины, временами был очень густым, но местами мы смогли пройти по медвежьим тропам, так что все было не так уж плохо.Мы подошли к лесу, как только начало светать.

Мы с Кемалем сразу заметили Тура, когда начали его осматривать. Точнее, Кемаль сразу заметил туров и указал мне на них. За следующие пару часов мы увидели около тридцати животных, все самки с детенышами. Было около 10 утра, когда Кемаль заметил самца тура на вершине хребта. Мы вытащили у меня зрительную трубу, и при осмотре он сказал, что это маленький кубанский тур. В этом районе можно встретить как среднекавказских, так и кубанских, часто в одних стадах.Мы продолжали наблюдать за этим хребтом, а затем Кемаль заметил еще один выше. “Большой тур!” — воскликнул Кемаль. «Очень большой! Очень, очень большой!» Мне потребовалось некоторое время, чтобы увидеть то, что видел Кемаль, я искал целое животное. Через минуту-другую я наконец увидел его — один очень большой рог тура, торчащий из-под валуна. Моей первой мыслью было, что я надеялся, что у него есть еще один на другой стороне. — Сплю, — сказал Кемаль. «Горячий.»

Стало еще жарче. Температура была уже за 80, и с гнетущей влажностью было хорошее время, чтобы полежать в тени и поспать.Прошло, наверное, полчаса, прежде чем он наконец высунул голову из скалы. У него определенно были оба рога. Длинные и толстые, то, как они загибались, больше напоминало мне уриала, чем тура. Лежа в 1100 ярдах от нас, нам нужно было пройти милю по крутому, усыпанному валунами лавинному бассейну, чтобы занять позицию. Сам по себе Кемаль, вероятно, мог бы занять позицию за двадцать минут. У меня ушло около полутора часов. Пока Кемаль готовился к туру, я устроился со своим рюкзаком для отдыха. Я мог бы растянуться на большом камне в полулежачем положении, хотя крутой угол вверх беспокоил.Я прикинул, что 50/50 я буду прицеливаться сам, когда нажимаю на спусковой крючок. Я проверил скалу, где мы видели тура, прежде чем начать наше преследование — 455 ярдов, и мой дальномер сказал, что продержится 360.  

Пока мы ждали, пока он встанет, наша позиция на южной стороне склона напоминала печь. Полное отсутствие какого-либо ветра было прекрасно с точки зрения стрельбы, но создавало довольно жалкие условия. Через полчаса он встал, и я наконец-то увидел это великолепное старое животное.Я сфокусировал свое перекрестие низко на его плече и сжал.

Долю секунды спустя я услышал громкий шлепок пули, попавшей в мясо. Когда я вышел из отдачи, он как раз падал. «Капут, хороший выстрел!» Кемаль сказал, хлопая по спине. «Капут».

Тур упал за большую скалу, где спал. Глядя в бинокль, я с удивлением увидел, что он снова стоит, кровь на его плече отчетливо видна. «Не стрелять, Капут, — сказал Кемаль.Я смотрел, как он начал медленно двигаться по скале, одно плечо явно было сломано. По прошествии еще примерно тридцати секунд я посмотрел на Кемаля и спросил: «Стрелять?» Он дал мне очень решительное «нет», еще раз сказав, что тур скоро будет «Капут».

Иногда вам нужно исходить из собственного суждения о вещах. Я всегда считал, что если животное на ногах, ты продолжаешь стрелять. Не обращая внимания на инструкции Кемаля, я навёл прицел на его плечо и сделал ещё один выстрел.Я услышал еще один громкий шлепок, когда пуля попала в цель, и увидел тура, лежащего на земле и пытающегося подняться. Я проехал еще один круг. «НЕ СТРЕЛЯТЬ! КАПУТ!» — сказал Кемаль, на этот раз более решительно. Я наблюдал в прицел, как тур снова поднялся, по его плечу теперь текли две струи крови. Удивительно, но он сорвался с места, вертя одной ногой, когда двинулся в гору к вершине хребта. Я всегда думал, что животные скатываются вниз, когда им наносят смертельный удар. Даже с явно сломанным плечом этот парень пытался перебраться через вершину горы.Я смотрю, как он проходит около пятидесяти ярдов, прежде чем остановиться. Я выжал последний выстрел, и он снова взлетел. Когда я полез в карман в поисках очередной ракушки, я посмотрел на Кемаля, который теперь качал головой. Я выстрелил в патронник и нашел его в прицеле как раз в тот момент, когда он попал в небольшой порез, закрывавший мне обзор. — Капут, — снова услышал я. На этот раз это было правдой. Через несколько секунд я увидел, как тур вывалился из разреза. Он скатился вниз по склону горы, исчезнув из виду. Затем последовал громкий стук, когда он упал на дно.

Чего я не понимал, так это того, что Кемаль не хотел, чтобы я продолжал снимать тур, по очень конкретной причине. Он хотел, чтобы она легла и истекла кровью. Если бы я сдержал огонь и тур умер там, где я его выстрелил, мы могли бы вернуть его прямо сейчас. Моя стрельба подтолкнула тура к обрыву, где теперь лежала его туша. Чтобы добраться до него, нам понадобились бы веревки, которых у нас не было. К сожалению, учитывая жару и падение с высоты 1400 футов после выстрела, мясо и плащ будут полностью потеряны к тому времени, когда мы сможем вернуть животное.Я был разбит из-за потери, но иногда горы могут быть неумолимыми.

Мой план на следующий день состоял в том, чтобы выспаться, а затем провести неторопливый день, осматривая склоны в поисках самого маленького из видов бурых медведей, кавказского/сирийского бурого медведя. Мы преодолели около 9000 футов вверх и вниз по горе, и мне очень не хватило сна. Когда той ночью мы вернулись в нашу маленькую хижину, Денис и гиды решили изменить план. От того места, где мы разбили лагерь, до места, где мы охотились в первый день, было более часа езды по неровным дорогам.В этом месте была гораздо меньшая пастушья хижина. Нам сказали собрать только то, что нам понадобится для лагеря на один день.

Моя одежда для путешествия была довольно простой. Штаны и рубашка Kuiu Tiburon (лучшая одежда для жаркой погоды, которую я когда-либо находил), боксеры First Lite Aerowool, носки для ботинок Darn Tough с подкладкой Injini, Kennetrek Mountain Extreme и большая гибкая шапка. Я накинул свой дождевик, пару дополнительных пар носков, легкий пуховик, свою куртку Sitka Mountain, горсть Pro Bar, гелей и немного BCA, а также свой спальный мешок и коврик.В 2 часа ночи сработала сигнализация, и мы погрузились в грузовик и поехали обратно в район охоты. Так много для того, чтобы быть пойманным на сон!

Когда мы добрались туда, мне дали трость, и мы пошли вверх по склону горы. Несмотря на то, что в предрассветной темноте было прохладно, влажность была близка к 100%. Через двести ярдов я снова промок до нитки. Мы поднялись к бассейну, остановились на его краю как раз в тот момент, когда взошло солнце. Хотя на Кавказе больше лесных ягод, чем в любом другом месте, которое я когда-либо видел, они хотели быть в этом месте на рассвете, потому что это было хорошее место для медведей.Кемаль заметил одного, но он скрылся в кустах, и больше мы его не видели.

Джей, Денис и Наурус поднялись на вершину горы. Пока мы искали медведя, мы видели, как 20-30 самок тура перешли на другую сторону хребта. Поэтому, пока они поднимались еще на 3000 футов, мы с Кемалем устроились на хорошем солнечном месте и продолжили поиск медведей. Медведи больше не выходили, поэтому мы спустились обратно в хижину пастухов на реке и пообедали. Остаток дня мы провели, осматривая склоны на наличие тура и медведя, но кроме самок и пары совсем молодых самцов тура ничего не увидели.

Джей и ребята вернулись в лагерь уже в сумерках. У них был еще один большой день. Они обнаружили группу самцов тура, но не стрелков. После ужина из лапши с небольшим количеством мясных консервов они придумали новый план. Примерно в шести милях выше по течению было место, где был естественный солончак, который животные любят ловить по утрам. Мы вставали в 2 часа ночи и поднимались к этому месту с нашим снаряжением. Если Джею не удавалось, мы разбивали там лагерь и продолжали охоту дальше вверх по долине.

Итак, проспав в общей сложности около шести часов в течение двух ночей, мы отправились по тропе, идущей параллельно бурлящей ледниковой реке. Мы остановились как раз в тот момент, когда на востоке появились первые лучи зари. Поскольку температура была ниже точки росы, я, конечно, промок до нитки. Но даже в прохладном влажном воздухе я практически полностью высох за 15-20 минут.

Когда рассвело, Кемаль повел Джея дальше по долине, чтобы начать остекление. Денис, Навр и я нашли место, где большая сосна упала через реку и перебралась на другой берег.Это немного нервировало, когда я пытался маневрировать между ветвями с рюкзаком. Падение, хотя это и не было смертельным исходом, было бы очень неприятно. Мы преодолели его и метров на сто углубились в деревья, нашли красивую ровную поляну, которая была абсолютно идеальным местом для лагеря.

Мы устроились, используя деревья как укрытие, и начали остеклять вершины хребтов. Мы видели много самок, но ни одного самца. Около 10:00 Кемаль и Джей вернулись. Они ничего не видели на лизне.

Я считаю, что у меня навыки работы в лесу выше среднего, но по сравнению с Наурусом и Кемалем я бы поставил себе единицу по шкале от одного до десяти. Используя только швейцарский армейский нож, они построили весь наш лагерь из очень длинного тонкого куска прозрачного пластика и веревки. Убежище, которое они построили, укрыло нас всех пятерых и наше снаряжение. У нас было три сильных шторма, пока мы были там, и все мы остались сухими и удобными. Каждый кол и шест были идеально обрезаны и заточены. Их узлы были идеальными; все было ровно и плотно.Наш лагерь выглядел так, словно вышел прямо из полевого справочника бойскаутов.

Построив лагерь, Джей, Денис и Кемаль решили поискать гребень позади нашего лагеря. Мы с Навром переходили реку и охотились вверх по течению в поисках медведя для меня или тура для Джея. День прошел без происшествий, если не считать шторма, который бушевал в середине дня. Целый час мы просидели под елью, пока сверкала молния, гремел гром и сыпался град. Я надеялся, что Джей и ребята смогли спуститься к границе деревьев и не застряли в горах, когда разразился шторм.

Примерно за час до захода солнца мы с Наурусом осматривали горы за нашим лагерем. На самом верху была большая пещера. Внезапно, как на картине, из пещеры вышел медведь. От того места, где мы находились, было немногим более тысячи ярдов. Но между медведем и нами была непреодолимая ледниковая река. Поскольку света оставалось мало, у нас не было возможности успеть туда вовремя, поэтому, если только он не решит пройти весь путь вниз с горы, нам придется довольствоваться простым наблюдением за ним.Медведь не стал спускаться с горы, а направился на восток, туда, где охотились другие ребята.

Как только медведь скрылся из виду, мы услышали выстрел. Примерно через двадцать секунд мы услышали еще один выстрел. Это никогда не бывает хорошим знаком. Мы решили вернуться в лагерь и дождаться их возвращения.

Было, наверное, 10:00, когда они вернулись в лагерь, очень тяжело нагруженные во время очередного сильного ливня. Они нашли группу туров, в которой было два крупных самца, один среднекавказский и один кубанский.В этой области вы можете найти оба вида. После того, как Джей выстрелил в первого, ему пришлось пробежать сотню ярдов вверх по гребню, чтобы занять позицию и выстрелить во второго. Менее чем за минуту он повалил на землю двух одиннадцатилетних туров. Я был очень рад за Джея, но еще больше обрадовался за себя, когда Денис вручил мне печень и сало одного из животных. Несмотря на проливной дождь, нам удалось снова разжечь костер, и мы провели следующие полтора часа, жаря над костром куски печени тура, завернутые в жир.Печень тура исключительно мягкая, даже у одиннадцатилетнего животного. Настоящее мясо лучше всего, что я ел в Северной Америке или Африке. После трехдневного отсутствия реального количества белка богатая питательными веществами печень была именно тем, что требовалось нашему организму для восполнения запасов.

На самом деле мы проспали до восхода солнца следующего утра. Поскольку мы были на третьем дне нашего однодневного пикового лагеря, я предполагал, что мы собираемся и направляемся в другое охотничье угодье, где есть только кубанский тур, где я и закончу свою охоту.После обильного завтрака из жареной на костре, обернутой в сальник печени тура и чая, я был удивлен, когда мне сказали, что мы продолжим охоту в этом районе. Кемаль много лет был главным биологом-охотником в этом районе, прежде чем стать охотничьим гидом, и знает эти горы и животных, которые там живут, как свои пять пальцев. Он чувствовал, что в этом районе мне могут найти хорошего кубанского тура и избавить меня от хлопот с переездом в новый лагерь. Наш план состоял в том, чтобы пройти еще пять или шесть миль вверх по течению, туда, где сама долина находится над линией деревьев.

Мы были прямо напротив пещеры, где прошлой ночью видели медведя, когда Навр вдруг упал и прошипел: «Медведь!» Посмотрев через реку, я увидел медведя, стоящего на большом плоском камне и поедающего ягоды. — Слишком далеко, — сказал я, глядя на него в бинокль. Я привык видеть гризли Скалистых гор и Аляски. Мне показалось, что он находился на расстоянии более 400 ярдов. «Нет, нет, нет», — был ответ, и они призвали меня вытащить дальномер. Я был потрясен, увидев, что это было всего лишь немногим более 200 ярдов.

Я стрелял из своего New Ultra Light Arms .270 Weatherby, заряженного 150-грановыми патронами Berger VLD. Этот же груз раздавил тур, который я снял в Азербайджане в прошлом году, но не смог закрепить мой тур всего за пару дней до этого. Я надеялся, что пули хватит для бурого медведя.

Ветер был хороший, и медведь понятия не имел, что мы там и никуда не собираемся, так что я воспользовался возможностью, чтобы просто понаблюдать за ним. Медведи всегда очаровывали меня, и я охотился на них при каждом удобном случае.Понаблюдав за тем, как он несколько минут поедает малину и чернику, я навела перекрестие на его плечо и сжала.

Он исчез.

Хотя я не говорю по-русски, я почти уверен, что восторженные шутки между Наурусом и Кемалем примерно переводятся как «Куда, черт возьми, он делся?» Мы смотрели еще пятнадцать-двадцать минут, но ничего не увидели. Я надеялся услышать предсмертный стон, но река ревела. Я чувствовал, что мой выстрел был хорош, но теперь я начал сомневаться.Кемаль и Наурус заверили меня, что он «капут».

Итак, второй раз за полчаса мне пришлось переходить по скользкой сосне обратно через реку. Хотя местность, где я подстрелил медведя, казалась легкой, внешность часто обманчива. Ковер из ягод и рододендронов был высотой по пояс и скрывал множество больших ям и рыхлых камней. Когда мы, наконец, добрались до большого камня, где был мой медведь, мы нашли его мертвым прямо за ним. Пуля прошла через оба плеча, и большой кусок куртки застрял прямо под кожей с другой стороны.Я думаю, что пуля прошла через первое плечо, а затем взорвалась в грудной клетке, убив его, как удар молнии.

Меня поразил размер медведя. Я бы оценил его вес примерно в 250 фунтов. По сути, размером с хорошего черного медведя-пожирателя в моем родном штате Миннесота. Кемаль сказал, что ему, вероятно, четыре или пять лет. Не огромный старый кабан, а средний для района медведь. И Кемаль, и Наурус были очень рады, что я его застрелил, так как весной они теряют много телят и жеребят от этих медведей.

Привезли шкуру обратно в лагерь, оба категорически отказались брать мясо, опасаясь трихинеллеза. Мы расстелили шкуру, затем снова пересекли реку и продолжили наш план охоты выше по течению.

Мы медленно продвигались вверх по реке, осматривая все, что могли. Кроме пары женщин, ничего не двигалось. К полудню мы оставили все большие деревья далеко позади и теперь могли видеть большие ледники, питающие реку. Конечно, надо было начинать штурмовать.Сначала клубился туман, из-за которого невозможно было разглядеть стекло, затем небо заволокли большие черные грозовые тучи. Мы попытались спрятаться в кустах, но это не давало нам большого укрытия. Лил дождь, и ветер с ледников был ледяным. Мы ничего не могли сделать, кроме как сидеть там, холодные и несчастные, в течение нескольких часов, пока дождь не начал утихать. Поскольку все еще затуманено, мы решили положить этому конец.

Мы были примерно на полпути к лагерю, когда туман начал рассеиваться, так что мы притормозили и начали остекление.Буря изменила все. На вершинах хребтов повсюду были туры. Пока мы с Кемалем осматривали один набор холмов, Наурус направился ближе к лагерю, чтобы осмотреть этот район. Хотя мы с Кемалем не видели стрелков, было очень приятно увидеть по крайней мере дюжину самцов в разных группах. Мы встретились с Наурусом в том же месте, где я подстрелил медведя. Он сказал, что огромный кубанский тур пересек вершину хребта и направился к высокой котловине, где Джей накануне подстрелил двух своих.

Следующий день начался в 3 часа ночи.Учитывая, что это был четвертый день нашего однодневного лагеря для спайков, нам нужно было это сделать. Кроме печенья и чая, почти ничего не ели, кроме тура. Поскольку каждый день мы пересекали несколько ручьев, а также постоянно карабкались по кустам, у моих ботинок никогда не было возможности полностью высохнуть, и они начинали протекать. Мои носки давно потеряли свою амортизацию, а антимикробная обработка моей одежды была полностью подавлена. Короче говоря, это было время «сделай или умри».Независимо от того, добьюсь я успеха или нет, в тот день мы уйдем.

Подъем был трудным, но не таким, как в первый день. Мы разбили лагерь на гораздо большей высоте, поэтому линия деревьев была намного ближе. Но бродить среди рододендронов в темноте действительно неприятно. Это не клуб дьявола, но это отстой.

Мы добрались до дна бассейна с первыми лучами солнца. Кемаль и Наурус начали осматривать восточные склоны, где накануне вечером Наурус видел большого тура.В этом путешествии мне еще не приходилось замечать ни одного живого существа до проводников. Тем не менее, я решил начать остекление западных склонов, пока они нашли тур. На самом деле я думал, что смогу увидеть медведя, так как там были кишки из тура Джея.

Почти сразу я заметил самца тура. Я похлопал Кемаля по плечу и сказал «мужской тур», указывая вверх по склону. Конечно же, я нашел большого тура. И я действительно заметил это раньше них!

Наурус собирался остаться на месте и наблюдать за туром, а мы с Кемалем поднялись еще на 500 футов до самой кромки деревьев.На самом деле это было намного дальше, чем казалось. Когда мы, наконец, добрались туда, Кемаль сказал мне подготовиться к съемке, пока он найдет тура.

Там был большой камень, на котором можно было отдохнуть, но стрелять я буду из положения стоя. Не идеально, но сработает. Теперь перед нами на осыпи стояли четверо мужчин. Кемаль указал, что я должен стрелять во второго снизу. Я прицелился в него на 400 ярдов и спрятался за винтовку.

Помните, ранее я говорил, что не могу носить очки, но большую часть пути это не было проблемой? Ну вот и случилась проблема.Солнце все еще было за хребтом, поэтому серый тур очень хорошо сливался с серыми скалами. Я выбрал легко различимый камень и спрятался за винтовку. Я не мог его видеть. Поставив винтовку, я посмотрел в бинокль. Там они были, медленно питаясь от нас. Сосредоточившись на этом месте, я снова спрятался за винтовку. Нет тур.

Если у вас когда-либо случалось такое, паника почти неописуемая. После нескольких дней тяжелых восхождений и часов, проведенных за стеклом, наконец-то занять позицию, а затем не увидеть животное — это сводит с ума.С широко раскрытыми глазами Кемаль ответил мне как можно лучше: «Что, черт возьми, ты делаешь? Просто стреляй в эту чертову штуку!» Смотреть. Я ходил туда и обратно еще несколько раз. Совершенно сбитый с толку, я был готов закричать. Поскольку вблизи все было размыто, я даже не посмотрел в прицел. Потом я вспомнил, что выключил его до упора, когда мы преследовали медведя. Хорошенько покрутив его в увеличении, я оказался за ним и вуаля!

Прикинув, что они ушли еще на 50 ярдов с тех пор, как я пристрелил их, я подождал, пока он остановится на секунду, а затем выпустил довольно крутой четвертный выстрел, удерживая его на высоте нескольких дюймов.Я услышал, как попала пуля, и, сделав несколько шагов, животное упало.

Осыпь, которая с моей точки зрения выглядела не так уж и плохо, была ужасна. Крутой и очень рыхлый, с некоторыми очень большими камнями и домом для очень ядовитых кавказских гадюк, нам потребовалось много времени, чтобы преодолеть четверть мили. Там нас встретил Навр, мы сломали животное и направились домой.

На этом я остановлюсь, так как вы были более чем терпеливы, когда я продолжал болтать. У нас было гораздо больше приключений, в том числе получить восемьдесят шесть из «Рэддисон Блю» в Москве за отсутствие «документов» и принять начальника игрового отдела за водителя Убера и настоять, чтобы он пошел и забрал для нас пиво, но это другая история….

Если вы хотите пойти… Охота на тура — одно из лучших преимуществ горной охоты. Чтобы заказать охоту с Денисом, свяжитесь с Тедом Шогреном в The Sporting Trader (www.sporting-trader.com). Тур только что был внесен в Приложение II СИТЕС, поэтому я бы рекомендовал охотиться на этот вид как можно раньше. Убедитесь, что вы используете квалифицированного импортера при отправке трофеев, так как документы СИТЕС являются новыми как для русских, так и для азербайджанцев, и USFW конфисковало довольно много трофеев из-за неправильной экспортной документации.Хотя существует три вида туров, USFW признает только один из видов кавказского тура, кубанских туров. Если этого имени нет в вашем разрешении CITES, у вас будут проблемы.

Для поездки в Россию вам потребуется виза. Получите это по крайней мере за три месяца до отъезда и получите трехлетнюю визу. Мы использовали www.ils-usa.com, чтобы получить наш. Мой прошел без сучка и задоринки; Джею было очень тяжело. Я бы рекомендовал отправить ваш паспорт в сервисный центр в Хьюстоне, а не в Вашингтоне, округ Колумбия,

.

Несмотря на то, что у нас было достаточно еды, качество пищи, которую мы добывали в поле, оставляло желать лучшего.В частности, у нас был хронически низкий уровень белка, что не приводит к качественному восстановлению. Я взял с собой порошки для регидратации (Wilderness Athlete Hydrate and Recover и Liquid IV), гели, Pro-Bar и BCA Mountain Ops. Если бы я знал, что мы будем кататься четыре дня вместо одного, я бы прихватил с собой еще кучу BCA. Ничего хорошего они не делали, сидя в лагере.

Вам нужен хороший дальномер, корректирующий углы. Я был бы готов сделать первый выстрел на 500 ярдов и знать, куда летят ваши пули, по крайней мере, на 700 ярдах, если вам нужно будет сделать продолжение.Джей и я оба стреляли в пули Бергера. Учитывая расстояния, я думаю, что очень хрупкая мягкая пуля — лучший выбор, чем монометаллическая. На втором туре я выстрелил, пуля вошла за ребро и оказалась прямо под кожей на плече. Я до сих пор недоумеваю, почему тот первый тур не пошел вниз. Я думаю, что некоторые животные просто сильнее других.

Вам понадобятся ботинки с хорошей поддержкой, но с относительно мягкой подошвой. Подошва из твердой резины опасно скользкая, когда камни мокрые.Местные проводники были в резиновых амбарных сапогах и цеплялись за скалы, как туры. К сожалению, мои ступни и лодыжки никогда не выдерживали этого. Когда я вернулся, я написал Kennetrek по электронной почте с вопросом о поиске ботинок с более мягкой подошвой. Они попросили меня прислать свои ботинки. Осмотрев их, они сказали, что подошвы высохли, и это может быть причиной проблем со сцеплением. Они также порекомендовали подошву K73, которую они используют в Mountain Guide, так что у меня есть пара таких в пути. Надеюсь, они станут хорошим решением.

Наконец, будьте готовы потратить много времени на ожидание документов. Между Россией и Нью-Йорком я, вероятно, провел 12 часов, стоя в ожидании, пока разные люди сделают свое дело. Вы ничего не можете с этим поделать, так что просто расслабьтесь и получайте удовольствие!

СЛУШАТЬ ПОДКАСТ

Тур — Азиатские горные экипировщики

Обзор

Азербайджан является эксклюзивным направлением для Дагестан Тур.Вы будете охотиться в Шекинском, Исмаиллинском и Губинском районах. Вы можете ожидать найти билли размером от 26 до 39 дюймов, причем самые большие биллы можно найти с помощью пятен и стеблей.

Азербайджан – бывший член Советского Союза, получивший независимость в 1991 году. Это небольшое государство, немного меньше штата Мэн. Отправляясь на охоту на дагестанского тура, вы прилетите в столицу Баку (через Стамбул или Франкфурт), которая расположена на Апшеронском полуострове. Вы не увидите горный пейзаж страны, пока не покинете полуостров.

Рекомендация

Мы настоятельно рекомендуем вам подумать о том, чтобы добавить кыргызского козерога или Марко Поло в вашу охоту на тура, так как вам не потребуется дополнительных поездок, и вы сможете получить максимальную отдачу от своей поездки.

Сезон охоты

Сезон охоты начинается 1 июня и длится до 15 декабря. В то время как июль и август являются лучшими месяцами для охоты стеблем, шкуры лучше в октябре, ноябре и декабре.

Охота

Для вашей охоты на Тура мы работаем только с одним и тем же многолетним и опытным гидом/переводчиком, который работает со всеми 3 местными поставщиками снаряжения.Экипировщики предоставят местных гидов, помощников, поваров, транспортные средства, лошадей, лагеря, еду, жилье и переводчика (по одному на лагерь). Они приобретают ваши местные лицензии/метки/разрешения на охоту, и у них хорошие политические связи.

За дополнительную плату мы можем организовать англоговорящего, американского или канадского менеджера/гида в охотничьем лагере, чтобы убедиться, что ваши потребности и вопросы будут удовлетворены.

Мы также можем организовать сопровождение опытного проводника овец (все они участвовали во многих успешных высокогорных охотах) в дополнение к местным проводникам.Эта услуга уникальна для данного вида охоты, но в целом для Тура в ней нет необходимости, так как местные проводники очень хорошие.

Большинство других операций просто организуют охоту с местными экипировщиками и остаются только в лагере; на самом деле они не сопровождают вас и почти никогда не помогают в азиатской охоте. Эта услуга особенно полезна, если вы хотите поймать очень большое животное, вам нужна помощь в оценке трофеев и процессе стрельбы, особенно если вы впервые в Азии, так как многие местные гиды не говорят по-английски.

Охота ведется на высоте 7500-9000 футов (2500-3100), поэтому высотной болезнью страдают очень немногие. Это, однако, не означает, что хорошее физическое состояние не является обязательным условием для успешной охоты на тура.

Кавказские горы известны как одни из самых крутых и опасных. Вы обнаружите, что карабкаетесь по почти вертикальной скале. Подъем и спуск по таким крутым склонам является главной задачей этой поистине авантюрной охоты на горных козлов.

Местные гиды используют для лазания деревянные палки. Они используют их для поддержки, постоянно перемещая вес для баланса, и это вполне уместно. Мы рекомендуем использовать их вместо альпинистских палок.

Вместо того, чтобы идти прямо вверх, попробуйте карабкаться по зигзагообразным тропам. Это уменьшит нагрузку на ступни и лодыжки, и вы не устанете так быстро.

Летом температура будет колебаться от +15 до +30 по Цельсию, с частыми холодными и дождливыми ночами. Вам понадобится хороший коврик и спальный мешок, чтобы оставаться в тепле и сухости, так как во время летних охот вы будете оставаться в лагерях для мух на все время охоты.Влажность высокая, поэтому позаботьтесь о достаточном количестве смен нижнего белья. Зима мягкая, минимум от +10 до -5 по Цельсию.

Конная охота возможна только летом и только в определенных охотничьих угодьях, где есть конные тропы. Между конной охотой и пешей охотой практически нет разницы. Поскольку охотничьи угодья находятся на значительном удалении от базового лагеря, охотники могут ездить верхом на охотничьи угодья, к которым могут добраться лошади. Конная охота особенно актуальна для тех, кто не в хорошей физической форме и не может совершать пешие походы на дальние расстояния.

Для лучшего трофея охотникам придется идти пешком, так как в высокогорьях восточного Большого Кавказа вы сможете найти более крупные стада, состоящие из 100-150 коз, до которых можно добраться только пешком.

В среднем вы будете наблюдать несколько стад по 20-30 коз в день. Животные, как правило, не пугаются, поэтому вы часто можете найти их пасущимися поблизости.

Преследование является основным методом охоты, хотя используется и загонная охота.

Трофейное качество

Особи весом 100-120 кг с рогами шириной 1 метр (39 дюймов) нередки в Шекеринском, Исмаиллинском и Губинском районах.

  • Показатели успеха
  • 26-32” – 95%,
  • 33-35” – 60%,
  • 35”+ – 30%.


Образец маршрута
  • День 1 – прибытие в Баку и ночь
  • День 2 – переезд в базовый лагерь (6-8 часов)
  • 3-7 день охоты на дагестанского тура
  • День 8 – Возвращение в Баку
  • День 9 – отъезд домой


Детали охоты
  • Сезон — с 1 июля по 1 ноября
  • Продолжительность — 7 дней подсказки с 5 днями охоты
  • Цены
    • 1 охотник – 11 500 долларов США
    • 2 охотника – 11 000 долларов за охотника
    • 3 охотника – 10 500 долларов США за охотника
    • 4 охотника – 9500 долларов за охотника
  • Дополнительные дни охоты – 350-400 долларов в день
  • Дополнительные виды — 2-й тур 4500 долларов США (наличными после сбора урожая)
  • Не охотник – 2500 долларов США
  • Возврат средств. Если вы не получите возможность выстрелить на расстоянии менее 350 ярдов от репрезентативного животного, экипировщик вернет вам 2000 долларов США.
  • Другие варианты охоты — медведь, кабан, волк, камышовый кот и шакал
  • Дополнительный У.S. или Canadian Guide – цена зависит от продолжительности поездки.


Стоимость охоты включает
  • Организация поездок и разрешений
  • Разрешение на огнестрельное оружие
  • Охотничья лицензия и жетоны
  • Ветеринарное свидетельство
  • Переводчик английского языка
  • Территориальные сборы и налоги
  • Местный гид и помощник на охотника
  • Еда и ночлег во время охоты
  • Встреча в аэропорту
  • VIP трансфер через аэропорт Баку
  • Подготовка трофеев
  • Транспорт во время охоты


Дополнительные расходы
  • Рейс из Ю.С. в Баку ($1500-$2500)
  • Гостиница и питание в Баку до/после тренировки (100-200$ в день)
  • Виза в Азербайджан (около 150 долларов США) должна быть подана не менее чем за 1 месяц до даты охоты
  • Global Rescue Insurance (200–300 долларов США)
  • Чаевые и чаевые – (около 10% от стоимости охоты)
  • Страхование путешествий или спортивного страхования
  • Сушка черепа/кожи для перевозки трофея домой в самолете (50 долларов США)

КАВКАЗ | ПЕДРО АМПУЭРО

Ранее в этом месяце я вернулся к Кавказским горам, к тому же горному хребту, где я был прошлой весной, когда подстрелил из лука дагестанского тура.В моей последней поездке я был на восточной стороне гор в Азербайджане; однако на этот раз я был после Кубанского тура на Западном Кавказе в России.

Охота в России и в Азербайджане имеет некоторые отличия, одно из которых заключается в том, что охота с луком незаконна, поэтому я охотился на Кубани со своей винтовкой. Независимо от того, из какой страны вы охотитесь, Кавказские горы неумолимы и заслужили репутацию одного из самых технических и опасных горных хребтов на планете.Эти горы соединяют Каспийское и Черное моря и отделяют Россию от Грузии и Азербайджана, создавая естественную стену между Европой и Азией. Кавказские горы настолько круты, насколько это возможно, с большим количеством рыхлой скалы, и это единственное место, где обитает тур.

Тур относятся к семейству Капра, и имеют два подвида: Дагестанский и Кубанский. Дагестанцы (Capra Cylindricornis) живут на среднем и восточном Кавказе, а кубанцы (Capra Severtzovi) — на западной стороне.Основное различие между ними заключается в стиле рожка. Дагестанские рога напоминают бараньи, а кубанские больше похожи на козерога. Оба подвида обитают в районе среднего Кавказа, где совместно размножаются (среднекавказский тур). На кубанского тура можно охотиться только из России, так как охота в Грузии в настоящее время закрыта.

Мы прилетели в Минеральные Воды, Россия, где встретились с нашим аутфиттером ПрофиХант. После приземления нам предстоял пятичасовой путь в базовый лагерь (см. зеленый * выше).Расположенный на реке, на дне глубокой долины, базовый лагерь был прост. Фургон, который доставил нас в лагерь, также использовался как кухня, а большая палатка — как столовая. Мы поставили наши палатки, зная, что из нашего местоположения мы можем передвигаться по долине и подниматься на охоту в более высокие хребты.

Наш первый день охоты начался в 4 часа утра с долгого подъема к месту охоты. В этом районе серны живут на высоте около 8 200 футов, а тур — ближе к 10 000 футов.Дно долины находится на высоте 5 200 футов, поэтому каждый день нужно было значительно увеличивать высоту, чтобы добраться до охотничьих угодий. Мы упорно трудились весь день и, наконец, увидели первую группу билли во второй половине дня. Они были намного выше нас, более чем в миле от нас, и лежали под самой высокой вершиной в поле зрения. Настроил подзорную трубу и ничего стоящего снимать не увидел. Поскольку впереди у меня было много дней охоты, я хотел попытаться найти старого Билли.

Кавказ расположен в довольно низких широтах, поэтому летом здесь достаточно тепло.Каждый день охоты было от 50 до 77 градусов. Между жарой и полной луной животные очень мало двигались в середине дня, проводя большую часть времени в утесах и пещерах, чтобы сохранять прохладу. Для нас из-за этого было очень трудно увидеть какую-либо дичь, кроме как в первый или последний час охотничьего дня. Находясь так далеко от базового лагеря, нам нужно было начать спускаться за пару часов до заката, чтобы вернуться, нам нужен был свет, чтобы увидеть, так как спуск опасен и невероятно крут, с большим количеством рыхлых камней и травы.После этого первого дня мы поняли, что должны найти более эффективный способ охоты, и закончили тем, что разбили лагерь на вершине горы, чтобы мы могли охотиться в самые ценные часы дня.

После такого долгого первого дня мы проснулись на второй день и решили поохотиться на серн, так как они живут ниже в горах. Один из наших проводников жил рядом с лагерем, и мы пошли к нему домой, чтобы взять несколько лошадей, чтобы помочь нам подняться выше линии деревьев.В его доме мы смогли увидеть, сколько людей живет в этом районе. Большинство жителей — пастухи, живущие за счет земли и разводящие лошадей, овец и коров. Это жизнь, которая требует много тяжелой работы, и люди, которые живут здесь, милые и очень гостеприимные. Они знают эти горы как свои пять пальцев.

Пока мы готовили лошадей, я заметил пару серн, прогуливающихся по горизонту на самом верху того места, куда мы направлялись.Мы вышли на тропу, которая вела нас через лес и медленно поднималась вверх. Мы оставили лошадей вскоре после того, как добрались до линии деревьев и продолжили поход оттуда.

Серны жили на скалистых склонах горы, поэтому мы осторожно шли по линии хребта, высматривая их, как только достигли вершины. Через пару минут я нашел лежащую на балконе серну примерно в 400 метрах от меня. Это был зрелый олень, толстый, но невысокий — ничего особенного, но хороший представитель вида.Мой гид Хусейн сказал, что он «волсой», что по-русски означает «большой». Он также сказал, что я могу подстрелить серну с того места, где мы были, но ему нужно будет поднять ее в одиночку, так как она находится в опасном месте для лазания. Я чувствовал, что выстрел был слишком длинным с того места, где мы были, поэтому мы подошли, чтобы подойти ближе, но когда мы снова выглянули из-за обода, оленя уже не было. Я заметил какое-то движение на нашей стороне горы; олень был уже ближе метров на 200, но он двигался за какими-то камнями.

Я изменил позицию, чтобы подготовиться к выстрелу, прежде чем олень появился снова.Времени на настройку зрительной трубы не было, но он был у меня в прицеле, и я мог сказать, что ему не меньше пяти лет. Серна обычно перестает расти намного после пяти, поэтому я последовал совету охотников до меня и решил взять его. Помогло то, что он был в таком прекрасном месте, чтобы мы могли выздороветь, и охотники всегда должны помнить об этом в горах Кавказа. Я навел крест на прицеле на грудь замши и нажал на спусковой крючок. Бак упал на месте!

При ближайшем рассмотрении серна оказалась красивым шестилетним оленем.Хусейн весь улыбался — здесь гиды не обращают особого внимания на пол и возраст животных — серна есть серна, а пол — второстепенен. Для Хусейна самым важным было то, что оленя можно будет съесть.

Мы быстро одели его в полевых условиях и положили в мой рюкзак для похода обратно в горы. Я сказал Хусейну, что сам беру на себя ответственность — не имело значения, что он, наверное, в 10 раз лучше меня.Я был моложе, а молодые люди всегда должны возвращать тяжелые грузы. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что я кладу его в свой рюкзак не только для того, чтобы сфотографироваться, а на самом деле собирался спустить его с горы. Я люблю пачкать руки, и мне нравится участвовать в охоте, когда я нахожусь за границей, так же, как и дома. Я не пытаюсь никому ничего доказывать, но рассматриваю каждую деталь своей охоты как часть общего опыта. Этот 60-фунтовый рюкзак на всем пути вниз был болезненным, но я действительно наслаждался этим.

На следующее утро мы шли пешком с лошадьми около трех часов и в полдень прибыли в наш пиковый лагерь. Место не может быть красивее: миллионы цветов, озеро и отличная температура, и все это в окружении туров премиум-класса. Вид компенсировал подъем из долины. Мы поставили палатки, быстро пообедали и сделали перерыв, с нетерпением ожидая последних часов дня, когда начнет появляться тур. Мы планировали подняться на линию хребта, чтобы проверить следующую от нас долину, но быстро разразился сильный шторм, и нам пришлось ждать.Поняв, что погода, вероятно, не улучшится, мы надели дождевик и начали восхождение.

Мы достигли вершины и начали осматривать невероятную долину. В то время как цвета и запах после бури были потрясающими, ходить по мокрым камням и траве — нет, а местность стала довольно опасной. Мы заметили пару женских групп вдалеке и одинокого билли примерно в 600 метрах.В зрительную трубу ему было около 7 лет, а это было не то, что я искал. Мой проводник Иван спросил, волсой ли он, но я ему ответил, что он «малинки». Единственный способ подстрелить большое животное — пройти по куче мелких.

Мы видели очень мало дичи на той площади, которую мы покрывали, и, честно говоря, я начал немного волноваться, задаваясь вопросом, что мои ожидания найти старого кобеля могут быть нереалистичными.Мы заметили только пару билли, которым было от 7 до 8 лет, но у нас оставалось много дней на охоту, поэтому я не хотел спешить. Однако я чувствовал, что мы с Иваном не согласны с тем, что мне нужно, и это заставляло меня нервничать. Я пытался дать понять, что мы должны продолжать поиски.

Даже в такие дни, когда все кажется несчастным, охота означает, что всегда есть возможность удивиться. В тот день нам посчастливилось увидеть огромного кавказского медведя, поедающего мертвого тура.Это было удивительно, и если бы не было так поздно, мы бы спустились вниз, чтобы получше рассмотреть его.

Вернувшись в лагерь той ночью, погода прояснилась, и мы наслаждались вкусной лапшой под великолепным закатом. На следующий день мы разобьем лагерь и перейдем в следующую долину.

На следующее утро мы продвинулись на несколько километров вверх по главной долине и снова пошли вверх. Большинство верхних долин не связаны друг с другом, поэтому единственный способ попасть из одной в другую — начать с главной долины.Рано утром мы прибыли в другое невероятное место. Когда вы разбиваете лагерь в таком красивом месте, вы понимаете, что охота на животное вторична по сравнению с опытом пребывания в таком месте. Мы пообедали и начали осматривать лагерь, но ничего не заметили. Мы решили подняться по линии хребта, чтобы иметь возможность осмотреть больше области и посмотреть, сможем ли мы заметить какое-либо движение в течение последних нескольких часов дня.

Когда солнце начало садиться, Иван заметил билли, который казался большим даже на расстоянии 600 метров.Мы подошли поближе и установили зрительную трубу. На вид Билли было около 9 лет, и он определенно был самым большим из тех, что мы когда-либо видели. Но он все еще не был правильным. Иван немного нервничал из-за моего решения, сказав: «Тур, а не козерог!», объяснив, что рога тура не такие большие, как рога козерога. Я не мог сдержать смех, продолжая смотреть на Билли.

Через несколько минут на том же месте появился еще один Билли. Как только мы это увидели, мы все сказали: «Волсой!» в то же время.Язык тела Билли сказал нам о многом: он был действительно стар, по крайней мере, 12 лет. Это был Билли, которого я ждал.

Свет был на исходе, и мы добрались только до 420 метров. Мне было неудобно стрелять так далеко, поэтому я решил отступить. Я знаю, что для многих охотников 420 метров — легкая добыча, но мне нравится устанавливать свои собственные ограничения. Мы наблюдали за билли, пока совсем не стемнело. Я был потрясающим, чтобы быть там, наблюдая, как такие великолепные животные делают свое дело, совершенно не подозревая о нашем присутствии.Без света мы направились обратно в лагерь в темноте и оставили тура в покое. Мы надеялись, что они останутся в долине еще на одну ночь, чтобы дать нам больше шансов утром.

На следующее утро мы проснулись, когда было еще темно, и заварили чайник. Мы хотели смотреть с первыми лучами солнца, чтобы как можно скорее снова обнаружить тура. Это была тяжелая ночь, мы очень мало спали, потому что мы были так взволнованы возможностями следующего дня.

Вскоре мы снова заметили ту же группу билли.Они были в плохом месте — у нас не было возможности подобраться достаточно близко, чтобы сделать хороший выстрел. Все, что мы могли сделать, это ждать, скрестив пальцы, чтобы они легли спать в лучшем месте. Было удивительно наблюдать за ними в течение нескольких часов — они действительно невероятно умеют лазать по горам. Было легко сказать, что старый Билли не хотел следовать за младшими и всегда искал более легкий путь в горы. Мы пару раз смотрели, как Билли спят; некоторые из них даже углубились в пещеры.

Наконец, мы увидели, как старый Билли спустился немного ниже к пещере, чтобы лечь внутрь. Мы с Иваном посмотрели друг на друга и улыбнулись — мы могли подобраться достаточно близко для выстрела! Мы измеряем пару камней и оба сошлись во мнении, что можем сократить 700-метровую дистанцию ​​до 300-350 метров. Стебель был включен.

Мы обошли и забрались на пару скал, подойдя как можно ближе. Когда мы выглянули, Билли все еще был на том же месте, ночуя в пещере.Мой дальномер дал ему 350 метров по прямой, 300 метров по компенсированному углу. Я не стал терять времени и занял позицию.

Поскольку билли находился в пещере, когда солнце уже полностью встало, было трудно получить хороший контрастный вид его тела. Мы ждали полчаса, чтобы увидеть, выйдет ли он из пещеры, но он почти не шевелился. Ожидание, пока он сменит позицию, могло занять несколько часов, поэтому я решил, что, если он даст нам хороший угол съемки, я сделаю снимок, пока он все еще находится внутри пещеры.Когда он, наконец, сменил позицию, поскольку был бортовым, я сказал группе, что готов стрелять. Пуля влетела прямо в пещеру и попала в Билли — он вышел и начал скатываться по каменной стене. Я попал в него вторым выстрелом, чтобы убедиться, что он у меня, и он, наконец, перестал катиться на несколько сотен метров ниже.

Мы не могли бы быть счастливее! Мы работали невероятно усердно и были невероятно терпеливы, и это окупилось. Я был так рад, что не поторопился с возможностью, которая была у меня накануне — ожидание еще одного дня дало мне возможность насладиться невероятной красотой Кавказских гор еще несколько часов, прежде чем сделать свой последний снимок.Я не мог бы быть более благодарен этим горам за то, что они дали мне этого 13-летнего зверя.

После выстрела я посмотрел на небо и поблагодарил Марио Мигеланеса. В прошлом году во время охоты на тура в России Марио попал в аварию, упав с горы. Он был молодым страстным охотником за горами из Испании и погиб, занимаясь любимым делом. Я знал, что Марио был наверху и присматривал за нами на протяжении всей охоты.Скучаю по тебе, амиго.

Педро Ампуэро

Фото: Альваро Г. Сантильян @focusontheflymedia

Список снаряжения Педро:

Kuiu Socieling Systerings
-BrieSs X5
-Merino 145 Zip Off Dotes X2
-Merino 125 SS X2
-Merino 145 Ls Zipt X2
-Merino 210 Hoodie
-Peloton 240 Hoodie
-Alpine Bage X2

— Дождевик Chugach
— Ультрапуховик и брюки
— Куртка Kenai
— Гетры Yukon
— Головной убор Peloton, кепка, шея
— Northstar, Guide, перчатки Peloton
— Ботинки KUIU Scarpa (Charmoz & R-Evolution)
— Тонкие + средние носки x4

винтовка + оптика
-bergara B14 270W
-swarovski Optik Z6i 2,5-15 × 44
-Hornady Supermance SST 140GR
-Neopod Bipod
-Swarovski ATS65 Specting Spotting
-swarovski 10 × 44 EL RANGE BINOS

Оборудование
-KUIU Icon Pro 3200
-KUIU Storm Star 2P Палатка
-KUIU Superdown Sleeping Bag 0º
-Thermarest NeoAir Sleeping Pad
-KUIU Stubai Ice Axe
-Taku Headlamps 9002,30000
-Kestrel Knives
-Leatherman Wave
-Katadyn + Nalgene Бутылки с водой
-Энергетические батончики
-Аптечка и лекарства
-Радио
-Полотенце

Прочее:
— Оборудование для камеры
— Штатив Manfrotto + Gitzo Head
— Аккумуляторы и зарядные устройства
— Документация
— Одежда для самолета
— Шорты, плавки, футболки
— Чемодан
— Часы Suunto

— Часы Suunto

 

Нравится:

Нравится Загрузка…

Кавказ Дагестан Тур | Турецкая граница

Район охоты: Дагестан – Северная Осетия – Алания.

Сезон:  с 1 августа по 30 ноября

Продолжительность: 7 дней охоты, 2 дня трансфер

Методы охоты: Преследование

Группа :  1-3 охотника.

Проживание:  В охотничьем домике или в палатках во время охоты в горах.

В стандартный пакет услуг входит:
Встреча и проводы группы охотников в аэропорту г. Минеральные Воды.
Трансфер аэропорт Минеральные Воды – Карачаевск и обратно на автомобиле.
Размещение в охотничьем домике или в палаточном городке на 6 дней/5 дней охоты.
Трехразовое питание (включая сухой паек на охоте).
Охотничья служба 1х1.
Автотранспорт или предоставление лошадей для передвижения по охотничьему угодью (при необходимости).
Первичная обработка и упаковка трофея для транспортировки.
Предоставление всех необходимых документов на трофейные охотничьи трофеи.

Дополнительно оплачивается:
Проживание и питание до и после охоты в гостинице.
Авиаперелет представителя компании, сопровождающего группу.
Алкоголь.
Личные расходы.
Советы.

 

Общая информация:

Северная Осетия – Алания – охота на дагестанского тура и кавказскую серну. Животные, которые могут быть хорошим трофеем, обитают в альпийском поясе гор на высоте более 3000 метров.Охота с подхода и требует от охотника хорошей физической подготовки и готовности к тяжелым переходам в горах и ночевке в палатках. К тому же горная охота требует от охотника навыков стрельбы на дальние дистанции.

Дагестан – лучшим способом испытать на себе всю меру своей выносливости и охотничьего мастерства считается охота именно на дагестанского тура. Вы должны быть готовы к серьезным физическим нагрузкам, но приз, который ждет охотников, справившихся с этим испытанием, действительно достоин затраченных усилий.Размещение во время охоты в палаточном городке.

Погодные условия в местах охоты непредсказуемы. Дневная температура сильно отличается от ночной из-за большой высоты и окружающих ледников. Во второй половине дня обычно наступает туман. С августа до середины сентября дневная температура повышается до 22°/25°С, иногда опускаясь до 3°/10°С. В середине сентября – октябре дневная температура колеблется в пределах от 10°С до 15°С, опускаясь ночью до -5°/10°С. В начале сентября на горных вершинах может выпасть снег.

Карачаево-Черкесия – охота на кубанского тура и кавказскую серну, обитающих в скалистых высотах гор на высоте от 2100 до 3900 метров над уровнем моря. Максимальная высота гор в охотничьих угодьях 5000 м, а линия постоянного снежного покрова на высотах 3500 м.

Кабардино-Балкария – охота на среднекавказского тура. Охотничьи угодья начинаются на южных окраинах Чегема и Безенги. Охота проводится в полевых условиях на труднодоступных крутых склонах.

Туры встречаются в отдаленных районах на высоте почти 3000 м и ниже, в лесистой местности на высоте 2300 м.

Способ охоты:
Приближается охота на Кавказе в сопровождении профессионального охотника-егеря. В большинстве районов охота проходит в походных условиях, реже используется верховая езда.

Отловленных животных убирают в труднодоступные места на крутых склонах и обрывах на высоте 3000–3300 м. Горы отличаются крутыми склонами, низким содержанием кислорода, значительно при подъемах на охотничьи угодья.

Выстрел по трофейному животному производится с расстояния от 300 до 500 метров, часто под крутым углом вверх или вниз. Рекомендую охотникам использовать винтовку с патронами 338LM, 300Win Mag, 300WSM, 300RUM, 7 Rem Mag.

О регионе
Кавказ — преимущественно горный регион Евразии, расположенный южнее Восточно-Европейской равнины, на границе Европы и Азии. Район ограничен Черным морем с запада, Каспийским морем с востока. На Кавказе есть плодородные земли, крупные курорты и высочайшие вершины России – Эльбрус и Эверест.

Общая площадь Кавказских гор: 488 477 кв. км.

Координаты:  42°30″ северной широты 45°00″ восточной долготы.

Денежная единица:  российский рубль. Единственным законным платежным средством на территории России является рубль, но к оплате также принимаются доллары США и евро.

Визовые требования: Гражданам некоторых стран СНГ в соответствии с межправительственными соглашениями о взаимных безвизовых поездках граждан виза не требуется.Гражданам Армении, Азербайджана, Казахстана, Молдовы, Таджикистана, Киргизии, Украины (90 дней) для въезда в Россию виза не требуется.

Граждане ЕС и США с туристическими визами для пребывания в России.

Таможенные правила:  Не допускаются дополнительные документы, так как ввоз и вывоз наличной российской и иностранной валюты, а также дорожных чеков и банковских тратт на общую сумму до 10 тысяч долларов США. Ввоз и вывоз наличных денег, а также дорожные чеки и банковские векселя сверх этих норм, возможны только при декларировании всей суммы.Декларацию необходимо сохранять до выезда из страны. Таможенный досмотр может быть долгим и детальным.

Кавказ — Охота на Эвентус

Сезон охоты: С 1 августа по 30 ноября Продолжительность тура: 7 дней/5 полных дней охоты Лучшее время: октябрь, ноябрь Район охоты: Кабардино-Балкария Проживание: деревянный охотничий домик (спутниковый телефон), ночевки в небольших палатках в горах возможны в августе и сентябре Способы передвижения на охоте: сначала на машине, а затем в тылу, возвращение в основной лагерь вечером Количество охотников в группе: До 2-х охотников Способы охоты: слежка и в тылу Погода, район: Горы, охота на высоте…

Подробнее Подробнее

Сезон охоты: С 1 августа по 30 ноября Продолжительность тура: 9 дней/ 5 полных дней охоты Лучшее время: октябрь, ноябрь Место охоты: Дагестан/ на границе с Азербайджаном Проживание: Палаточный базовый лагерь в горах (спутниковый телефон, полный доска) Способы передвижения на охоте: пешком, на лошадях. Количество охотников в группе: До 2 охотников.Горы, охота на высоте 2800 – 3300 м над уровнем моря…

Подробнее Подробнее

Продолжительность тура: 7 дней охоты на один вид Сезон охоты: с 1 августа по 30 ноября Лучшее время: ноябрь Район охоты: Северный Кавказ, Кабардино-Балкария/Карачаево-Черкесия Размещение: Палатки, пастушьи дома (спутниковый телефон) Средства Способ передвижения на охоте: пешком, снаряжение доставляется на лошадях Количество охотников в группе: До 2 охотников Способы охоты: Споттинг и сталкинг Погода, район: Горы, охота на высоте 2500-3000 м над уровнем моря уровень моря.Температура воздуха в августе-сентябре до +20○С, около 0С…

Подробнее Подробнее

Сезон охоты: С 1 августа по 30 ноября Продолжительность тура: 9 дней/7 полных дней охоты на тура и 12 дней/10 полных дней охоты на тура и серну Лучшее время: октябрь, ноябрь Район охоты: Карачаево-Черкесия, р. граница с Грузией Проживание: простой деревянный домик, палатки в горах (спутниковый телефон, полный пансион) Способ передвижения на охоте: пешком, снаряжение привозят на лошадях Количество охотников в группе: До 3 охотников Способы охоты: Обнаружение и выслеживание Погода, район: Лагерь…

Подробнее Подробнее

Покорение Кубанского тура — Safari Club

Причина этой охоты коренится в моем увлечении горной охотой в Азии во время поездки за среднеазиатским козлом в Кыргызстан в 2013 году.

Мое увлечение охотой на капру появилось относительно недавно, определенно сильно развилось с 2010 года. Я начал с мелкомасштабного проекта по сбору всех практически доступных видов серн: затем, когда он был завершен через несколько лет, я решил записаться на стремление достичь рубежа Capra World Slam.

Итак, после основных видов серн пришло время отстрелить нескольких козерогов: я ездил в Кыргызстан летом 2013 года и, хотя охота сама по себе была полуразочарованием, в результате чего за 10 тяжелых дней был застрелен только молодой самец охоты, у меня появилось сильное пристрастие к диким открытым пространствам больших азиатских хребтов, которые так отличаются от любимых западных Альп, которые я называю своим домом.

Я никак не мог попасть на турнир Capra World Slam, не выиграв три вида туров, обитающих на Кавказе: с почти зловещей репутацией самых сложных горных охот в мире я знал, что должен выяснить, действительно ли это было правдой.

Итак, я охотился на Дагестанского тура в 2014 году и сразу понял, что хочу делать это снова и снова: из всего моего опыта горной охоты по всему миру это был тот, который наиболее близко приближается к стилю охоты смешанного преследования / выжидания, который мы используем для серны. возвратиться домой.Еще один положительный момент в охоте на тура заключается в том, что из всех горных диких животных туры являются наиболее многочисленными, что приводит к приятному охотничьему опыту без разочарования от бесконечного созерцания миль пустых гор.

Поэтому я сразу же запланировал еще одну поездку на Кавказ в 2016 году, в результате которой был получен еще один трофей — на этот раз Среднекавказского тура: благодаря добрым услугам Артема Веселова из ПрофиХант поездка прошла очень гладко. К лету 2018 года мое количество капра достигло 11 видов, и мне не терпелось получить еще один, чтобы претендовать на мой шлем.

Кубанский тур был наиболее логичным вариантом: кроме того, что нашел еще один повод снова поехать на Кавказ, он еще и позволил мне начать строить свой видовой подсчет для тоталов Овис Слэма, даже если в таком случае мне еще очень долго дорога для прогулки. Учитывая положительный опыт среднекавказского тура, не составило труда снова заказать Артема из ПрофиХант.

Ранним вечером 14 августа 2018 года: я вместе со своим хорошим другом Джанклаудио Фоссати был в аэропорту Внуково, садился на рейс авиакомпании «Россия» в Минеральные Воды, ворота на все кавказские охоты.По приезду нас встретил Алексей из ПрофиХант и довез до комфортабельного отеля. На следующее утро мы отправились в российскую республику Карачево-Черкесск, которая является единственным местом в мире с пригодными для охоты популяциями кубанского тура.

Это специализированная охота… мало операторов. Мы охотились с Иваном, крупнейшим оператором в округе и основным оператором, которого ПрофиХант использует для этого вида. Мы остановились у его дома в Черкесске за едой и лагерным снаряжением; затем мы продолжили путь в долину реки Аксаут, откуда пошли на Кубанский Тур.Джанклаудио охотился ниже на кавказскую серну.

В конце концов, мы добираемся до небольшой рощицы у дороги. Быстро разбили палаточный базовый лагерь, и мы перекусили. Упряжка крепких кавказских лошадей была готова к выходу. Лошади были оседланы и нагружены лагерным снаряжением и припасами. Я попрощался со своим другом Джанклаудио.

После нескольких часов езды на лошадях лагерь для шипов был разбит рядом с большим валуном, который служил защитой от ветра и создавал защищенную зону для костра.На следующее утро после быстрого завтрака мы начали подниматься по травянистому гребню за лагерем. На вершине хребта долина открывалась огромным валунным полям, поднимающимся к последнему гребню, который, как мы поняли, был нашей конечной целью.

Спустя более трех часов мы вышли на последний гребень и на вершине отдохнули за очень большим валуном. Мы ждали там тура.

Вокруг не было никаких признаков каких-либо животных… Насколько я понимаю, местная тактика охоты заключается не столько в скрытности, сколько в том, чтобы сидеть на командном месте с хорошей видимостью и перехватывать животных на ходу.

Мы прождали пару часов за валуном. Во второй половине дня старший проводник Иван отправился в одиночку, чтобы проверить другую долину. Я остался один с Алексеем. Примерно через час Иван заметил группу туров, пасущихся в противоположном направлении, и мы двинулись на их перехват.

Нам потребовалось около часа, чтобы совершить крутой подъем, чтобы добраться до опасной наблюдательной позиции прямо под краем очень крутого хребта, где мы обнаружили Али, который жестом велел мне оставаться в укрытии и указывал на противоположный край большого , чашеобразная долина.Примерно в 400 ярдах я увидел первого тура дня… самку в тени группы скал.

Алексей был со мной и сказал, что туры были на другой стороне хребта лицом к нам и скоро перейдут через него и будут в тире метрах в 300-350.

Я приготовился к выстрелу. Появилась группа туров. В 20-кратный прицел я заметил большое животное с черными передними ногами и массивными рогами. Алексей подтвердил, что это хороший трофей. Но до него было еще далеко, более 350 метров.Я предпочел дождаться уверенного выстрела. Животное продолжало кормиться в нашу сторону.

Дальше большой тур прошел около 300 метров, но не остановился. Я выстрелил в патронник и занял позицию для стрельбы, просто ожидая подходящей возможности, но животное продолжало двигаться и скрылось за большим камнем примерно в 250 метрах.

Алексей сказал, что там есть луг, и животное, скорее всего, снова появится через несколько минут. Но он этого не сделал. Итак, Али начал восхождение на вершину выше позиции тура.Алексей предупредил меня, чтобы я был начеку. Проводник выглянул из-за вершины, и тур рванулся прочь из-за больших скал. Тур убежал по краю хребта, так и не предоставив мне возможности выстрелить. Разочарованные, мы просто смотрели, как он исчезает на противоположной стороне.

День 2 начался так же, как и предыдущий: солнечный день и день синей птицы. Мы поднялись, а затем немного спустились к другому красивому крошечному бирюзовому озеру, которое мы видели с нашего места накануне. Мы немного спустились в большую долину.Поле крупных валунов скрыло нас из виду и обеспечило нам отличную видимость по всей долине. Опять же, не было никаких признаков животных.

Внезапно начался переполох. Иван заметил группу туров, двигавшихся слева от нас. Я тут же схватил свое ружье, но с того места, где мы лежали, было невозможно занять хорошую позицию для стрельбы. Я изо всех сил пытался заставить его работать, но безрезультатно. Я попросил Алексея показать мне, где именно находится животное. Он хладнокровно указал на несколько ориентиров. В бинокль я нашел скамейку в расщелине отвесной скалы, рядом с крошечным крутым лугом.Там, пристально глядя на сутолоку в 400 метрах и ниже, лежал самец тура. Я видел массивные основания, но не длину и развитие рога, так как он смотрел прямо на нас.

Все призывали меня стрелять, но я не мог со своей позиции. В трех-четырех метрах, вне укрытия и на виду у животного, была плоская низкая скала с достаточно плоским лугом вокруг, чтобы хорошо выполнять эту работу. Я подбежал туда и лег на траву, положив рюкзак на камень перед собой и положив на него пистолет.Я снова взял в руки бинокль и ищу животное, которое не шевелилось, а продолжало смотреть на нас.

Он стоял лицом к нам на высоте 380 метров, с поправкой на 360 для разницы высот. Альтернативы не было. Мне нужно было застрелить его тогда, когда он лежал, глядя на нас на самом краю скамейки. Я не люблю стрелять по лобовым мишеням, но по крайней мере у меня был четкий, беспрепятственный обзор жизненно важной зоны у основания массивной шеи.

Я стрелял из своего видавшего виды Ferlacher Mauser в 6.5×68 мм, снаряженный вручную 127-граммовыми пулями RWS KS (по какой-то неизвестной причине немецкие калибры предпочитают немецкие пули) со скоростью 1000 метров в секунду. Это мое замшевое ружье, на счету которого более 100 животных, и я взял с собой все виды капры, кроме одного. Я положил еще одну сумку под рюкзак, чтобы больше поднять предплечье, и даже нашел небольшой камень, чтобы обеспечить устойчивость резиновому носку приклада.

Как обычно при стрельбе лежа по горным целям, я не мог лечь щекой на приклад, но картинка в прицеле была четкой и без темных колец снаружи.Набрав диапазон на турели, я увеличил прицел Huskemaw до 20x и поставил перекрестие там, где массивная шея соединялась с широкой грудью животного. Я нажал на задний спусковой крючок и ненавязчиво надавил на передний… рев 6,5х68 разорвал тишину широкой долины.

Пыли от скалы не было. Я подумал, что, должно быть, попал в цель, так как при лобовом выстреле пуля не выйдет. В отдаче я потерял животное из виду, а гиды-азиаты всегда быстро призывают стрелять еще раз.Я сработал затвором, но через секунду хэппи-энд материализовался, т. к. Алексей сказал, что в этом нет необходимости. Он снял выстрел на видео на свою камеру, и при более позднем осмотре я ясно увидел, как сила удара повернула большую шею животного вбок. Тур спрыгнул со скамейки справа от нас и начал взбираться по небольшой крутой полянке, но через долю секунды потерял равновесие. Затем он рухнул и покатился среди камней.

Тут кричали и поздравляли! Я был тогда Capra World Slammer!

На месте сбора я ясно увидел свой трофей.Это был 10-летний самец, ниже, чем я ожидал, но с впечатляющим основанием, позволяющим ему получить серебряный балл в Книге рекордов SCI.

На обратном пути в лагерь мы осторожно пробирались через валунные поля. Словно в оправдание моего решения стрелять, погода быстро испортилась, и со дна долины поднялась тяжелая завеса тумана. Из-за солнечного света мое тело пронзил влажный холод, и я надел ситкинскую куртку, но тут же начал потеть.

Небольшая скамейка, которую мы называли домом пару дней, была единственным местом, где не было тумана.Я был в восторге и взволнован результатом, и когда я добрался до лагеря для праздничного тоста с последним пивом в лагере, я был так приподнят, что десять минут бродил вокруг с рюкзаком и винтовкой, зажженной сигарой и бутылкой. в руке, прежде чем понял, что выгляжу глупо и могу снять свой рюкзак.

За ужином особого праздника не было — картофельное пюре быстрого приготовления и тушенка из говядины. Следующее утро резко контрастировало с погодой синей птицы, которая была у нас в течение двух дней, когда густой туман окутывал отвесные скалы вокруг нас.Это был бы неблагоприятный для охоты день, и он послужил острым напоминанием о том, что при охоте в горах нужно рисковать, когда есть шанс, поскольку условия могут быстро измениться.

У моего друга Джанклаудио тоже все получилось, поэтому мы решили ехать обратно в Черкесск, чтобы переночевать в гостинице, приветственном душе и хорошем ужине. Я бы начал охоту на серну на следующий день, но это для другого отчета.

Итак, это история финальной вехи моего турнира Capra World Slam — молитва благодарности Всемогущему Господу за то, что он дал мне достаточно благословений, чтобы иметь возможность наслаждаться такими переживаниями.Но, безусловно, самое большое спасибо моей жене на всю жизнь Елене за терпение, которое часто становится иррациональным и властным. – Андреа Коппо

Великая грузинская фруктовая охота | Путешествие

Ботаникам Кавказский горный регион известен как центр разнообразия инжира, а также шелковицы, винограда, грецких орехов, абрикосов, гранатов и миндаля. Аластер Блэнд

В бассейнах Средиземного, Черного и Каспийского морей они выстилают обочины дорог и заселяют деревни с плутовской настойчивостью сорняков.Они растут из стен испанских замков, недр римских мостов и булыжников мусульманских мечетей. Они растут в аккуратно устроенных садах, а из щелей в стенах и щелей на тротуарах прорастают добровольные саженцы. Мало кто дважды смотрит на фиговое дерево в Западной Азии, где деревья так же распространены, как и сами люди. Каждое лето в конце лета ветки прогибаются под тяжестью урожая, а внизу на тротуарах коверами липкой пасты скапливается упавший инжир. Местные жители едят то, что могут, как в свежем, так и в сушеном виде.Другие инжиры консервируют, некоторые превращают в сироп, а некоторые добавляют в ликеры. На рынках в разгар сезона продавцы оставляют свои яблоки лежать, но безумно толкают прохожим свежий инжир, желая продать его хоть за бесценок, пока нежные плоды не испортились.

Ботаникам этот район Кавказских гор известен как центр разнообразия инжира, а также шелковицы, винограда, грецких орехов, абрикосов, гранатов и миндаля. Все они выращивались здесь на протяжении тысячелетий и благодаря постоянному половому размножению достигли огромного диапазона генетического разнообразия, которое легко увидеть, прогуливаясь по большинству деревень или посещая большой фруктовый базар.

Именно этот спектр цветов, форм, размеров и вкусов привлек Малли Арадхью в низменности Республики Грузия, бывшего советского государства, расположенного на берегу Черного моря и к югу от гор Большого Кавказа. Он работает генетиком в Министерстве сельского хозяйства США, и это его пятая экспедиция за фруктами в этот регион за шесть лет. Его цель: собрать сорта древесных культур, доставить их домой в виде семян и обрезков древесины и — после того, как образцы пройдут через федеральные и государственные инспекционные участки — размножить их в экспериментальных садах Вольфскилл Министерства сельского хозяйства США в Винтерсе, Калифорния.Эта библиотека сортов площадью 70 акров, управляемая совместно с испытательным питомником в Калифорнийском университете в Дэвисе, является домом для двух «копий» каждой из нескольких тысяч образцов растений, многие из которых были собраны во время таких экскурсий, как эта. Сам Арадия привез около 500 из них в четыре поездки в Азербайджан и Кыргызстан.

Тем не менее, коллекция, являющаяся частью программы Национального хранилища клональной зародышевой плазмы, имеет свои недостатки. Арадья хочет, например, новые сорта подвоя фисташки, устойчивый к фитофторозу грецкий орех и инжир, достаточно сладкий, чтобы продаваться, но достаточно крепкий, чтобы выдержать ухабистые суровые условия послеуборочной транспортировки — и все это может существовать в садах, деревнях и диких землях Грузия.

Ученый все еще не может пережить 24-часовой период путешествия, когда он посещает фермерский рынок в Глданском районе Тбилиси, столицы страны. Следуя за двумя фруктовыми генетиками из Грузинского института садоводства, виноградарства и энологии, Арадья осматривает груды яблок, слив, орехов и инжира с проницательным вниманием, ну, фруктового генетика.

«Здесь огромная вариативность, — говорит он своим соратникам Давиду Маградзе и Звиади Бобокашвили.Арадья покупает несколько фунтов маленького желтого персика и записывает дату, место сбора и название экземпляра на маленьком холщовом мешочке.

«Плод бесполезен, но из него может получиться хороший подвой», — говорит мне Арадхья. Семена персиков, которые могут пройти до трех лет для оценки в федеральном агентстве в Мэриленде, могут в конечном итоге прорасти в Дэвисе и когда-нибудь могут предоставить селекционерам материал для выведения новых сортов подвоя. Он покупает сливы и миндаль по той же причине: их семена могут содержать гены таких признаков, как устойчивость к вредителям, засухоустойчивость или жаростойкость — все это, вероятно, станет ценным активом в грядущем столетии последствий изменения климата.

Мы видим пирамидальную стопку огромных зеленых инжиров. Некоторые из них настолько спелые, что раздавлены, их малиново-красные внутренности просачиваются сквозь трещины в их бархатистой кожуре. Арадья не признает это разнообразие. Он становится на колени, чтобы рассмотреть фрукты. Они могут не подходить для транспортировки на дальние расстояния, логистический фактор, проблематичный для калифорнийской индустрии инжира, но у них есть один привлекательный компонент: Арадхья переворачивает несколько штук и показывает мне отверстия для глаз, или остиолы, на их нижней стороне. «Они крошечные», — отмечает он.Отверстия настолько малы, что муравьи едва могут протиснуться. Это означает меньшее заражение вредителями и меньший ущерб от плесени, которую насекомые и ветер могут перенести на созревающие плоды.

«Хочу эту фигу», — говорит он Маградзе. «Можете ли вы спросить, где деревья?»

Одними семенами не обойтись. Посаженные, они произведут деревья, похожие, но не идентичные своим двум родительским деревьям. Чего Арадья хочет, так это клонов, а это означает древесину. Маградзе разговаривает с продавцом, но этот человек всего лишь городской торговец; он не знает, кто вырастил плод.

Когда мы выезжаем из Тбилиси на полноприводной Honda CRV Маградзе, направляясь посмотреть на бывшую столицу Мцхету, внимание Арадхии привлекает густой шлейф листвы, перекинутый через забор.

«Вот большая зеленая фига», — говорит он Маградзе, которая немедленно останавливается на оживленном бульваре. Дерево, растущее на краю двора, усыпано крупными грушевидными плодами с маленькими глазками, очень похожими на те, что мы видели на рынке. Смотрим через деревянные ворота на наличие хозяев недвижимости.«Никто не заметит, если мы возьмем обрезки с тротуара», — предлагаю я.

«Всегда лучше спросить», — говорит Арадхья, которая до этого играла в эту игру сто раз. По его словам, никто никогда не отказывался от обрезков веток с дерева. Тем не менее, добавляет он, «коллекция зародышевой плазмы принимает разные формы — иногда заимствование без спроса, иногда прыжки через забор».

В этом случае Маградзе удается предупредить женщину во дворе и объяснить, в чем дело — что правительство США хочет одолжить дрова от вашей смоковницы — и она горячо нас впускает.У нее есть тутовое дерево, хурма и три инжира. Начнем с большой зелени. Я пробую, пока Арадья собирает дрова парой резаков для роз. Инжир мягкий, варено-сладкий, внутри малиново-красный, сливочный. Они превосходны, но Арадья даже не удосуживается попробовать; он в восторге просто от малых параметров глазницы.

«Это фантастический инжир, лучше любого материала, который я добыл в Азербайджане», — восхищается он, обрезая кончики веток.

Этот продавец продавал фрукты на базаре в городе Рустави к юго-востоку от Тбилиси.Аластер Блэнд Найденные на железнодорожных путях в восточной части Тбилиси, Грузия, эти фиги висели над задними заборами жилых домов — не дикие и представляют собой разнообразие инжира, которое можно найти по всей стране. Аластер Блэнд На базаре Дезертири Малли Арадхья фотографирует ведро, полное миндаля, положив сверху маркер Sharpie для масштаба.Аластер Блэнд Местная жительница Лагодехского района на Дальнем Востоке Грузии состригает шелуху с нескольких грецких орехов, которые она вместе с мужем собрала с полудикого придорожного дерева. Аластер Блэнд Всего в миле вниз по той же проселочной дороге автор встретил этих мужчин, которые целый день лазили по придорожным деревьям грецкого ореха, стряхивая плоды и набивая багажник своей машины.Что-то они продадут, а что-то оставят для личного пользования. Аластер Блэнд Продавщица на базаре в Рустави беседует с учеными, пока они рассматривают ее чернику, мушмулу, груши и сливы. Аластер Блэнд Звиади Бобокашвили, Давид Маградзе и Малли Арадья (слева направо) стоят на склоне холма к западу от Тбилиси, проверяя GPS-координаты места сбора после сбора дикого миндаля.Аластер Блэнд Арадия вырезает образцы древесины из смоковницы на окраине Тбилиси. Аластер Блэнд Собрав орехи с миндального дерева, Арадья и Маградзе шутят о более легкой стороне сбора зародышевой плазмы на главной дороге к востоку от Тбилиси.Аластер Блэнд

Он пытается собрать от шести до восьми черенков с экземпляра, предполагая, что одна треть не приживется, рассчитывая при этом, что выживут как минимум два черенка для хранилища Вольфскилл. Фруктовый сад часто сравнивают с Ноевым ковчегом плодов деревьев, и Министерство сельского хозяйства США делает материал, который он хранит, бесплатным для любых садоводов, фермеров и заводчиков в мире.Арадья говорит, что зародышевая плазма, собранная в Западной Азии, уже послужила для создания новых и лучших сортов в ореховой промышленности Калифорнии, а селекционеры инжира, как государственные, так и частные, также создали новые сорта, некоторые из которых в настоящее время проходят экспериментальное использование производителями инжира штата. Война, вырубка лесов и гомогенизация сельского хозяйства могут уменьшить и действительно уменьшают разнообразие выращиваемых в регионе растений и тем самым стимулируют спрос на новые виды растений.

Но Арадхья считает, что его собственная работа в Министерстве сельского хозяйства США в основном представляет собой ответный удар по ожидаемым последствиям изменения климата.Мягкий средиземноморский климат Калифорнии, сухой летом, влажный зимой и ни очень жаркий, ни исключительно холодный в большинстве районов, может выйти из строя из-за незначительных изменений глобальных погодных условий — и изменения грядут.

«Никто точно не знает, что произойдет, но все модели указывают на неожиданные последствия», — говорит мне Арадья однажды утром в Тбилиси за завтраком в отеле, состоящим из дыни, йогурта, персиков и Nescafé. По его словам, новые экологические условия, например, теплое влажное лето, могут позволить патогенам, ранее неизвестным в Центральной долине Калифорнии, колонизировать воздух и почву.Культуры особенно однородного характера, такие как калифорнийские грецкие орехи и фисташки, могут быть уязвимы для таких изменений.

«Поэтому мы хотим расширить генетическую базу сельскохозяйственных культур, — говорит Арадхья. «Для этого нам нужны генетические ресурсы, и именно поэтому мы здесь».

Деревенские сады и фермерские рынки — наиболее вероятные места для знакомства с превосходными местными видами фруктов, и мы почти каждый день посещаем большой базар. Все необычное — будь то исключительно крупный миндаль, персик странной формы или чудесный на вкус инжир — привлекает внимание Арадхьи.Часто Маградзе и Бобокашвили так же заинтригованы, и продавцы удивленно смотрят, как трое ученых преклоняют колени, чтобы поближе осмотреть груды фруктов; достаются их ручки и блокноты, они пишут свои замечания и делают цифровые фотографии.

Во время 17-дневной охоты все трое также смотрят за пределы цивилизации в поисках еще не выращенных сортов диких фруктов, а путешествуя по выжженным холмам восточной Джорджии, Арадхья собирает десятки образцов семян миндаля. Один из них — фантастический миндаль со вкусом кокоса, который растет вдоль шоссе недалеко от столицы, сорт, из которого когда-нибудь могут получиться любимые сорта в калифорнийской промышленности.Экспедиция также идет на запад, и вдоль дождливых берегов Черного моря Арадья собирает несколько грецких орехов, которые могут иметь генетическую защиту от плесени и болезней. В садах на заднем дворе, на придорожной ферме и в заброшенном саду в Тбилиси он собирает древесину с девяти фиговых деревьев. (В одном случае придорожный торговец инжиром показывает Арадье деревья только после того, как ученый заплатил за целую четырехфунтовую корзину фруктов). Местное вино и столовый виноград Грузии.Всего экспедиция интродуцирует более 160 новых для американской почвы образцов.

Однажды утром мы посещаем базар Дезертири в центре Тбилиси. Во всех направлениях стоят груды фруктов, незнакомых Новому Свету. Груды зеленых инжиров размером с грушу — возможно, никогда прежде не пробовали американцы — могут быть, а могут и не принадлежать тому сорту, который мы уже собрали. Скорее всего, все они уникальны, но Арадхья собрал все смоковницы, с которыми он может справиться. Он идет дальше, но его внимание привлекает огромный тайник продавца орехов в 30 футах от выхода.Он пробует огромный орех в форме арахиса из одного из мусорных баков.

«Это лучший фундук, который я когда-либо пробовал», — говорит американец Бобокашвили, который договаривается о пакете орехов в скорлупе. Арадхья находит среди мусорных ведер привлекательные крупные миндальные орехи. Он покупает килограмм. Арадья хотела бы приобрести совершенные клоны — древесину, срезанную прямо с деревьев, — но никто не может указать нам на сад происхождения миндаля. Древесина миндаля также особенно склонна к быстрому высыханию перед прививкой.Семена придется делать.

Выходим с базара и идем на стоянку под палящим грузинским солнцем. Из-за забора растут гранатовые и ореховые деревья. Тротуар под огромным тутовым деревом все еще в темных пятнах от опавших плодов июльского урожая. А из трещины в бетонной стене вырос трехфутовый саженец смоковницы, тихое напоминание о плодородии Грузии и ее ценности как центра ботанического генетического разнообразия.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.